Шторм

Кофф Натализа

Она идеально подходила моему телу, словно была рождена для меня.

Последняя мысль немного отрезвила. Кирилл устроит мне трепанацию черепа без наркоза, когда узнает обо всем. Теперь я уже твердо знал, что рано или поздно, но поставлю Кира в известность. Нужно лишь дать привыкнуть Тоне к мысли об отношениях со мной и к тому, что она – моя, а потом уже брать штурмом не только крепость, но и все государство по имени «Капитолина». Ведь одного секса с девчонкой мне будет мало. Хочу ее всю, и желательно навсегда.

Телефон

вдруг ожил от вибрации, и я взглянул на экран. Кир, сволочь, словно чуял что-то, решил дать знать о себе.

«Как дела у твоей малышки, Шторм?» – писал друг и додумался прилепить пару смайлов с изображением сердечек и поцелуев. Блин, мужику уже за сорок, а он все дурью страдает!

Не поленился, поискал среди множества картинок средний палец и отправил другу. Стало вдруг смешно, что я – потенциальный бойфренд Тони шлю ее отцу прикольные рожи, точно мне не тридцать шесть, а лет семнадцать.

Жаль только, что скоро из наших с Киром дружеских отношений пропадет легкость. Я был уверен, что Грифу не понравлюсь в роли друга его дочери.

Но было плевать. Тоня – моя. Ничего и никто этого уже не изменит.

Я осторожно встал с постели, укрыл спящую девчонку одеялом и пошел в ванную. Ледяной душ давно заждался меня, а потом я планировал спуститься в тренажерку, чтобы немного размяться. И как только выдержка вернется, а благодаря физической нагрузке тело немного «остынет» после ночи в постели с Тоней, я пойду будить девчонку.

Ледяные струи колотили по спине и затылку. Я стоял, зажмурившись, и терпел, упираясь руками в стену кабинки. Зубы уже начинали стучать, но я и не думал повышать градус воды.

Почувствовал любопытный взгляд на себе. Обернулся.

Тоня стояла на пороге ванной, одетая в мою футболку, сонная, взъерошенная, словно в ее волосах ночевала стая голубей. Но безумно желанная и умопомрачительно красивая.

Понял, что ледяной душ не помог. И тело вновь ожило, реагируя на близость девчонки. Мелькнула мысль, что наступило самое время вспомнить период созревания и «передернуть». Но Тоня закрыла дверь за собой, словно говорила, что никуда она не уйдет. Более того – провернула ключ в замке, отсекая пути отхода.

Я усмехнулся. Можно подумать, я свалю куда-то! Да меня «ломает», если вдруг не вижу ее несколько часов подряд. Куда я денусь от нее?

Тоня молчала, но ее взгляд скользнул по моей спине, спустился ниже и вернулся к глазам.

Я видел, что ей нравилась картина в целом. Ее взгляд кричал: она хочет меня. И эта мысль рвала в клочья мою выдержку.

Я повернулся к ней лицом. Теперь девчонка могла тщательно, не скрываясь, рассмотреть меня и спереди. Всего меня, от босых ступней, до мокрой макушки.

Видел, как лицо девчонки покрывается алыми пятнами. Она смутилась, но взгляд не отвела. И от ее любопытных глаз мое тело загрелось огнем. И никакая

ледяная вода не сможет затушить этот пожар.

Капитолина сделала крошечный шаг вперед. А я ждал.

Казалось, пройдет еще один удар сердца, и малышка развернется и убежит, охваченная страхом.

Но я ошибся. Тоня лишь протянула руку, добавила горячей воды и встала рядом со мной.

Ткань футболки мигом промокла, облепила ее стройное тело второй кожей. А я обхватил ладонью ее затылок.

Кажется, я спятил. Сошел с ума. Слетел с катушек. Свихнулся.

И виной этому сумасшествию стала Капитолина Гриф. Моя девочка, девушка, женщина…. Моя!

Безумие мчалось по моим венам. И я не хотел искать лекарства от него.

Подхватил девчонку под бедра и прижал к мокрой стене. Девичьи руки вцепились в мой затылок, клеймя жадными прикосновениями. Мне казалось это странным, ведь я итак всецело принадлежал лишь ей одной.

Диким поцелуем впился в ее приоткрытые губы. Я не помнил других. Словно только с ней я познал красоту женского тела. И я боялся сорваться, навредить ей своим напором и силой. Она казалась хрупкой в моих руках. И вместе с тем – невероятно сильной, способной сломить меня, мою выдержку, мою душу.

Она жадно отвечала на поцелуи, безошибочно угадывала все мои мысли. Мой мозг давно уже расплавился от той страсти, с которой ее тело откликалось на каждое мое движение.

И я приподнял ее тело выше, открывая доступ к небольшой, но безумно красивой груди. Тугие соски словно ждали моих прикосновений. А с нежных губ сорвался тихий стон.

Но мне было мало. Я хотел, чтобы она кричала, срывая голос. Хотел, чтобы стонала от пожара, сжигающего ее тело. Хотел, чтобы видела только меня и никого больше.

Заставил девчонку закинуть ноги на мои бедра. Не ожидал, что будет так остро и кайфово. Мой член упирался в промокшую ткань ее трусиков, и я понял, что вот-вот сорвусь. Не смогу терпеть больше. Знал, что просто сдохну, если не окажусь глубоко в теле любимой девчонки.

– Шторм! – возмущенно пискнула она, хрипло рассмеялась мне на ухо, отчего по спине прошлась волна тепла. – Ты меня съешь!

Понял, что слишком сильно прикусил ее сосок. Что ж, сам навредил, сам и исправлю!

Поднял ее мокрую футболку. Взглянул на возбужденный сосок. Улыбнулся. Да, она действительно идеальна. И грудь, и сама Тоня. Вся, целиком и полностью. От кончиков волос, то ярко-красного лака на ногтях. И мне все в ней нравилось. До одури. До безумия. До помешательства.

Накрыл ртом ее грудь, вымаливая прощение. И оно не заставило себя долго ждать.

Девчонка вцепилась в мои плечи ногтями, царапая, но не принося боли. И раздвинула бедра шире, словно приглашала меня. Но я держался. Подхватил одной рукой под бедра, а второй проник под промокшую ткань трусиков.

Конец ознакомительного фрагмента.