Схватка
Шрифт:
– Нет. Спасибо, Луи.
– У вас были галлюцинации?
– Галлюцинации?
– Да. Вы сказали, что мужчина слишком долго живет один и начинает галлюцинировать.
– Просто оборот речи, - сказал Крейн.
Он быстро допил кофе и вернулся в отдел.
Теперь он выглядел более знакомым.
Эд Лейн проклинал мальчишку-монтажера. Фрэнк Маккей делал вырезку из утреннего номера оппозиционной газеты. Подошли еще двое репортеров.
Крейн быстро взглянул на дверь хозяйственного шкафчика - она была по-прежнему закрыта.
Зажужжал
– Джо, - сказал он, - это тебе. Какой-то сумасброд заявляет, что он встретил идущую по улице швейную машину.
Крейн потянулся к своему телефону.
– Переведите звонок на два сорок шесть, - сказал он оператору.
Голос говорил ему в ухо:
– Это "Геральд"? Это "Геральд"? Привет, это...
– Это Крейн, - сказал Джо.
– Мне нужна "Геральд", - говорил человек.
– Я хочу рассказать им...
– Это Крейн из "Геральд", - сказал ему Крейн.
– Что вы хотите?
– Вы репортер?
– Да, я репортер.
– Тогда слушайте внимательно. Я попробую рассказывать не спеша и просто, точно так, как это случилось. Я шел по улице и...
– По какой улице?
– спросил Крейн.
– И как вас зовут?
– Ист Лейк, - сказал говоривший.
– Пятисотый или шестисотый квартал, не помню точно. И я встретил эту швейную машину, которая катилась по улице, и я подумал, да и вы бы тоже подумали, ну понимаете, если вы встретили швейную машину... Я подумал, что кто-нибудь катил ее по улице и она укатилась. Хотя это странно, потому что улица ровная. Никакого уклона, вы понимаете? Конечно, вы знаете это место. Ровная, как ладонь. И ни души на улице. Было раннее утро, вы понимаете?..
– Как вас зовут?
– спросил Крейн.
– Зовут меня? Смит, именно так. Джефф Смит. И тогда я решил, может быть, стоит помочь этому парню, у которого пропала швейная машина, поэтому я протянул руку, чтобы остановить ее, и она увернулась. Она...
– Что она сделала?
– заорал Крейн.
– Она увернулась. Поэтому помогите мне, мистер. Когда я протянул руку, чтобы остановить ее, она увернулась, и я не смог ее поймать. Как будто она знала, что я собираюсь ее поймать, а она не хотела быть пойманной. Поэтому она увернулась и объехала вокруг меня, а потом понеслась по улице, набирая скорость по ходу движения. Когда она добралась до угла, она лихо повернула за угол и...
– Какой у вас адрес?
– спросил Крейн.
– Мой адрес? Послушайте, для чего вам нужен мой адрес? Я вам говорил об этой швейной машине. Я позвонил вам, чтобы рассказать, а вы продолжаете прерывать...
– Мне нужен ваш адрес, - сказал ему Крейн, - чтобы описать этот случай.
– Тогда ладно, если так нужно. Я живу в Норт Хэмптон, 203, и работаю в фирме "Аксель Машинз". На станке. И я ничего не брал в рот уже несколько недель. Я совершенно трезв.
– Хорошо, -
– Продолжайте рассказ.
– Ну что, почти все сказано. Только когда эта машина катилась мимо меня, у меня было странное чувство, что она за мной наблюдает. Украдкой, что-то в этом роде. А как может швейная машина наблюдать за человеком? У швейной машины нет никаких глаз и...
– Откуда вы взяли, что она наблюдает за вами?
– Я не знаю, мистер. Просто такое чувство. Как будто мою кожу скатывают вверх по спине.
– Мистер Смит, - спросил Крейн, - вы когда-нибудь видели такое раньше? Скажем, стиральную машину или что-нибудь еще?
– Я не пьян, - сказал Смит.
– Ни капли несколько недель. Я никогда в жизни не видел ничего подобного. Но я говорю вам правду, мистер. У меня хорошая репутация. Вы можете позвонить кому угодно, вам подтвердят. Позвоните Джонни Якобсону в бакалее "Ред Рустер". Он меня знает. Он вам может рассказать обо мне. Он может вам рассказать...
– Конечно, конечно, - сказал Крейн, утихомиривая его.
– Спасибо, что позвонили, мистер Смит.
"Ты и парень по имени Смит, - сказал он себе.
– Вы оба сходите с ума. Ты видел металлическую крысу, с тобой разговаривала твоя пишущая машинка, а теперь этот парень встречает швейную машину, катающуюся по улице".
Мимо его стола быстро прошла секретарша ответственного секретаря Дороти Грэм, ее высокие каблуки отстукивали сердитую дробь. Она позвякивала связкой ключей, и лицо ее было розовым от возмущения.
– Что случилось, Дороти?
– спросил он.
– Опять эта проклятая дверь!
– сказала она.
– Дверь хозяйственного шкафчика. Я точно знаю, что оставляла ее открытой, а теперь является какой-то балбес, закрывает ее, и замок захлопывается.
– Ключом не открыть?
– спросил Крейн.
– Ее ничем не откроешь, - отрезала она.
– Теперь мне снова нужно звать Джорджа. Он знает, как с ним справиться. Разговаривает с ним или еще что-то делает. Это сводит меня с ума. Шеф позвонил вчера вечером и сказал, чтобы я пришла пораньше и приготовила магнитофон для Альбертсона. Он едет на север на этот процесс об убийстве и хочет кое-что записать на пленку. И я встаю рано, и что из этого? Я теряю сон, даже не остановилась позавтракать, а теперь...
– Достань топор, - сказал Крейн.
– Он откроет.
– Хуже всего, - сказала Дороти, - что Джордж никогда не торопится. Он всегда говорит, что он скоро придет, и я жду и жду, снова звоню, и он говорит...
– Крейн!
– рев Маккея эхом прокатился по комнате.
– Да, - отозвался Крейн.
– Есть что-нибудь в этой истории со швейной машиной?
– Парень говорит, что встретил такую.
– Что-нибудь к ней?
– Откуда я могу знать? Слово этого парня, вот и все.
– Хорошо, позвони еще нескольким людям в этом районе. Спроси у них, не видели ли они пробегавшую швейную машину.