Штучка
Шрифт:
– Буду ходить на собеседования. А еще на курсы запишусь.
– На какие курсы хочешь записаться? – продолжались расспросы.
– Такие, которые повысят мою квалификацию и не проделают дыру в моем бюджете. Знаешь, Ваня, ты все меня выспрашиваешь, а о себе ничего не говоришь совсем.
– По-моему, самую важную информацию я тебе уже сообщил, – улыбнулся он.
– Твой статус холостяка… да, это важно, – согласилась я и задала свой вопрос: – Так ты бизнесмен?
– Мне больше нравится определение предприниматель, – пододвинул он ко мне поближе блюдечко с марципановым
– Тяжело было решиться открыть свое дело? – не стала уточнять я, чем конкретно он занимается. Захочет, сам скажет.
– Непросто, – кивнул Иван. – Непросто именно решиться, бросить привычное, перешагнуть и двигаться в совершенно новом для себя направлении. Я удивился, когда у меня получилось. Мне казалось, я сделал что-то невозможное.
– Почему потребовалось бросать что-то привычное?
– Потому что мое привычное было не самым перспективным, – признался Ваня. – Я рос с одной бабушкой. У нее не хватало времени и сил заниматься моим воспитанием. Она много работала. А я доставлял ей много хлопот. Но бабушка никогда меня не ругала, бабушка являлась очагом тепла и добра, в отличие от школьных учителей. Я легко мог учиться на одни пятерки, но желание быть лучшим в учебе посещало меня редко. Я предпочитал улицу и пацанские тусовки.
– Татуировки на твоих запястьях с тех времен? – предположила я.
– Точно. Все подумываю свести, а вроде и жалко. Все-таки… воспоминание юности.
– А твоя бабушка? Жива?
– Жива, – не ускользнуло от меня промелькнувшее выражение нежности на привлекательном лице Ивана. – Она совсем не желает в городе жить. Пришлось купить ей деревенский домик в дачном поселке. – Лиля, хочешь еще чего-нибудь? – заметил он опустевшую посуду.
– Нет, я наелась и больше не сержусь на тебя из-за лужи.
– Разве ты сердилась?
– Немножко.
– Тогда я рад, что больше не сердишься.
Ваня расплатился по счету, а я гадала – расстанемся мы с ним сейчас навсегда или у нас есть шанс на второе свидание?
– Я подвезу тебя до дома, – предложил Иван. – И, Лиля, ты дашь мне номер своего телефона?
– А ты действительно хочешь мне позвонить или спрашиваешь из вежливости? – неприятно было мне думать, что он позабудет обо мне сразу, как высадит из своей машины.
– Мы еще не расстались, а я уже хочу тебе позвонить, – пошутил Ваня. – Я уеду, почти на месяц, – вдруг сказал он. – С другом. На море. Когда вернусь, позвоню.
– Хорошо. Я скажу номер. Только пока ты будешь отдыхать на море, не звони мне и не пиши.
– Почему? – от недоумения сошлись его темные брови на переносице.
– Так тебе станет ясно, хочешь ли ты меня еще видеть или позабыл.
– Лиля, ты очень необычная девушка.
– Ты хотел сказать странная?
– Совсем нет. Не странная, просто с милыми причудами.
В машине мы не разговаривали. Но наше молчание не было тягостным. Находиться рядом с этим мужчиной мне было комфортно. Одно лишь его присутствие наполняло уверенностью и спокойствием.
Он проводил меня до самой квартиры.
– Ну вот, – вставила я ключ в замочную скважину. –
ГЛАВА 3. ЛЕСНАЯ НИМФА
Мотиватор: Сегодня лягу спать пораньше, завтра успею сделать побольше.
Гороскоп: Хороший день для встречи с друзьями.
Так чудесно засыпать, зная, что не придется вставать по будильнику. Но, как всегда и бывает в таких случаях, если не будильник, то в несусветную рань начинает пиликать телефон, или непременно кому-то понадобится набрать цифры домофона именно от твоей квартиры, и неважно, что страждущему не нужно в твою квартиру, ему нужно просто попасть в подъезд, чтобы забросить листовки с рекламой в почтовые ящики.
В моем случае сработал дверной звонок.
Немного полежала, надеясь, что это какой-нибудь продавец картошки. Но за дверью стоял явно кто-то терпеливый и настойчивый, такой, как соседка с четвертого этажа – общественница Калерия Яновна. Соседи по дому ее не любят, а я отношусь к энергичной женщине с симпатией. Кто-то ведь должен собирать подписи, ругаться с управляющей компанией и выгонять всех лентяев на субботник.
Пришлось свесить ноги с кровати и заставить себя подняться.
Надо было предварительно посмотреть в глазок, а не доверять интуиции, нашептавшей, что явилась Калерия Яновна.
Меня жаждал видеть капитан полиции Арсений Ёжиков. Проштрафившийся кавалер решил задобрить обманутую девушку чудесным букетом бордовых георгин, упакованных в цветной целлофан.
Букет мне удалось вышвырнуть на лестничную клетку. Я постаралась кинуть его так, чтобы цветы не разлетелись, тогда у Ёжикова останется возможность преподнести георгины своей законной супруге.
Арсения, к сожалению, вытолкать вон не получилось. Стоило открыть дверь, он оперативно заскочил в узкую прихожую маленькой однушки и принялся прожигать меня страстным взглядом. Конечно, я же стою перед ним в новенькой тонкой бирюзовой ночнушечке, которая мне чрезвычайно к лицу.
Капитан эту шелковую тряпочку не видел, так как накануне я выбросила все ночные рубашки, которые он когда-либо снимал с меня. Я начала новую главу своей жизни, где Арсению больше нет места, поэтому ничто не должно напоминать о нем.
– Лиля, прости, – напрасно пытался поймать мой взгляд Сеня.
– Прощаю.
– Правда? – облегчение так и сквозило в его голосе.
– А что, надо кидаться в тебя посудой и драть на себе волосы?
– Значит, мы вместе? – попытался он обнять меня.
– Ничего это не значит, – оттолкнула я его. – Топай к своей жене. Она у тебя замечательная.
– Лиля, я тебя хочу, – не сдавался наглец.
Вдруг вспомнился вчерашний знакомец Иван. Я улыбнулась этому воспоминанию. Мужчина мне сильно понравился, а его неприкрытая заинтересованность мною, помогала сейчас противостоять Арсению.
Капитан неверно расценил мою улыбку и буквально набросился на объект своего желания с поцелуями. Пришлось изловчиться и ударить его так, как сам же он меня и научил – под коленку. Очень болезненный удар.