Шторм

Хесс Нора

Но я-то прекрасно знала, что там у меня нет никакого будущего, и поэтому я твердо решила устраиваться в этой жизни самостоятельно, рассчитывая только на собственные силы. Но жалованье мое было мизерным, а чаевые очень скудными. Самый большой доход в виде чаевых я получала от проституток, которые время от времени заходили в наше заведение. И вот, когда я в очередной раз увидела, как они открывают свои сумочки и оттуда выглядывают радужные купюры крупного достоинства, мне пришла в голову простая мысль: если я отдала однажды свое тело одному мужчине, почему бы мне не отдать его и другим – за плату? Так я спросила саму

себя и, недолго думая, через неделю решительно направилась в одно модное увеселительное заведение города, где уже через час приступила к исполнению обязанностей, связанных с моей новой профессией.

Я быстро поняла, что мне надо и как себя вести, чтобы добиться своего. Обслуживание бесконечной вереницы безымянных клиентов было не для меня. Я должна была так или иначе разузнать о людях, с которыми делила свою постель – пусть даже и на короткое время. И поэтому я узнала имена тех мужчин, которые были добры, щедры и богаты. Через пару недель я сняла маленький домик на окраине города и сообщила пяти-шести солидным клиентам, – которым было уже за пятьдесят, – где они смогут найти меня.

– Мои дела с тех пор пошли как нельзя более хорошо, – продолжала Бекки после небольшой паузы. – Все джентльмены, с которыми я свела дружбу, оказались людьми щедрыми и великодушными. Они, как правило, оставляли значительные суммы денег на прикроватном столике, уходя от меня. И очень скоро у меня в банке уже лежал такой капиталец, о котором я раньше не могла даже и мечтать.

Но я все время скучала по тем местам, где была счастлива в детстве. Тоска мучила и изводила меня, не давая покоя, пока однажды утром, проснувшись, я не решила твердо, что сейчас встану и поеду домой. Я сообщила троим из своих клиентов – тем, к кому была особенно расположена, – что буду встречаться с ними по уик-эндам, а остальным двум сказала, что выхожу из игры. Я сняла свои деньги со счета в банке и заказала место в дилижансе до Ларами. Затем я купила этот дом и… отгадай, что еще я сделала? – глаза Бекки сияли от восторга.

– Представления не имею, – вяло отозвалась Шторм, ошеломленная рассказом Бекки, не в силах переварить эти ужасные новости. – Ты, наверное, преступила закон и стала разбойницей.

Бекки разразилась веселым смехом.

– Знаешь, иногда я думаю, что, действительно, лучше бы я пустилась в разбой, чем развлекала своим телом мужчин, – Бекки снова перешла на серьезный тон. – Нет, я имею в виду другое. Теперь я каждый день после полудня хожу помогать доктору Стивенсу, ветеринарному врачу. Он учит меня лечить животных.

– Бекки! Это же чудесно! – Шторм схватила маленькую ладонь подруги и крепко сжала ее в своих руках. – Это как раз то, о чем ты всегда мечтала.

– Я знаю, – глаза Бекки просто лучились от счастья. – Я не могу поверить в то, что это происходит на самом деле. Я…

Внезапно за их спиной раздался хорошо знакомый мужской голос:

– Я только что видел Бьюти, привязанную у коновязи, и подумал: неужели Кейн продал, в конце концов, кобылу Шторм?

Глава 3

На мгновение в глазах Шторм все потемнело, когда она услышала голос человека, из-за которого четыре года назад бросила все, что было ей так дорого, и бежала в чужой город. Как бы издалека она услышала громкий голос Бекки, приглашающей гостя войти в гостиную:

– Проходи,

Уэйд. Ты ни за что не догадаешься, кто у меня сидит. Я готова биться об заклад, что ты очень долго не видел этого человека.

Несмотря на свое замешательство, Шторм все же собралась с силами, понимая, что не может вот так неподвижно сидеть, застыв как камень на дороге. Глубоко вздохнув, она обернулась и произнесла:

– Привет, Уэйд.

Человек, который четыре года назад перевернул всю ее жизнь, стоял сейчас в дверном проеме, лениво прислонясь к косяку. Но как только он узнал Шторм, от его ленивой расслабленности не осталось и следа, тело Уэйда напряглось, а в стального цвета глазах появилось смешанное выражение изумления, беспокойства и сияющей радости. Но Шторм, все еще пребывавшая в состоянии замешательства, не увидела последнего. Она заметила только вежливое безразличие, за которым Уэйд моментально спрятал свою ликующую радость. Однако остроглазая проницательная Бекки уловила состояние Уэйда, заметив нервно пульсирующий мускул на его щеке, и поняла, как потрясен и ошеломлен этой встречей Уэйд Мэгэллен. Когда он медленно вошел в комнату, Бекки отодвинулась подальше от Шторм и похлопала ладонью по дивану, приглашая гостя занять место между нею и своей подругой.

– Садись, Уэйд, и выпей с нами кофе. Мы как раз говорили о былых временах, вспоминали прошлое. Бьюсь об заклад, ты можешь многое оживить в нашей памяти, напомнив нам о минувших днях нашего детства.

Уэйд уселся между ними, удобно устроив на диванчике свое худощавое тело. Но когда Бекки сделала попытку встать и сходить на кухню за третьей кружкой, он остановил ее, покачав головой.

– Может быть, ты предпочитаешь выпить чего-нибудь покрепче? – предложила Бекки. – Стаканчик виски, например?

– О Господи, ничего я не хочу, – нахмурился Уэйд и, вольготно усевшись, небрежно положил ногу на ногу.

– Ну и как ты поживаешь? – задал он вопрос Шторм, холодно поглядывая на нее.

– О, просто замечательно. А ты?

Шторм не расслышала и не поняла, что ответил ей Уэйд, пропустив его слова мимо ушей. До ее сознания внезапно дошло, что она сидит рядом с ним на диванчике, неприлично, бесстыдно развалясь, раздвинув свободно ноги, а пристальный взгляд Уэйда прикован к ней и направлен чуть пониже живота. И тут Шторм ощутила, как ее охватывает ответное чувство на его грубое влечение, сквозящее в сияющих стального цвета глазах. Она тут же выпрямилась и плотно сжала колени. Лицо Уэйда слегка порозовело, и он смущенно отвел взгляд.

– Как долго ты собираешься пробыть в наших краях? – спросил он хрипловатым голосом.

Прежде чем Шторм успела ответить, в разговор вмешалась Бекки.

– Она приехала вовсе не в гости, она вернулась домой насовсем. Что тут удивительного? – восторженно заявила Бекки.

Шторм почувствовала, как все тело Уэйда моментально напряглось, и никак не могла взять в толк, в чем тут дело, что именно так задело его. Не найдя вразумительного объяснения, она решила, что ей просто показалось, будто его мышцы судорожно напряглись и оцепенели при последних словах Бекки. В конце концов, с чего бы это ему волноваться по поводу того, что она приехала сюда на постоянное место жительства? Его вообще нисколько не трогает ее существование на этом свете. Ни в малейшей степени, так уверяла себя Шторм.