Шут
Шрифт:
Бродячие актеры сначала не хотели принимать его в труппу, относясь настороженно ко всем словам и поступкам, но потом привыкли к новому спутнику. Любые ссоры Дарий превращал в шутку, он умел здорово передразнивать, подражать интонациям окружающих. Ему легко удавалось рассмешить всегда немного грустную Дейдру, она стала привыкать к веселому и жизнерадостному спутнику, который трогательно заботился о ней, превращая долгую дорогу от замка к замку, от города к городу в увлекательное путешествие. Дарий быстро начал играть сначала небольшие, потом и более серьезные
Однажды после особенно удачного выступления в замке, подобных которому давно не случалось и успехом которого во многом труппа была обязана Дарию, – он устроил публичное состязание с шутом одного из знатных господ и одержал победу – Кассий, сидя у вечернего костра, заговорил с ним. Это был второй серьезный разговор, после того как Дарий присоединился к труппе.
– Сын кузнеца вряд ли умеет читать и писать, ты же прочел больше моего, твои ум и знания невероятны. Я не буду спрашивать, кто ты, пусть это останется тайной.
– Моя тайна не опасна для вас. Наши дороги стали одной, позвольте мне следовать за вами. Меня ничто не удерживает более на одном месте, я свободен…
– Это так, но я знаю, что в один прекрасный день ты покинешь нас. Жаль, теперь нам будет трудно без тебя обходиться… Ты талантлив, вероятно, слишком талантлив для нас. У тебя есть дар, но это дар не комедианта, а шута. Подумай об этом, поверь мне, старому человеку, прошедшему много дорог…
– Я хочу быть с вами, у шута должен быть господин, сейчас мой господин – дорога.
– Да, сейчас. Вот тебе загадка: один может почти все, но бессилен перед правдой, другой не может ничего, но повелевает ею. Ответь, кто шут, а кто господин? Подумай об этом… И еще, я рад буду принять тебя в труппу, только при одном условии. Пообещай мне, что не разобьешь сердца Дейдре, она еще совсем дитя, кроме того, очень слаба и не переживет твоего внезапного исчезновения. Дорога не для нее, она слишком нежна и хрупка для тягот кочевой жизни… – Кассий задумчиво глядел на огонь.
– Она дочь актрисы?
– А? Нет, не совсем. Это очень красивая и печальная история. Ее мать – знатная дама, которую в юном возрасте выдали замуж за старика. Наша труппа выступала на большом празднике, и канатоходец влюбился в нее. Он протянул канат от дерева до ее балкона и покаялся в своей любви перед ней. Она сбежала из замка, пройдя с ним по канату. И стала актрисой, у нее был красивый, но тихий голос. Бедняжка, она умерла вскоре после рождения Дейдры, а потом ее отец разбился – горе тянуло его к земле…
– Это печально…
– Как сама жизнь.
– Я не причиню ей боли. Обещаю, никогда не причиню.
– Так тому и быть, и если ты отступишься от своего слова, пусть все духи дороги покарают тебя.
Дарий смотрел на оранжевые языки пламени, тоска сжимала его сердце. Эта трагичная история ожила в его воображении: он видел канат, натянутый над площадью, праздничную и праздную толпу,
Они давали представление на городской площади рядом с фонтаном. Народу собралось много, и комедианты имели успех. Заработав неплохие деньги, они отправились на ярмарку, чтобы купить провизии и ткань для костюмов. У лотка с недорогими украшениями, как всегда, толпились женщины, Дарий привел туда Дейдру, он хотел подарить ей что-нибудь. Она выбрала тонкий браслет, украшенный разноцветными стеклышками.
– У вас хороший вкус! – Продавец спешил расхвалить свой товар. – Этот браслет напоминает перья павлина, видите, зеленые стеклышки как переливаются!
– Вы видели павлина? – Глаза Дейдры расширились от удивления.
– Конечно! Нашему мэру подарил сам герцог двух павлинов, их везли по главной дороге.
– А они красивые?
– Очень! И перья у них переливаются, как стеклышки из браслета на солнце!
– Тебя только послушать! Уши вянут! – Высокая женщина, подбоченившись, смотрела на продавца. – Наговоришь небылиц, лишь бы товар свой продать! Павлина он видел!
– Видел! Много ты понимаешь!
Дарий расплатился мелкими монетами за браслет и повел Дейдру подальше от лотка, вокруг которого разгорался бурный рыночный скандал.
– А интересно, какие перья у павлина на самом деле? – подумала Дейдра вслух.
– Моя госпожа хочет увидеть перо павлина?
– Просто любопытно.
– Желание госпожи – закон для меня. – Дарий в шутку поклонился.
– Ты неисправим. – Дейдра улыбнулась ему.
– Эта улыбка стоит не одного павлина!
Утром следующего дня комедианты покинули город. Перед ними расстилалась ровная зеленая долина, над которой сияло бездонное небо. Дейдра тихонько напевала, сидя в своей повозке, и рассматривала браслет.
– Госпожа по-прежнему думает о павлинах? – Дарий словно возник из ниоткуда и уселся на бортик повозки.
– Красивый браслет, я назову его павлиньим браслетом!
– Не стоит, посмотри сюда, моя госпожа! – Дарий извлек из-под полы плаща большое павлинье перо.
– Ах!
– Как видишь, торговец лгал, браслет вовсе не похож на перо.
– Оно и правда очень красивое! Но откуда?
– Из личного сада мэра…
– Неужели ты?..
– Да, моя госпожа, я набрался наглости и под покровом ночи проник в сад к мэру, отловил одного павлина, надо сказать, это очень вздорные птицы, курицы и петухи всякие мне нравятся больше. Так вот, я отловил его и сначала испросил разрешения взять у него одно перо.