Сихирти
Шрифт:
– Понятно, – Колобок сложил на столе руки в замок, опёрся на локти. – Конечно, понятно. Я просто хотел сказать, что в его работе есть изрядная доля творчества. К ней требуется особый подход. А также хотел отметить, что этот человек со своей работой справляется!
Никита поджал губы и несколько секунд внимательно смотрел на подчинённого. Директор заёрзал в кресле от этого взгляда.
– Или я чего-то не понимаю, или из меня пытаются сделать дурака, – насупился бизнесмен. – Ты хочешь сказать, что в работе этого бездельника есть что-то творческое?
– Никита Сергеевич… – попытался вставить слово директор магазина.
– Я
Из окна открывался вид на парковку, где находилось всего несколько десятков машин. Небо хмурилось, тяжёлые тучи наползали, как огромные и ленивые тараканы. Окружающий город, несмотря на утро рабочего дня, притих в ожидании ливня, словно заяц в кустах, решивший переждать опасность. Никита сложил руки на груди, отвернулся от окна. Директор смотрел на него круглыми глазами.
– Ты всерьёз полагаешь, что он незаменим? – переспросил бизнесмен.
– Но нельзя ведь…
– Да уже завтра на его месте будет работать другая вещь, – перебил Никита. – И будет радоваться, что нашёл место, где сможет заработать на еду! Убери его, если не нравится и придёт следующий! Понимаешь? – бизнесмен всмотрелся в лицо подчинённого.
– Никита Сергеевич, по-моему, вы перегибаете… – попытался вставить директор. Его лицо преобразилось: глаза сузились, скулы заострились, щёки раскраснелись.
Хозяин «Схватишек» для себя отметил, что этот человек слишком сильно любит двуногих.
– Люди. Это. Мы! – разделяя слова длинными паузами, произнёс Никита. – Я. Ты. Запомни: люди это те существа, которые ценят отпущенное им время и тратят его с умом. Рабы же предпочитают отдыхать. Они всего лишь инструмент, лежат и ничего не делают! Потому и относиться к ним надо соответствующе. Заставлять. Нагибать. Штрафовать. Увольнять по статьям, в конце концов, за любую провинность. Я доходчиво объясняю?
– Вполне, – на лице директора застыла маска отрешённости. Он слышал хозяина «Схватишек», но воспитание и моральные установки не позволяли ему понимать глубинный смысл сказанных слов.
Бизнесмен присел обратно в кресло для гостей. Хитро улыбнулся.
– Поэтому моя сеть магазинов процветает, – продолжил хозяин «Схватишек». – Я давно понял, кем является подавляющая часть людей. И, если человечество запретило рабство, это не означает, что рабство пропало. Просто надо уметь им пользоваться. И в твоих интересах научиться. Иначе… – Никита пристально взглянул на директора. – Нам придётся расстаться. Любовь к людям ни к чему хорошему не приводит. Тебе решать, будет ли у нас и дальше плодотворное сотрудничество. Я понятно выражаюсь?
– В-вполне, – с запинкой выдавил Колобок.
– Вот и замечательно, – ободряюще улыбнулся хозяин «Схватишек». – Хорошо, когда люди друг друга понимают? Правда?
– Правда, – кивнул подчинённый.
На несколько мгновений Никита задумался. Директор застыл с подобострастным выражением, словно собака, которая схватит любую брошенную кость.
– Я тут вообще оказался практически случайно, – начал хозяин «Схватишек». – Но теперь точно буду периодически, а главное неожиданно, наведываться. Сейчас лечу на открытие
– Плохой контроль над… над…
– Ну? – подбодрил бизнесмен.
– Инструментом, – выдавил подчинённый.
– Правильно, – расцвела улыбка на губах Никиты, глаза оставались серьёзными и внимательными. – Плохой контроль над инструментом. Это был первый и последний раз. Я достаточно ясно выразился?
Колобок поспешно кивнул.
– Тебе меня когда-то хорошо рекомендовали, – продолжил хозяин «Схватишек». – Потому, будь любезен, оправдай эти рекомендации. Я сейчас слетаю на открытие нового магазина, потом кое-куда заскочу, а на обратном пути обязательно наведаюсь. И хочу здесь увидеть идиллию. Ясно? – директор несколько раз кивнул. – Рабы трудятся в поте лица, менеджмент следит, чтобы рабы трудились. А мы с тобой получаем деньги. Разве плохая схема? – приподнял бровь бизнесмен.
– Очень хорошая, – натянуто и явно через силу улыбнулся Евгений.
– Так чего ты тогда её не используешь?
– Исправлюсь, Никита Сергеевич. Исправлюсь.
– Верю, – поднялся с кресла хозяин супермаркетов «Схватишка». – Иначе мне придётся искать в этот магазин нового директора.
После первого раската грома с неба припустил такой дождь, будто бог решил устроить очередной потоп. Моментально образовались огромные лужи, из которых чуть позже сформировались целые реки. Люди столпились в стеклянном тамбуре супермаркета. За стёклами стояла сплошная стена дождя. Казалось, протяни руку и ощутишь твёрдую поверхность. Самые смелые или самые торопыги прикрывали голову пакетом и бежали к машинам. Такой манёвр спасал от намокания лишь шевелюру. Колобок проводил нежданно нагрянувшего начальника до выхода. Когда увидел погоду, лицо сделалось чернее туч на небе. Никита цокнул языком и почесал нос. Такого разворота событий он тоже не ожидал, хотя пилот о чём-то подобном пытался предупредить. Но бизнес есть бизнес. И погода туда никоим боком не вписывается.
– Мда-а-а-а… – удручённо протянул Евгений. – На сегодня конечно передавали дождь…
Он кинул мимолётный взгляд на руководителя и снова вперился в стену дождя, будто мог сделать проход в воде подобно Моисею.
– Согласен, – нахмурился Никита. – Мне надо как-то вон в ту машину попасть, – указал, на стену дождя, где должно стоять vip-такси.
Директор посмотрел в указанную сторону. На лице появилось плаксивое выражение. Никита догадался, что подчинённый думает, будто ему предлагают выйти на улицу.
– Сейчас самое время попробовать на практике применить то, о чём мы говорили, – положил руку на плечо подопечному хозяин «Схватишек». Директор посмотрел на него долгим, непонимающим взглядом.
– Охранник на входе, – с улыбкой подсказал бизнесмен. – Забыл, что рабов эксплуатировать надо?
Рядом стояла полная женщина в красном платье. В одной руке пакет из супермаркета, в другой древний мобильник. Она бы не обратила внимания на двух мужчин, не услышь последнюю фразу. Подняла расширенные глаза от телефона и приоткрыла рот, будто собиралась что-нибудь сказать. Колобок глянул на женщину, на хозяина «Схватишек» и, словно в замедленном воспроизведении, кивнул.