Сильномогучее колдунство
Шрифт:
— Да, история вышла довольно пикантной. Граф даже в редакцию «Ведомостей» обращался, чтобы изъять у них сведения, полученные от третьих лиц, — следующую фразу репортер произнес, понизив голос. — До меня дошли сведения, что его трастовым фондом было сделано более чем щедрое пожертвование кое-кому из уполномоченных лиц редакции.
— Ага, более чем щедрое… — всё тем же странным голосом продолжил молодой человек. — Я понимаю, что мой вопрос немного бестактен, и где-то даже интимен, а какую именно клятву вы дали графу?
— Слово Джентльмена! —
— Мистер Эджин, у меня будет к вам просьба, — начал Гринривер после длительного молчания, — вы можете в срочном порядке добраться до города и уточнить: куда всё же нас отправляют? Нам с компаньоном надо обсудить сложившуюся ситуацию, и по возвращению я дам вам ответ насчет вашего участия в нашей миссии. — Ричард записал название географического пункта в извлеченный из кармана блокнот и протянул вырванный лист репортеру.
— Сей момент… Только распоряжусь насчет багажа, и пулей… — затараторил визитер и убежал, не прощаясь.
Молодой аристократ тяжело вздохнул и откинулся на спинку стула, разглядывая бегущие по небу облака.
— И? — лениво поинтересовался Рей, уничтожая очередное яблоко.
— «Сердечно прошу вас позаботится о жизни и здоровье мистера Эджина, если с ним случиться что-то плохое, то ваш старший брат может не пережить эту горестную весть!» — процитировал письмо молодой человек. Голос его сочился сарказмом.
— Тот самый твой брат, который повесил на стену своего кабинета банковскую выписку, где ты лично оплачиваешь памятник себе самому в Римтауне? И прислал тебе фото? — Салех с интересом уставился на компаньона.
— Ага, — скривился Гринривер.
— Тот самый брат, что проспонсировал открытие музея имени тебя в родном городе? Буквально неделю назад? — продолжил перечислять громила.
— Ага, — кружка с чаем исчезла из руки молодого человека, и он выдал что-то непечатное.
— Тот самый, что запирал тебя в подвале в детстве…
— Пожалуйста, хватит. Мне не хуже вашего известно о моих сложных отношениях с моим многочисленным семейством, — раздраженно буркнул графеныш. Разговор его не то, что бы тяготил, а форменно бесил.
— Ну так прогуляешься с этим Эджином на открытой палубе дирижабля где-нибудь над морем. Делов-то, — зевнул громила и подозвал официанта взмахом руки. — Или я прогуляюсь.
— Не надо делать из меня чудовище! — раздраженно прошипел Ричард.
— Мне, пожалуйста, большую чашку кофе со сливками и коньяком. И яичницу из десятка яиц, с колбасками. — Сделал заказ официанту Рей. — И Ричард, мы же о тебе говорим. У тебя саквояж оббит кожей бедного мистера Симпсона, а в саквояже три правых глаза… — громила взглянул на побледневшего официанта, который с ужасом уставился на саквояж у ног Гринривера. — Вы не переживайте, мы официантов не едим, — миролюбиво закончил Рей, и улыбнулся.
Парень в белоснежном фартуке сделался лицом цвета своей форменной одежды.
— Но только если не голодные! — рявкнул на сомлевшего юношу
— Да вроде не должен… — виновато протянул громила. — Я, если что, сам принесу! Что тебе заказать кстати?
— Мистер Салех, не уходите от разговора! Я убиваю только своей волей…
— Так ты же буквально две недели назад просто по просьбе… — перебил нанимателя Рей.
— Вы можете просто заткнуться? — повысил голос графеныш, поднимаясь с кресла. — Я не психопат, чтобы вы там обо мне не…
Громила шевельнул ногой и стало видно, что ниже левого колена у него протез в виде простой обточенной деревяшки. Ею он зацепил трость, выполненную из обработанной кости. Вернее будет сказать — двух искусно склеенных бедренных костей. В темноте предмет гардероба слабо светился. И, кажется, тихонько плакал.
Нужно ли говорить, кому трость принадлежала? Ричард осекся.
— Ричард, ну просто представь, что ты стоишь с мистером Эджином на балконе, а где-то далеко внизу стоит твой брат. Неужели бы ты не толкнул беднягу? — продолжил давить на нанимателя инвалид. — К тому же, я ведь изучил все это ваше высшее общество. Репотеришка всё едино, покойник. А ты тот человек, который его смерть сможет использовать с наибольшей выгодой. Да и убьешь не больно!
— Так, все, хватит! — графеныш неожиданно успокоился и неторопливо опустился в кресло. — Мы берем с собой этого Илаю, я не буду его убивать, и отдаю вам приказ, тоже ни в коем случае этого не делать. И чтобы вы, мистер Салех, не нудили, я поясню свою позицию. Своего брата я убью своими руками. Он должен страдать. Я вспорю ему живот, запущу туда крыс и сожру его печень у него на глазах…
— Ддджентельмены? — компаньоны оглянулись. Пока они спорили, к их столику подошел мужчина в костюме городового. Он лихорадочно стучал по поясу, промахиваясь мимо кобуры.
Рей тяжело вздохнул.
— Чем обязаны? — Ричард и интересом взглянул на служащего.
— Ттам молодой человек утверждает, что вы признались в убийстве нескольких человек… Мможет он что-то неправильно понял?
— Он понял все правильно. Мы действительно убили несколько человек. И, как вы могли слышать, так же планируем заниматься этим в дальнейшем, — вежливо ответил Гринривер, срывая кожу с мандарина.
— Аааа… — мужчина впал в ступор, пытаясь понять как ему действовать в сложившейся ситуации.
Салех протянул городовому газету и помахал ею перед покрытым испариной лицом, привлекая внимание к заголовку. Тот схватил печатное издание, как утопающий — круг, и прочитал первые строчки. Сравнил лицо на фото и внимательно смотрящего на него молодого аристократа. Облегченно выдохнул.
— Ппрошу меня извинить, сущий конфуз, господа, честь имею… — служащий развернулся на пятках и уже набрал крейсерскую скорость, когда раздраженный окрик Ричарда приморозил его к земле.