Сигнус
Шрифт:
— Ну, вроде всё понятно. Расскажи-ка мне, Синтия, как погиб фор Вирзангер?
— Эх, — вздохнула проекция, и я заметил, как соблазнительно натянулась ткань на полной груди.
Нет, не к месту такие мысли. Прочь-прочь!
— Так что?
— Три года большой срок, особенно для жизни на таких планетах-мусорках. На них средняя продолжительность жизни примерно семь-восемь месяцев. СКАРБ — это тюрьма для смертников, а фор Вирзангер продержался три года, и это его сломило. Сигнус изменился до неузнаваемости. Из сильного и властного летвира превратился в канючащую
Задумался.
Со мной всё понятно, но как тут оказался Ишир? За драку с дарминцами?
Вряд ли, если только не прибил кого-нибудь во время ссоры. Учитывая законы Т’Хармы, и того, что дарминцы стали полноправными гражданами, император запросто мог издать указ о запрете на их убийство, чтобы не разжигать межрасовую резню.
Надо будет уточнить у рептилоида, так ли это?
— Как будем выбираться из этой задницы? — поинтересовался у Синтии, — Наверняка у тебя за столько времени появился хоть какой-то план.
НЕЙРО виновато опустила голову.
— Я просчитала всевозможные варианты. Процент того, что мы сумеем выбраться со СКАРБА составляет 0,01%.
— Кх-м, к-хм, — закашлялся я от подобной новости, хотя стоило этого ожидать. Если бы можно было свалить с планеты-мусорки, бывшего владельца тела здесь бы давно не было.
— Ладно, не расстраивайся, будем думать вместе. Лично я тут оставаться не намерен.
— Я пыталась каждый день отправить сигнал, но экран над СКАРБОМ блокирует любую попытку передачи данных. Знаешь, сейчас я уже не так уверена, что стоит это делать.
— Поясни.
— Всё слишком неоднозначно. Я думаю, если нам удастся отсюда сбежать, то сразу раскрывать свою личность не стоит. Лучше осторожно присмотреться и попробовать выяснить, кто имеет на тебя такой большой зуб, что решил убрать с дороги.
— Предположения есть?
— Ага. Очень много. Убийцу могла нанять одна из брошенных тобой любовниц.
— Вполне реальная версия, — согласился со словами НЕЙРО.
— Мог отметиться муж-рогоносец, — продолжила Синтия.
— Хм-м, если учесть каким бабником был Сигнус, то список наверняка не маленький.
— Ты даже не представляешь, — усмехнулась проекция, — но не переживай, на всех них у меня есть данные.
— Ты что, фиксировала любовниц Вирзангера?
— А как же, даже мимолетные связи.
— М-да, надеюсь у этого тела нет бастардов?
— Ни одного. В этом вопросе Сигнус был щепетилен.
— Ну, хоть это радует. Не хотелось бы обнаружить целый выводок детей под боком. Ещё версии есть?
— Могли действовать по политическим причинам, чтобы ослабить дом де лер Атоллус и сам род Вирзангеров, но, чтобы в этом убедиться, нужно узнать
— Спрошу у Ишира. Чуть не забыл: если мы найдем выход, как быть с контролирующим чипом?
— Ха-х, — усмехнулась Синтия, — об этом можешь не волноваться. Я просто его растворю. Вообще, не проблема.
— Ты ж, моя хорошая, — протянул я и послал НЕЙРО воздушный поцелуй, от чего девушка зарделась и тут же исчезла.
На этом мы решили закончить разговор, и я, наконец-то, провалился в сон.
Не выспавшийся и раздраженный я топал к очередной куче мусора. Ту Рино уже ждал меня, неторопливо отпиливая найденной ножовкой какую-то деревянную хрень и весело напевал себе под нос.
— Вот ведь неунывающая рептилия! — позавидовал истребителю.
— Привет, — помахал рукой Ишир, — Вы чего такой мрачный?
— Кое-что вспомнил, — буркнул в ответ.
— Оо-о, здорово! К вам возвращается память?
— Понемногу.
— И что уже вспомнили?
— Да так, сущие мелочи.
— А нападение?
— Нет, — тряхнул головой, — Всё как в тумане.
Ишир сочувственно цокнул языком.
— Сожалею.
— Не стоит. Думаю, потихоньку, вот тут, — постучал себя по лбу, — Всё восстановится.
— Было бы здорово. А нейросеть не подавала признаков жизни?
— Увы, но нет, — решил не говорить правду, слишком подозрительным мне показался настойчивый интерес рептилоида.
Да и вообще, к его появлению на СКАРБЕ в связи с последней полученной информацией, стал относиться более настороженно.
Может, всё происходящее было случайностью, и Ишир просто искренне переживал за своего командира, но… рисковать я не собирался.
Надо побольше присмотреть к этому парню и только потом откровенничать.
Ох, чуть не забыл.
— Синтия, а ты чего молчишь? Могла бы подсказать, — обратился мысленно к НЕЙРО.
— Что именно?
— Ты говорила, что мы можем посмотреть эмоции и намерения. Давай-ка узнаем, что чувствует наш чешуйчатый друг.
— Прости. Не могу, — в голове Синтии послышалась вселенская грусть.
— Почему?
— Я еще не полностью восстановилась после разрыва нейронных связей.
— Сколько тебе понадобится времени?
— Думаю, около месяца.
— Ну что же, подождем, а пока за работу, не хотелось бы получить энергетический разряд в задницу, и если к этому времени нам не удастся выбраться со СКАРБА проверим на лояльность ту Рино.
— Ишир, — через некоторое время поинтересовался у межгалактического истребителя, — Ты говорил, что подрался с дарминцами…
— Угу, так и есть.
— Но за это не отправляют на планету смертников.
— Всё верно, командор. Эти ублюдки оскорбили мою честь, и я вбил их же слова им в глотки.
— Убил?
— Да, и не жалею.
Версия о том, что запрет на убийство дарминцев вступил в силу, оказался верным. Хорошо то, что он действовал в обе стороны.
— Может ваш отец и прав, но я не разделяю его гуманизма. По мне, лучший дарминец — мертвый дарминец, отчеканил Ишир и сплюнул на землю.