Штурм Грозного

Отпечатано в ООО «Пермское книжное издательство»,

Затянувшееся разрешение чеченского конфликта стало серьезным испытанием не только для Вооруженных сил России, но и для всего населения нашей страны. За долгие годы противостояния применялись различные способы борьбы с боевиками, как военные, так и политические, но к окончательной ликвидации "чеченской проблемы" они не привели. Наиболее кровопролитной и вызвавшей в свое время большой общественный резонанс стала операция по блокированию столицы Чечни в декабре 1994 — марте 1995 г. — "Штурм Грозного". История нашей страны имеет немало примеров более эффективной борьбы с бандформированиями.

Советская армия неоднократно на протяжении своей истории успешно боролась с незаконными

вооруженными формированиями как на территории СССР, так и за его пределами. Примером этого могут служить: борьба с басмачеством в Средней Азии в 1920-1930-х годах; ликвидации банд в Прибалтике, на Западной Украине и Кавказе в 1944–1954 годах; участие в боевых действиях на территории Афганистана, Анголы, Лаоса, Никарагуа, Эфиопии и других стран.

После распада Советского Союза началось создание в России собственных Вооруженных сил, но в силу целого ряда объективных и субъективных причин в России не было завершено строительство и реформирование Вооруженных сил. Проблемы их создания и строительства были отданы на откуп военным. В основе реформирования Вооруженных сил существовала их жесткая зависимость от финансирования. Крайне ограниченное и неритмичное финансирование привело к свертыванию военного производства, разработок и создания новых образцов вооружения и военной техники, боевой и оперативной подготовки органов управления и войск. Не проводились крупные учения на местности, планы боевой подготовки хронически не выполнялись, налет на боевого летчика от положенного составлял 30–40 %. Молодые офицеры увольнялись из армии, конкурс в военные училища практически перестал существовать. В обществе бушевали антиармейские настроения.

Но российское политическое и военное руководство продолжало жить иллюзиями того, что российская армия только численно уменьшилась, но продолжает поддерживать высокую боеготовность, достаточную дисциплинированность и ей вполне по силам небольшая победоносная война.

Ситуация в Чечне обострилась в сентябре 1991 года, когда власть в республике фактически была захвачена сторонниками Д. Дудаева, который ставил своей целью добиться суверенитета республики. Конструктивные практические шаги по принятию действенных политических мер по локализации зреющего конфликта в Чечне предприняты не были. Все это позволило Д. Дудаеву и его сторонникам превратить республику в криминальную экономическую зону, создать достаточно подготовленные и оснащенные вооруженные формирования.

Политическим руководством и органами государственной власти Российской Федерации в 1991–1994 гг. предпринимались некоторые попытки разрешить чеченский кризис мирным путем. Однако они заключались в основном в стыдливой констатации фактов антиконституционных действий дудаевского руководства, издании указов, постановлений и других документов, носивших, как правило, декларативный характер.

Российское руководство попыталось сделать ставку на силы, оппозиционные дудаевскому режиму. Но сил оппозиции, несмотря на всестороннюю помощь России, оказалось недостаточно для победы над режимом сепаратистов. После их поражения в ноябре 1994 года было принято решение о вводе на территорию республик армейских подразделений и сил МВД.

Руководством России практически не была проведена работа по формированию общественного мнения населения страны относительно необходимости применения силы для разрешения чеченского кризиса. Кроме того, развернутая к этому времени в средствах массовой информации кампания, формирующая извращенное представление о роли и месте армии в решении задачи по разоружению незаконных вооруженных формирований Чечни, выступления ряда регионов России и депутатов Госдумы, протесты комитетов солдатских матерей и некоторых других общественных организаций крайне негативно сказались на морально-психологическом состоянии личного состава Вооруженных сил, войск (сил) других ведомств, принимавших участие в восстановлении конституционного порядка и разоружении незаконных вооруженных формирований на территории Чеченской республики.

