Шутки судьбы

aleswit

– Никуда я не денусь, - мягко отвечает он, обнимая меня.

========== Разбитое сердце ==========

Ночь, сотни свечей, смешиваясь с сиянием луны, освещают небольшое озеро, на берегу которого, обнявшись, сидят двое. Девушка лежит на коленях у парня, а он гладит её волосы.

Влюблённые.

Счастливые.

— Раз мы не можем пожениться сейчас, зачем делать мне предложение? — смеется девушка, глядя на парня.

— Потому что я не могу представить и дня без тебя, Елена, — улыбается

ей парень, нежно целуя.

— Поверь, как и я, но это не ответ на вопрос, — она шутливо бьёт его по плечу. — Почему именно сейчас?

— Я люблю тебя больше всего на свете, разве это не достаточный аргумент?

— Более чем, — улыбается девушка, целуя его руку.

— Я не могу представить, что со мной будет, если ты вдруг уйдёшь, — грустно говорит он, прижимая губами ко лбу девушки.

— А я знаю, что будет со мной. Я умру. Не физически, но внутри меня больше не останется ничего, — нежно отвечает девушка, поднимая своё лицо к его. — Именно поэтому я никогда тебя не оставлю.

— Никогда?

— Никогда, если ты пообещаешь, что будешь счастлив со мной, — лукаво улыбается девушка, заглядывая ему в глаза.

— Ох, это проще простого, — смеется он и целует её. — Я не смогу жить без тебя, Елена. И я никогда не подозревал о том, что можно быть таким счастливым, какой я сейчас.

— Аналогично, — шепчет она, когда он смахивает слёзы с её щёк. — Надеюсь, ты всегда будешь счастлив со мной.

— Каждую секунду нашей вечности, — отвечает парень, нежно обнимая девушку, вкладывая в эти объятия всю свою любовь. — но только если ты будешь счастлива так же, как и я.

— Иначе и быть не может, — улыбается она, притягивая парня ближе.

POV Елена

Я до сих пор злюсь на Роуз, за те её неосторожные слова, злюсь на Джаспера, который бросил меня, не считая нужным посвятить в свои проблемы или, хотя бы, поделиться своими планами, но больше всего я злюсь на себя за… можно подумать, поводов мало. А так как я злюсь на себя, я автоматически злюсь на всех вокруг.

Как это ни странно, моим единственным другом остался Эдвард, с которым, до недавних событий, мы общались только в кругу семьи. Во-первых, потому что я всё ещё отказывалась говорить, так что он был единственным, кто мог вести со мной диалог. А во-вторых, потому что он понимал меня, понимал Джаспера и мог рассказать мне правду о том, что вообще происходит.

Джаспер отдалился. Я никогда не чувствовала себя такой чужой рядом с ним, такой одинокой. После того дня, в который он вернулся, наши эмоции сошли на ноль. Я не говорила. Он молчал. Джаспер вообще перестал смотреть на меня, а все его прикосновения сводились к ночным объятиям, без которых мне просто было не уснуть.

Я пыталась заговорить, но стоило мне открыть рот, как я понимала, сказать мне всё ещё нечего.

Поэтому, моим единственным собеседником продолжал оставаться Эдвард. Мы сидели на берегу озера, на том расстоянии, на котором нас не услышит ни один из вампиров и разговаривали, он вслух, а я всё ещё мысленно.

— Почему ты не хочешь говорить? —

спросил однажды Эдвард. — И не говори, что не можешь, мы оба знаем, что ты решила молчать.

— Я боюсь, что какое-то моё действие, какое-то слово, снова сломает всё то, что я выстроила, — я смотрю на сцеплённые руки. — хотя, ломать уже нечего. Всё давно сломано.

— Глупости, — качает головой парень.

— Я разрушила всё, что у меня было, Эдвард!

— Не ты, — отрицательно качает головой Эдвард.

— Не обвиняй его!

— Я и не обвиняю, но тебе смысла винить себя точно нет.

Я вздохнула, прося закрыть его эту тему.

Да, я могла говорить, но только слова не произносились. Я не знала, что мне сказать. Джас, прости, что я хотела секса с тобой? Извини, я больше так не буду?

Что я могла сказать ему? Он, видимо, тоже не находил слов, за что я его не осуждала. Так мы и существовали рядом, но не вместе, больше месяца. Я ловила себя на мысли, что облегченно вздыхаю, когда он уходит. Его присутствие очень давило, невозможно находить рядом с любимым человеком, притворяясь, что его рядом нет. Я всё ещё не сказала ни слова.

Я понимала, что это совсем не здоровые отношения, поэтому решила сделать первый шаг. Я всё ещё не была готова к разговору, но писать я могла, что я и сделала, когда мы остались вдвоём в спальне.

Как долго это будет продолжаться?

— Не знаю, Елена, — посмотрев на записку, грустно сказал блондин.

Почему всё так, Джаспер?

— Я не знаю, правда. Возможно, дело в том, что нам не стоило встречаться до твоего обращения, не зря Элис видела тебя только вампиром. От наших отношений одни неприятности. А, возможно, нам вообще не стоило встречаться. Ты жила бы полноценной, счастливой жизнью, а не с вампиром, который делает тебя несчастной, не говоря уже о том, что я могу тебя убить в любой момент. Случайно, — последнее слово он практически выплёвывает, вкладывая весь сарказм, на который способен.

Я встала и вышла из дома, зная, что он не станет меня догонять.

Он жалеет о нас, жалеет, что мы встретились. Могла бы догадаться.

Я шла, не обращая внимания на холод и боль, шла так долго, что вечер превратился в чёрную ночь. И я знала, что никто меня сейчас не преследует, я научилась чувствовать вампиров, когда они близко.

Я одна. Ночью. Посреди леса.

Нужно было выбираться, не зная, куда идти, я решила идти прямо, не сворачивая. Рано или поздно я выйду куда-нибудь, ну, или кто-нибудь из Калленов заволнуется и решит меня найти, в таком случае лучше не кружить, чтобы не путать след.

Я плутала не один час, учитывая, что уже начало рассветать, а дороги всё ещё не было видно, лес же становился всё более и более густым.

По моей спине прошёлся знакомый холодок, но только вот я не могла вспомнить, откуда я знаю это ощущение. Иду дальше, когда это тягучее чувство становится острее. Я замираю, вспоминая, откуда я знаю это ощущение. Это страх, образованный где-то на уровне инстинктов. Страх, который не позволял мне общаться с Питером и Шарлоттой.

Страх перед вампиром.