Шумел Камыш

Сентябрь 2017 года

– Я хочу взглянуть, – через тупую боль в грудной клетке, хрипло выдавил темноволосый мужчина.

В попытке скрыть волнение он с силой стиснул в отяжелевших руках барсетку, красные глаза на блестящем от пота лице сверкнули безумием.

Все без исключения клетки его напряжённого тела лихорадило. Волнуя мужчину. Будоража. Возбуждая в нём болезненное сознание.

От неприятного удушающего запаха, заполняющего буквально каждый кубический сантиметр

помещения, его мутило, вынуждая морщиться. Отчего привлекательное мужское лицо искажалось, вмиг становясь уродливым.

Он старался взять себя в руки. Пытался совладать с собой. Подчинить рассудку вышедшие из-под контроля эмоции и непослушное тело.

Бесполезно.

Он должен лично удостовериться, что здесь именно он. Ему требовалось воочию увидеть его лицо. Осознать… принять случившееся.

И учиться жить заново… Без него…

– Вы уверены? – густые седые брови врача-патологоанатома, сидевшего за небольшим письменным столом напротив, поползли на лоб.

– Мне нужно на него посмотреть, – настоял мужчина, чётко разделяя каждое слово.

– Что ж, – вскинул подрагивающие руки врач, обнажая на крепком запястье шикарные золотые часы с ремешком из натуральной кожи. – Пойдёмте.

Мужчина медленно поднялся со стула и, пристроив на стол барсетку, на ватных ногах направился следом за врачом.

В коридоре с облицованными бежевой плиткой стенами запахи бальзамирующих веществ и дезинфектантов усилились. А возле зала для прощания к ним присоединились ещё и ароматы цветов вперемешку с материалами для погребения. Перед глазами мужчины замельтешили чёрные мушки, уши будто заложило ватой, предвещая обморок.

Каждый стук каблука, начищенных до блеска ботинок приближал его к смерти… и зарождению… Потере… и обретению... К приятию… и забвению…

Мужчина ускорил шаг. Его неотвратимо тянуло вперёд, где в одной из холодильных камер «ждал» он.

Внезапно фигура патологоанатома в голубом рабочем халате скрылась за поворотом, и мужчина уверенно повернул следом. В лицо дохнуло могильным холодом, но он этого словно не заметил: застыв при входе в просторный кассетный холодильный модуль, он неотрывно наблюдал за врачом.

Патологоанатом приблизился к стройным рядам из стальных дверей. После чего довольно быстро вычислив нужную, ухватился за ручку и, потянув на себя, беззвучно распахнул дверцу.

От увиденного в глазах мужчины потемнело. Дыхание перехватило. Бурный приток адреналина подчинял его, не давая и шанса унять оглушающий, просто бешеный пульс крови.

Единое плавное движение рук врача, и из камеры по транспортировочным рельсам выехало тело, накрытое белой простынёй.

Мужчине на миг показалось, что оно… живое… В груди стало нестерпимо горячо. Он шагнул ближе, присматриваясь. Но светлый холм человеческого тела оставался по-прежнему неподвижным.

– Всё нормально? – забеспокоился и без того неспокойный патологоанатом. Это немного привело мужчину в чувство. Однако его хватило лишь на

то, чтобы коротко кивнуть.

Помедлив, врач раскрыл труп.

Судорожно дыша, мужчина медленно, чересчур медленно, заскользил взглядом по бледным ступням… выше… Такое незнакомое тело… и такое до боли родное лицо...

– Выйди, – велел он, продолжая с жадностью всматриваться в черты лица покойника.

– Что?.. – растерянно пробормотал патологоанатом. Впрочем, через несколько секунд он всё же подчинился.

Мужчина нагнулся над трупом, впиваясь глазами в каждую его морщинку, ямочку, пигментное пятно… Их лица разделяло всего несколько сантиметров, но сейчас это его не трогало.

Его взгляд устремился к бровям… пробежался по контуру скул, носу… Осторожно подняв руку, он потянулся к лицу покойника. Легонько надавил подушечками подрагивающих пальцев на ледяные губы, оставляя на них заметную вмятину.

Дыхание мужчины выравнивалось. Пульс приходил в норму. Прерывисто вздохнув, он лениво прикрыл глаза.

А затем, приблизившись губами к уху, хрипло зашептал:

– Не волнуйся, я позабочусь о ней… Я стану для неё всем. Это неизбежно… Это предопределено… Прощай…

10 января 2020 года

– Привет, Кудряш! – крикнула мне в ухо Злата, пытаясь переорать, грохочущую из колонок, музыку. Устало привалившись к стене, девушка на несколько мгновений прикрыла глаза, два профессиональных фотоаппарата на толстой кожаной портупее по обе стороны её бёдер плавно закачались.

Я последовала её примеру, и, игриво встряхнув копной каштановых волос, прислонилась рядом. Несмотря на то, что уютный зал ресторана освещал лишь тёплый приглушённый свет, мне всё же удалось разглядеть, как Злата в ответ едва заметно дёрнула уголком губ.

Из арки, ведущей в кухню, потянуло ароматом жареного мяса, заставляя мой желудок болезненно сжаться в предвкушении. «Скоро… Потерпи чуточку…» – мысленно взмолилась я, опуская ладонь на живот.

В этом году это первая, организованная мной свадьба. Вернее, к её подготовке я приступила четыре месяца назад. А вот само торжество было назначено на сегодня.

Сколько бы современные люди не говорили, что свадебные приметы и традиции – это всего-навсего нелепые предрассудки, их мнение меняется ровно тогда, когда речь заходит об их собственной судьбе, их счастье. И вот тогда они – все без исключения! – становятся до жути суеверными: верят в предсвадебные, свадебные, послесвадебные приметы, чтят те самые традиции, которые – как вдруг оказалось! – повелись ещё испокон веков.

Поэтому, после мучительных раздумий, выбор даты регистрации брака наших сегодняшних молодожёнов – Дарины и Евгения, пал на первую пятницу после рождественского поста. Правда, в старину говорили: «На святки только волки женятся»… Но пока жених с невестой раздумывали, практически все даты, следующие за Крещением, успели разобрать, и им, увы, пришлось выбирать из того, что осталось.