Силовой вариант ч. 2
Шрифт:
— Потом разберемся. И все? Про это не спрашивал?
— Нет, нет… Ни слова. Говорит, в Кабуле будет работать, ты мне поможешь, я тебе помогу. Так сказал!
— Мы тебе поможем эфенди, не переживай.
— А…
Падение тела. Выстрела не слышно совсем.
— Дверь!
— Держу!
Какие-то шорохи.
— Готов. Валим…
Убили.
Бек достал кассету, сунул в карман. Маханул через забор — слава Аллаху, собак тут нет.
Убили…
Исходя из того, что он понял — перед ним были матерые предатели и бандиты.
Он оглянулся — вправо, влево. Хвала Аллаху — груда самодельного кирпича. Бросился туда.
Гул автомобильного мотора. Идущий по дороге УАЗ. Лицо водителя он запомнил на всю жизнь. Твари…
Когда надсадный звук мотора растаял в жаркой тиши афганского дня — он собирался перепрыгнуть через забор. Услышал шорох, обернулся. Подросток — маленький, босой.
— Салам, бача…
— Салам, эфенди… — неуверенно сказал подросток.
Бек подмигнул ему и прыгнул через забор. Побежал по улице. До валить из города… убили начальника Царандоя. Будут искать всех чужих и разбираться не будут…
Ему повезло. Он поймал машину Афсотра. [28] Молодой усатый водила, колесящий по афганским дорогам на стареньком КамАЗе за пару пачек сигарет и пятьдесят афганей согласился отвезти его до Кабула…
28
АФгано-СОветский ТРанспорт, АФСОТР
Афганистан, Кабул
Розовый дом
02 июля 1988 года
Два человека, просто одетых, один и вообще по виду афганец — хазареец сидели в пыльной, пропахшей оружейной смазкой и сталью (сталь пахнет, если ее много, не верьте, кто говорит, что нет) и листали подшитые папки, попеременно чихая от поднимающейся от папок очень вредной бумажной пыли…
Как опознать человека из КГБ. Резидентура в Кабуле сидит в здании совпосольства, там всем и про все известно. И каждый второй — стучит на каждого первого. Прийти и спросить — а нет ли у вас тут такого мужика с такими и такими приметами? А зачем он вам собственно нужен, товарищ? А так, для общего развития.
Ага-ага. Щаз-з-з…Ищите дураков.
Бек думал два часа и наконец придумал. Дело в том, что в Афганистане была проблема с личным оружием. Нет… как бы на базаре то его полно было, он сам купил только что для обеспечения деятельности нелегальной оперативно-боевой группы. Но и таскаться с таким по Кабулу день за днем как бэ… чревато. И тогда — путь прямиком к военным. У КГБ конечно своя масленица, но большей частью идут к военным.
Военные распределяют как легальные, так и нелегальные стволы. Нелегальные — это с операций, привозят, изъятыши из Царандоя. Есть коллекция- туда отбирают все необычные или явно западные, фабричного изготовления образцы, чтобы отправить в Союз на изучение. Есть просто запас как у каждого запасливого кладовщика. Если к примеру кто-то хочет пистолет для дражайшей супруги, чтобы не боялась по Кабулу шляться, такса — в пересчете на два-три литра спирта. Если
С фотографиями…
Вот и сидят двое, в полуподвальной комнате Розового дома, один на рассохшемся стуле, другой — на сложенных стопкой папках. Листают, глотают бумажную пыль, чихают…
— Стоп! Этот!
— Захарчук Павел Борисович, подполковник милиции, военный советник, прикреплен к Царандою провинции Балх. В должности военного советника с восемьдесят третьего года… — монотонно докладывает Бек.
Один из двоих офицеров, сидящих за столом присвистывает. На нем — простая, однотонная, немаркая форма необычного для Советской армии фасона без знаков различия.
— Здорово. Это кто это ему так ворожил?
О чем речь — всем понятно. В Афганистане на непыльную должность советника Царандоя в провинции Балх должна очередь стоять. Город то почти тыловой, это тебе не Кандагар, не Джелалабад с их беспределами. Это еще военный советник… мог несколько раз продлиться. А вот у МВД количество советнических мест со всеми их благами, зарплатой в чеках и т. д. — ограничено. Простой человек никак не мог удержаться на таком месте пять лет.
А если удержался — значит, есть повод присмотреться…
— Баранец Степан Валерьевич, майор государственной безопасности, резидентура в Кабуле, советник посольства СССР по безопасности.
— Твою мать… — снова не сдерживается военный
Второй молчит
— Что ты от нас хочешь? — спрашивает первый военный.
— Немногого, товарищи. Эти люди должны быть взяты под особый контроль. Равно как и база в Мазари-Шарифе. Особое внимание — направлениям Кандагар, Заболь, Пактика. Есть основания считать, что где-то там проходит путь нелегальной доставки наркотиков на территорию Республики Афганистан с последующей их контрабандной доставкой на территорию СССР.
— Как вы это себе представляете?
— Обычно. Особое внимание появлению данных людей в приграничной зоне, в пунктах временной дислокации советских войск…
Когда за подозрительным монголоидом закрывается дверь, офицер в форме без знаков различия заковыристо выругался
— Б… это КГБ… в хвост и в гриву. У них разборки меж собой, а дерьмо на нас…
— Товарищ половник, прикажете составить радиограмму?
— Давай. По указанным провинциям. Шифром.
— Есть! Разрешите идти! — вскакивает второй военный.
— Иди. Дверь закрой.
Когда за вторым военным закрывается дверь — первый, выругавшись еще круче, рывком дергает на себя верхний ящик стола. Там — пистолет АПБ и японская радиостанция. Альтернативная связь — он подозревал, что телефонную связь внутри здания и слушают и пишут.
— Сентябрь! Сентябрь, мать твою! — гремит командирский рык.
— На приеме!
— Через тебя сейчас хазареец пойдет! Задержать… доставить… только вежливо, кости не ломать! А то он сам вам сломает! И без лишних…