Сильнее меня
Шрифт:
Не знаю, что именно в нём провоцирует меня на откровенность — если не полную, то хотя бы в эмоциях. Надеюсь, это не действие магии? Потому я уже любую ерунду могу представить!
На миг руки Траяра сжимаются на краю столешницы.
— Я никогда не говорил, что против твоего положения. Оно лишь вызывает вопросы к мотивам.
— Тогда, может, это уже проверка? Если я соглашусь — значит, хватаюсь за любой шанс продвинуться в жизни. Корыстна, недостойна.
— Или я искренне хочу убедиться, что мой брат не совершает ошибки. Ты
Мне хочется мотнуть головой. Может, из-за того, что его низкий голос пробирается под кожу, а близость кажется всё опаснее. Взгляд проходится по линии аристократических ног, цепляется за пряжку ремня, обрисовывает мышцы под белоснежной рубашкой. Когда там амулет начнёт действовать?
— Слухи пойдут, если соглашусь, — возражаю уже слабее.
— Я скажу, что Лаэм тебя порекомендовал. В конце концов, это правда.
Он совсем не желает от меня отцепиться. Загоняет в угол — хотя предложение не назвать плохим или оскорбительным, надо признать. Со стороны посмотреть, так моя жизнь прёт в гору: стала невестой высшего аристократа, вливаюсь в его семью, ещё и повышение предлагают на ровном месте!
Главное не думать, что это пузырь на воде, который лопнет в любой момент. Например, если я слишком резко встану и задену мужчину перед собой рукой.
Но что я могу? Отказать, чтобы он считал, что я ни на что не способна?
— Можно попробовать, — вздыхаю я. — Не понравлюсь — вернёшь меня на прежнее место через пару дней.
О своём согласии я жалею почти сразу. Думаю, что так просто не может быть: Траяр Шер наверняка приготовил для меня какой-нибудь подвох. Но потом и за слабость себя корю.
Ну не бегать же мне от него!
— Собери со всей лаборатории информацию по заказам на источники, — велит мой мучитель, — Сделай заметки: где и что по твоему мнению может идти не так.
— Что-нибудь ещё?
— Обычные заказы будешь исполнять по мере сил. Я подберу важные и пошлю с тобой одного своего знакомого. По ним тоже пиши, что думаешь — в свободной форме.
Должна признать. Стимул делать всё в лучшем виде Траяр дал мне знатный. Прямо идеальный начальник, может собой гордиться.
Первую половину дня я ношусь по лаборатории, выполняя его поручение. Сталкиваюсь с удивлёнными взглядами коллег, пожимаю плечами, объясняя им ситуацию. Отдельно запоминается, как я передаю весть об этом Войеру. Траяр выдал мне для него письмо — велел отнести, чтобы не возникало вопросов. Но вопросов у управляющего явно много.
— Лорд Шер всё-таки назначил тебя? — его лицо слегка белеет. Больше он ничего не говорит, но записку перечитывает несколько раз, сжимает плотно. И я с большим трудом понимаю причину: он что, опасается, что я попала к Траяру на хороший счёт?
Даже не знаю, обрадоваться этому или нервно рассмеяться. Не хватало только, чтобы Войер увидел сейчас во мне угрозу! Но и успокаивать его в мои планы
В середине дня я кладу папку на стол Траяру. Высший аристократ берёт её, начинает изучать при мне.
— Я не знала, в каком стиле лучше делать заметки, — признаюсь немного скованно. — Предлагать побольше изменений или поменьше. Решила в итоге просто быть честной. Если тебе не понравится — скажи.
— Я прочитаю и отвечу.
Меня немного удивляет, что за этим не следует ничего особого.
Сначала я была уверена, что Траяр завалит меня какой-нибудь невыполнимой работой. Сделает всё, чтобы я провалилась. Но его поручения вполне разумны — вечером я выполняю два заказа на источники, где всё идёт гладко, даже новый маг оказывается вежливым пожилым мужчиной. В сумерках опять тихо уезжаю с Лаэмом, который как и вчера выглядит усталым, но жалуется на жизнь чуть меньше.
На следующий день Траяр хочет, чтобы я поговорила с магами о нескольких артефактах, тоже выпытала у них, где есть проблемы. Мы пересекаемся несколько раз за день. Куда больше, чем с моим “женихом”! И именно Траяр зовёт меня поздно вечером — причём не в кабинет. Секретарь, уже направляющаяся домой, судя по сумке на плече, сообщает, что старший лорд Шер в нижних залах.
Туда я спускаюсь, и там нахожу Траяра совсем не за тем занятием, которое у меня ассоциируется с работой высокого начальства.
Большой зал в подвале лаборатории залит светом. Голубым, розоватым, жёлто-зелёным, как листва на солнце. Траяр стоит спиной ко входу, и перед ним развернулось огромное сияющее плетение. Руны мерцают в воздухе. Между них парят и кружатся кристаллы. Всё блестит, двигается в диковинном танце — под движения красивых мужских рук.
У меня перехватывает дыхание.
Я, конечно, сотни раз видела артефактников за работой. Молодых и опытных. Толковых и не очень. Но сейчас просто застываю — потому что магия звенит, складывается в едва слышную мелодию. Красивую и немного яростную. Мне всегда казалось, что работа с чарами требует спокойствия. Но Траяр вертит камни, заплетает и расцепляет нити как боевой маг подчиняет стихии.
Я смотрю на его статную фигуру, очерченную светом. На прямые плечи, переливающиеся тёмные волосы. Но прежде, чем оцениваю собственное состояние, слышу:
— Заходи.
Вздрагиваю, потому что до последнего была уверена, что начальство меня не заметило.
— Я могу заглянуть попозже.
— Я позвал тебя сейчас. Ты не помешаешь.
Ещё одно движение руки — как у дирижёра большого оркестра.
— Что ты делаешь? — я невольно переношу вес на мыски, стараясь не стучать каблуками. Подхожу тихо.
— Игнар и его люди всё никак не могу разобраться с этим несчастным шкафом. Пришлось почти пытать их, чтобы признались, что у них застопорилось дело на пятой ступени. Вот пытаюсь разобраться.