Силовой вариант

Колычев Владимир Григорьевич

– Ну что, где душегуб?

– Так это, – голос Сафрона дрогнул. – Короче, ушел гад...

Он нащупал рукой стул, пододвинул к себе, сел без приглашения. У него был такой жалкий вид, что Степан не стал возражать. Хотя его убить было мало.

– Ушел, говоришь... – Степан забарабанил пальцами по столу. – А ну, мамонт ты замороженный, подробно и обо всем. Откуда у тебя душегуб взялся, у кого его прятали, откуда он ушел?

– Да у Клода...

– Клод, Клод... – Степан знал всех членов сафроновского кодлана. –

Он же Сечкин Борислав Александрович. Так? Или ты уже забыл, как их всех по имени-отчеству зовут?

– Ну что ты. Мы же цивилизованные люди...

– Уморил! Цивилизация, блин!.. Зачем Клод держал у себя душегуба?

– Не знаю. Ей-бо, не знаю...

– А что ты вообще знаешь?.. Где этот твой Клод?

– Дома у себя...

– Адрес?

Сафрон не заставил себя упрашивать.

– Я сам поговорю с этим Клодом. А тебя, братэла, в «обезьяннике» подержу. Чтобы не сбег до выяснения. Извини, сам виноват. Я же тебя к себе не звал?

Сафрон поморщился. Но ничего не сказал.

Федот, Эдик и Саня были на месте, их Степан взял с собой.

* * *

Клод видел из окна, как подъехала к дому ментовская «Волга». Из нее вышли четыре мордоворота.

Один из них Волчара – Клод его сразу узнал. Трое других – его оперы. Громилы конкретные, не чета обыкновенным ментам. На этих только глянешь, оторопь берет. Монстры какие-то. Им, как другим, не надерзишь. Сразу в бараний рог согнут. И никакое карате не поможет. Говорят, у Кручи удар убойный. Быка с копыт сбить может. И у других болванки чугунные вместо рук.

– Ну что я говорил, – мрачно изрек Клод. – Сдал нас Сафрон...

А иного он от своего шефа и не ожидал. Не зря он у окна стоял, будто знал, что менты пожалуют к ним именно сейчас. Ждали их, к встрече готовились.

– Что, Волчара? – спросил Чичик.

– Ага, собственной персоной...

– Ну вот, дождались. Отстреливаться будем? – криво усмехнулся Чес.

Клод промолчал. Ему сейчас было не до шуток.

Настроение ни в звезду. Добрался-таки до него Волчара. Пусть и не насчет Вики пробивать его будет. Но все равно на душе муторно.

Ну кто его дергал за язык? Зачем Ступору о душегубе ляпнул?

Волчара и его оперы шли через двор медленно, но тяжело, как танки. Ничем их не остановишь. Впрочем, Клод и не собирался их останавливать. Не тот случай. Но и навстречу ему не вышел. Принял мента в гостиной, где вместе с ним находились и его пацаны.

– Ты Клод? – Волчара вперил в него свинцовый взгляд.

– Я...

Клод держался с достоинством. Никто не догадывался, что по спине у него бегали мурашки.

– И кодлан твой на месте. – Монстр из свиты Волчары обвел всех мутным взглядом. – Прямо как на заказ...

– Комов, ты бери этого! – Волчара показал на Слона.

– Савельев, займись этим, – второму мордовороту достался Чичик.

– А

тебе, Кулик, вот этот, – взяли за жабры и Чеса.

Клод достался на съедение самому Волчаре.

Он был уверен в своих пацанах. Битый час они во всех подробностях обсуждали, что будут говорить на допросе. Все будут дуть в одну дудку, не запутаются в своих показаниях.

Волчара и Клод остались одни в комнате.

Мент удобно устроился в кресле, взял со стола нераспечатанную банку «Туборга», вскрыл ее, хлебнул пивка.

– Ты, конечно, не возражаешь? – с усмешкой посмотрел он на Клода и кивнул на банку.

Тот с достоинством промолчал.

– А чего ты стоишь? Присаживайся!

Как будто не Клод, а он, Волчара, хозяин в этом доме. Наглый мент. И крутой. Знает свою силу.

– Или лучше садись...

– Ну нет, садиться я не буду...

– Кто знает, кто знает... Короче, дело к ночи. Давай-ка, Борислав свет Батькович мне про Селюнина Алексея Петровича во всех подробностях поведай...

Клод не стал строить из себя целку. С чувством глубокого раскаяния поведал, как случайно вышел на след душегуба, взял его, поместил у себя дома.

– И зачем это тебе было нужно?

Круча не пришел в восторг от его исповеди. Но не злился, громы и молнии не метал.

– А я знал, что ты, начальник, шефа моего прессовать начнешь. Косяк он перед тобой упорол...

– И ты решил проявить заботу о Сафроне. Хотел сдать душегуба в обмен на мою лояльность...

По лицу мента скользнула усмешка.

– Да что-то вроде того...

– А почему же не сдал его мне?

– Так он же сбежал...

– Когда?

– Сегодня ночью...

– Во сколько?

– Да точно не знаю... Но хватились мы его в половине второго ночи...

– И как же вы, хваленые братки, упустили немощного мужика?

– Почему немощного? – встрепенулся Клод.

– Ну вы же его били, не кормили, в подвале держали...

Что это, провокация или Сафрон настучал?

– Да ты что, начальник. Он у нас как сыр в масле катался...

– И укатился, – криво усмехнулся мент.

– Ну да... Типа как колобок...

– В сказке колобка лиса съела А в жизни?.. Давай, Клод, говори, куда душегуба дел. Колись, пока я добрый...

– Да смылся он. Слинял по-тихому... Мы ему снотворного вкололи. Думали, до утра дрыхнуть будет. Даже дверь в его комнату не закрыли. Да что-то не сработало. Проснулся, гад, да сбег...

– Ну да, конечно... – Волчара явно не верил Клоду. – И куда же он, бедный, подался?

– В озеро сиганул. И вплавь. К какому только берегу причалил, не знаю... Да мы его искали. Вон у соседки можешь спросить. – Клод показал в сторону соседского особняка.

– А я уже спрашивал. – Мент впился в него гнетущим взглядом. Будто лазером в душу забрался. – И знаешь, что она говорит?