Схватка за параллель
Шрифт:
– А почему большой?
– В случае успеха у галактики появится шанс.
– А наши победы в постоянных стычках?
– Кирилыч, не успеешь оглянуться, они нас сожрут.
Над столом надолго повисает напряжённая тишина. Слышен звон ножей и вилок о стекло и фарфор.
– Андрей, что надеешься там найти?
– Имеется одна фантастическая задумка, но, чтобы не показаться идиотом, помолчу. Тем более есть возможность проверить и убедиться воочию.
– Надеюсь, ты не собираешься воевать со змеями на нашей яхте?
– Капитан, сам понимаешь, это несерьёзно. Кулаками есть кому махать, а вот подумать вперёд некому. Хотя, может быть, я и не
– Знаешь, Андрюша, ты бабки вложил в дело, которое, кроме неприятностей, ничего не принесёт. Можешь на меня полагаться, как на самого себя. Команда крепкая, дружная. Стоит поделиться информацией, и недостатка в добровольцах не будет. Деньги решают не всё.
– Во-во! Кирилыч, кончай, сейчас не будем грузиться. Ваша задача – вы на орбите, мы со Стёпкой внизу ведём поиск. Дальнейшее по обстановке. Но, если опасность будет угрожать вам на орбите, уходите по МпЭс-порталу, а яхта пусть нас дожидается. Если не вернёмся, найдёте корабль сами. За всё уплачено.
После продолжительного застолья кэп приглашает в командную рубку посмотреть космос. Шарика поднять не удаётся, так что, не мудрствуя лукаво, перешагиваем эту спящую глыбу. Члены экипажа приветливо раскланиваются и стараются исчезнуть с глаз грозного капитана. Иду за ним и вижу только тени, исчезающие в каютах.
Лифт поднимает на капитанский мостик. Заставленная электроникой и приборами комната относительно невелика. Три человека, подключённые к машинам кабелями, осуществляют управление кораблём. Капитан приветствует всех и просит показать гостю перед большим прыжком звёзды. Старший смены, наверняка старпом, щёлкает тумблерами и гасит свет. Моторы снимают броню с огромного, метр на полтора, иллюминатора. С непривычки голову обносит. Поражают даже не множество искорок, а необъятная и необъяснимая глубина. Человек перед ней мал, микроскопически мал. Она стара, эта вселенная... Разумная жизнь часто разгоралось и затухала в её необъятных просторах. Стою неподвижно, как пришибленный. Разум постепенно берёт верх над пустотой: приходят в порядок мысли, заботы заставляют ощутить себя прежним и гонят прочь временный шок.
Надо сказать, посещение мостика не проходит бесследно. Накатывают разные мысли о мимолётности жизни, конечности всего. Сложность даже постановки вопросов к теме «вечность» вызывает горечь. Эйнштейн создал теорию относительности. Нет ничего, за что можно уцепиться, как за столб, пропуская мимо постоянно изменяющиеся время и пространство. Сегодня одно, а завтра совершенно другое. Красота сегодня – уродство завтра; ничто, пыль сегодня – завтра всё.
Необъятность темы поражает не меньше открытого космоса. Одна лишь мысль о драконах заставляет встряхнуться. Какая к чёрту глубина и мимолётность форм? Сегодня не победим, завтра – сожрут. Коротко и философски абсолютно верно. За вечность надо биться каждую секунду – и кувалдой, и мозгами. Тогда у народов появится шанс разобраться со сложностью мироздания. Наверняка оно началось с элементарно простого. Некому делать сложное. А зверюги созданы зачем? В уничтожении жизни должна быть цель. Но об этом позже. Хотя вывод напрашивается сам собой.
Благодарю дежурных и капитана за незабываемое зрелище и прошу разрешения откланяться и найти, наконец, сорванца Степана. Нам есть о чём поговорить. Стюард с уважением провожает до каюты. Прошу скинуть на монитор карты планеты Синары и вообще всё, что есть о ней.
Самому искать крупинки истины в огромном стогу сплетен, слухов просто лень. Кроме того, такие деньги уплачены. И ещё прошу пригнать в каюту Степана,
Монитор мягко создал голографический эффект, и маленькая, посиневшая, как курица времён застоя, планета прямо передо мной. Откровенно говоря, эффект не впечатляет. Принтер выдаёт комплект прекрасных карт, а голос из динамиков знакомит с прошлым планеты.
Коротко лязгает дверь – и парень с визгом кидается к глобусу. Кричит, задыхается, хлопает себя по голове, груди. Проходит немало времени, пока он успокаивается. Но глаза не отпускают ни на минуту родную планету.
– Степан, вы в школе географией занимались? Показывай, где жили.
– Вот здесь, – палец указывает на значительный район в экваториальной зоне, – там ласковое солнце и светит очень долго. По ночам идут проливные дожди. Много воды. Мы с отцом собирали её в бочки и закатывали в тенёчек. Никогда она не портилась, а до чего вкусна! Пьёшь – не напьёшься. Много воздуха; это не ваши города, где шагу ступить негде. С ребятами бегали к морю, во время отлива много чего оставалось. Опережая краков, тамошних птиц, успевали набрать огромных рыбин, крабообразных и моллюсков. На берегу из сушняка разводили костёр. Жарили рыбу, варили в большом котле раков. Набьёшь, бывало, пузо и до дому еле доплетёшься. Мама всегда встречала на высоком крыльце. Красивая она у меня... была...
– Ну, ну, – похлопываю по плечу пацана. – Ты же мужик. Конечно, такой удар в детстве страшен, но подумай вот о чём: родители погибли, но вас спасли, думаешь, для того, чтобы ты окурки по притонам сшибал? Нет! Они верили в будущее своих детей. А с вашей стороны одни отговорки за трудное детство и ни малейшего желания работать. Ну, ведь так? Сколько ваших сейчас работают?
– Мало.
– Да никто не работает, сидят на подачках, пенсиях. Самые шустрые, как ты, например, просто шакалят, – голова Степана клонится от каждого слова ниже и ниже.
Напрасно я начал этот разговор; мальчишка, хоть и молодой, но памятливый, при хорошем обращении и так скоро поймёт. Вот только есть ли у нас это «скоро»? Поэтому форсирую события, раскрываю пацана. Шутка ли, пойдём вместе в неизвестность.
– Ладно, Степан, давай показывай что помнишь.
– Андрей Егорыч, недалеко от столицы Увелы располагался наш посёлок Мира. В тот день с отцом собрались на рыбалку, летели на солнце около часа. Неожиданно в иллюминаторе появился дракон. Правда, маленький и чуть ли не вертикально набирал высоту, гигантскими крыльями нагоняя ветер в открытый кар. Папа ещё сказал: «Какой красавец!» и показал пещеру, откуда они выходят. Собирался рассказать легенду о них, да как-то не получилось. Это практически всё, что помню.
– А пещеру хорошо запомнил?
– Да, рядом с ней три высоких острых столба вот таким образом расположены, – рисует схематичный эскиз.
Если там не случилось серьёзных катаклизмов, пещеру мы найдём. И поглядим, откуда берутся драконы. Вероятность того, что это наши знакомые змеи, довольно велика.
– Степан, не помнишь, драконы у вас вместо птиц не летали? А то, может, это ваши обычные животные.
– Дядь Андрей, слышал я про драконов, но ни разу над планетой их не видел. И отец говорил: улетают они куда-то. Учёные вроде бы организовали экспедицию, но то ли погибли, то ли исчезли. Вот так.