Сила дара
Шрифт:
— В удивительное время живём… — задумчиво проговорил он.
Поджав губы, я пожал плечами.
— Не понимаю ваше удивление…
— Как и другие не поймут ваше желание работать своими руками…Но, впрочем… — произнёс он, подняв руку. К нам подбежал какой-то служака в чёрной мантии, подпоясанный обычной верёвкой. Вручив кардиналу небольшой пакет, он отошёл на несколько метров в сторону.
— Скажите, всегда было интересно, что значит верёвка на поясе. Может какой-то атрибут или философский характер? —
— Конечно, он есть, куда же без этого, — кивнул кардинал. — Короткий конец верёвки означает, как несовершенна природа человеческая. А длинный означает, что нет предела совершенству,
Похлопав глазами, я так и не понял, то ли это шутка, то ли серьёзно….
Не обращая внимание, на моё замешательство, мужчина рылся в пакете.
— Во! Нашёл! — радостно воскликнул представитель Ватикана, доставая несколько бумаг. — Значит так. Первое. Это приглашение на приём в Ватикане, через три недели, — передал он конверт с гербом Ватикана.
Два перевязанных ключа с папской тиарой над ними.
— Второе. Это документы на виноградники, они где-то неподалёку расположены, но это надо уточнить. Я не так, что бы знаю эту часть Италии.
Наткнувшись на мой удивлённый взгляд, он, кашлянув, развёл руки.
— Не надо смотреть так на меня. Я родом из Рима, а тут я и вовсе бываю пару раз в год и только по работе с домом Этсу.
— А если виноградники не работают больше? — подозрительно посмотрел я на него.
— Точно работают, я уверен на сто один процент, — пожал он плечами.
— Но вы же не видели, — продолжал я высказывать своё подозрение о таком сомнительном подарке.
— Тогда у меня бы не было этих документов…
Решив, стопорить бесполезное занятие, я взял документы.
— Виноградники, значит? Икра коньяка… — проговорил я задумчиво, листая документы.
— Что прости? Икра коньяка? — рассмеялся Энцо. — Ой не могу…ха-ха… икра…
— Ну он же из винограда… — растерялся я.
— Не объясняй, я знаю, как делают его, — хохотнул мужчина. — Ну всё, мне пора. Пока есть возможность нужно успеть насладиться любимой игрушкой.
— Кем? — оторвался я от бумаг.
— Яхтой. Вы разве не знаете…а, ну да, откуда? Вон та-черная. Это моя любимица. — показал он на яхту, которая завладела моим вниманием утром. — Анна.
— А где вертушка? — только и спросил у него.
Я был удивлён. Я был в шоке. Мои познания в яхтах хоть и были невелики. Но определить, что это очень дорогая и эксклюзивная игрушка, мне было по силам.
— Вертолёт, к моему сожалению, не подарили, а сам я себе такое позволить не могу, — вздохнул, как мне показалось, искренне кардинал. — Но и управлять я им не умею, а вот ради этой красавицы, я получил морское удостоверение.
— А вы
— Да бросьте! — засмущался он. — Это всё же был подарок от Французской короны. За верную службу короне несколько лет назад. Хотя признаю, её размеры не самые лучшие для моих путешествий по небольшим городкам. Я бы взял что-то поменьше и не такую броскую. Даже ваши глаза выдают, что вы уверены, такое чудо не по статусу кардиналу.
— У меня в голове не может уложиться чёрный цвет и святой престол, — искренне покаялся я.
— А это вы зря. Мир не делится на чёрное и белое, но я спешу! До свидания князь.
Глава 4
Моя влажная мечта-черная яхта кардинала, снялась с якоря только вечером.
Бросив мимолётный взгляд на уходящее судно, я вернулся к бумажной карте.
Шёл четвёртый час, как мы, разложив карты, искали чёртовы виноградники.
Алексей, отправленный после обеда в город, принёс целую охапку разнообразных карт.
Политические, дорожные, метеорологические, гидрографические, физико-географических ландшафтов и физико-географического районирования, карты транспорта и связи…
Виновато разведя руками, Лёха ответил, что он сам не знает, как выглядят нужные карты с полями винограда, а в магазине, пришлось просто просить мап. Ему и дали, мап.
Согласившись с его доводами, мы принялись рассматривать карты, в поисках нужной нам информации.
Расположившись на улице, мы поделив карты и придавив их камнями, каждый из нас пытался найти знакомые названия.
Закончили мы, когда на двор спустились сумерки и прочитать названия было уже совсем бесполезным делом.
Через несколько, дней, попытки найти мои виноградники, было решено прекратить.
Кроме названия, города, Сорренто, в бумагах была лишь улица, которую мы так и не смогли отыскать на картах.
Попытки узнать адрес у местных, кончались и вовсе глупым видом.
Их быстрый и эмоциональный поток слов, разбавленный веером жестов, я прекращал понимать на второй секунде.
Через несколько дней, когда наступила моя очередь похода по магазинам.
Я решил, что первым пунктом моей прогулки будет пляж.
На улице было двадцать пять — двадцать семь градусов выше нуля, несмотря на то, что на дворе ноябрь. И я просто не мог отказаться от идеи, нырнуть в море.
И вместо привычного магазина, где мы теперь покупали продукты, я, перебежав дорогу, спустился по бетонной лестнице, которая затесалась между пустырём и автостоянкой, в сторону пляжа.
И этот район, где я оказался, разительно отличался от привычных улиц города.
Тут жили обычные люди, тут не ждали туристов и всего лоска, старинного города, нации было невозможно.