Shuffle

Егоров Владимир Александрович

Коля жил в заброшенном доме сразу за отделением связи, в одной из немногих квартир, где еще остались стекла. Когда мы пришли, он лежал на матрасе, отвернувшись к стене. Ангел достал нож и открыл банку. Коля оживился. Авец, представился я. Коля взял банку и стал есть, доставая рыбок пальцами. Ел он неторопливо и сосредоточенно. Мы с Ангелом вышли в прихожую и закурили. Ангел подошел к окну и долго выглядывал что-то в зарослях во дворе. Я присел

на корточки и стал смотреть, как плывет дым. Дым поднимался к потолку и уползал на лестницу. Когда мы вернулись в комнату, Коля допивал соус. Облизал пальцы, пристально посмотрел мне в глаза и начал говорить.

…Ты будешь смотреть мое детство, разутюженное по тысяче телевизоров Ты придешь в магазин, где плюшевые игрушки разложены за стеклом, и на каждую наклеен ценник…Ты смотришь фильмы, их фильмы, их актеров, продающих улыбки из мыла, ешь стиральный порошок и улыбаешься… Мир холодильников… мир сумок…Ты знаешь крылья из оранжевого и зеленого, я двигался по спирали, здесь нет рыбок, золотых … Королева рядом, но попробуй найди…Горе тебе, пришедший в этот мир, горе тебе, ангел, и горе тебе, пришедший с ангелом…

Сэм. На крыше.

– Слушай, а как ты думаешь, дон Хуан был? На самом деле? Сэм сидел на краю крыши, свесив ноги в пропасть.

– А какая разница – был или не был. Даже если Кастанеда его придумал – он мог быть. Если кто-нибудь скажет – дон Хуан говорил то-то и то-то – ты ведь сможешь определить, говорил или нет. Значит, у тебя в голове он есть. Что-то похожее было ведь с Шекспиром – определили, что писал один человек, в то же время, когда, считается, жил Шекспир. Какая разница, как его звали? Хотя, Шекспир тоже у тебя в голове.

Я достал пачку, и мы закурили. Почему-то подумал про необратимые действия, что нельзя выкурить сигарету обратно. Что если Сэм сейчас упадет, он никогда не будет сидеть здесь и курить – вот так, как сейчас. Сэм щелчком отбросил окурок.

– А фиг его знает, может быть, если поверить, можно пойти по воздуху. Для всех окружающих ты умрешь, а для себя – сможешь пойти. Только никто тогда не узнает.

– Знаешь, ведь Киса тоже хотела узнать, что там. В церковь ходила там, иконы у нее висели. Пока не заболела. Натерла в походе ногу, и началось заражение крови. Почти месяц лежала в бреду, а когда поправилась – все. Отдала соседке иконы, выбросила крестик. Теперь говорит, знает что там. Мы давеча бухали в Д’Акти, я говорю – пошли к Ксении желание загадывать, она и рассказала.

Она вообще когда-нибудь рассказывала тебе о себе?

– Да нет, у нас вообще довольно странные взаимоотношения. То есть просто пока не возникало ситуации, когда она могла бы о себе рассказать.

Расстроенное пианино

Может быть, сейчас самое время рассказать историю про расстроенное пианино. Расстроенное пианино стояло в пустой комнате, мне снилось. Кто-то играл на нем – я не видел, кто – только старый скрипучий паркет, матрас на полу и музыка – странная, будто бы кто-то специально учился играть на расстроенном пианино и знал, как звучит каждая его клавиша. Иногда было утро или день, иногда – вечер (в канделябрах на пианино горели свечи). За окном видна черная труба котельной, идет дым. Весенний ветер из форточки, ветер желания. Я просыпаюсь. Комната расстроенного пианино настолько реальна, что, кажется, какое-то время чувствую ее запах. Стеарин, пыль, чьи-то духи. Просыпаюсь дома, в гостях, на скамейке в парке. Где-то должна быть эта комната. После таких снов я обычно по нескольку дней бродил по городу. Старые дома, котельные, трубы. Чьи-то духи в метро. Ветер желания.

Иногда было и расстроенное пианино. У кого-нибудь в гостях, вечером. Горели желтые лампы. Я думал сыграть блюзовую фразу, вертевшуюся в голове, периодически доводящую до состояния, близкого к исступлению. Уже не хотелось говорить, только взять в руки/подойти к инструменту и сыграть, что вертится в голове. И – вот-те раз! Пианино расстроено.

Ветер желания

Сейчас вечер, я курю в сортире и смотрю на карту Питера. Питер похож на мозг в разрезе. Ассоциативные связи. Структурная/архитектурная память. Окно в Европу / слуховые/зрительные ощущения в районе Гавани. Холодные пустоты в районе Старой деревни. Попробовать найти места, когда-то для меня важные. Сужающиеся концентрические окружности. Двигаюсь к Центру. Точка на карте, где все закончится.

Какая-то точка моего сознания – если я доберусь туда, все вдруг встанет на свои места – случайные совпадения получат вдруг понятное мне объяснение, и достаточно будет движения пальцев, чтобы переплелись течения разноцветного времени и наступил праздник-праздник. Точка, где находится комната расстроенного пианино – и где нет ветра желания – потому что именно оттуда он и дует.

Конец ознакомительного фрагмента.