Уже с началом выдвижения российские войска столкнулись с проявлениями вполне определенной солидарности

с дудаевским режимом со стороны некоторой части населения Ингушетии и Дагестана. Это выразилось в попытках ингушей и дагестанцев, проживающих в приграничных с Чечней районах, воспрепятствовать продвижению российских войск вплоть до проведения открытых вооруженных акций против некоторых подразделений. Эти акции зачастую осуществлялись при прямом участии силовых структур указанных автономий и с молчаливого согласия их руководителей самого высокого ранга.

Понеся ощутимые потери, федеральные силы к концу декабря 1994 года заняли позиции в окрестностях столицы Чеченской республики — города Грозного.

Особое значение при планировании операции на территории Чеченской республики было отдано блокированию столицы республики, где размещались основные органы власти мятежной республики и большинство вооруженных формирований.

Для действий в Грозном была создана объединенная группировка федеральных войск, состоявшая из четырех групп:

— "Север" (под командованием генерал-майора К. Пуликовского) в составе сводного отряда 131-й мотострелковой бригады, 81-го мотострелкового полка, 276-го мотострелкового полка (всего 4100 человек, 80 танков, 210 БМП, 65 орудий и минометов);

— "Северо-Восток" (под командованием генерал-лейтенанта Л. Рохлина) в составе 255-го мотострелкового полка, сводного отряда 33-го мотострелкового полка, 68-го отдельного разведывательного батальона (всего 2200 человек, 7 танков, 125 БМП и БТР, 25 орудий и минометов);

— "Запад” (под командованием генерал-майора В. Петрука) в составе сводного отряда 503-го мотострелкового полка, сводного полка 76-й воздушно-десантной дивизии, двух сводных батальонов 21-й и 56-й воздушно-десантных бригад (всего 6000 человек, 63 танка, 160 БМП, 50 БМД, 75 орудий и минометов);

— "Восток" (под командованием генерал-майора Н. Стаськова) в составе сводного отряда 129-го мотострелкового полка, сводного полка 104-й воздушно-десантной дивизии, сводного батальона 98-й воздушно-десантной дивизии (всего 3000 человек, 45 танков, 70 БМД, 35 орудий и минометов).

Руководство штурмом осуществлялось оперативной группой во главе с министром обороны П. Грачевым, расположившейся в Моздоке.

Общая численность наступающей группировки составляла свыше 15000 человек, около 200 танков, свыше 500 БМП, БМД и БТР, 200 орудий и минометов. При этом в резерве числились подразделения 131-й мотострелковой бригады и 503-го мотострелкового полка. Таким образом, в город планировалось вводить не более 12000 человек, что составляло соотношение с обороняющимися боевиками и ополченцами как 1,3: 1, вместо положенного по тактике боевых действий в городе 5: 1 (по имеющимся данным, группировка дудаевских войск достигала 9-10 тысяч человек, 30 танков, 40 БМП и БТР, 100 орудий и минометов, а также более трехсот единиц противотанковых средств. Она состояла из регулярных частей армии Ичкерии и более 1,5 тысячи наемников из Украины и нескольких арабских стран [1] .

Предполагалось, что в результате действий федеральных войск по трем сходящимся направлениям основная группировка Дудаева, находящаяся в центре города, оказалась бы в полном окружении.

С северного направления два штурмовых отряда группировки войск "Север" и штурмовой отряд группировки "Северо-Восток" имели задачу, наступая в полосе: справа — улицы Южная, Маяковского, Краснознаменная, Мира, слева — вдоль реки Сунжа, блокировать северную часть города и Президентский дворец с севера.

С западного направления два штурмовых отряда группировки "Запад”, наступая в отведенной полосе: справа — вдоль железной дороги, слева — по улице Поповича, должны были захватить железнодорожный вокзал, а в последующем, двигаясь в северном направлении, блокировать Президентский дворец с юга.