Шторм
Шрифт:
— Если есть хоть одна возможность продлить наше нахождение здесь, то я согласна.
Брук засмеялась, подняла свой стакан и мы чокнулись, отмечая наш план.
— Идём купаться. Осталось мало времени насладиться всем этим, — она раскинула руки по сторонам, словно пыталась обнять весь мир, скинула плетёную накидку и побежала к океану.
Я поднялась, медленно приблизилась к кромке и зашла в воду. Когда я отплыла достаточно далеко от берега, откинулась на спину и легла на мягкие валы. Волны качали меня, баюкали и расслабляли. Дарили
— Эй!
— Прости, — хихикнула подруга. — О чем задумалась?
— Да, о ерунде. Поплыли к берегу.
Брук повела бровью, но ничего не сказала.
Мы немного обсохли на берегу и засобирались в отель. Я натянула на себя светло-жёлтое мешковатое платье, которое выгодно оттеняло потемневший цвет кожи, и босоножки на плоской подошве с тонкими ремешками. Подняла полотенце, встала и в этот момент почувствовала, что мою спину жжёт чей-то взгляд. Волоски на шее встали дыбом.
Почему-то вспомнились слова Дэвида — «Я тебя найду».
Я крепче сжала пальцами полотенце, обернулась, медленно осматривая людей на пляже. Все они были заняты своими делами и никому не было до меня абсолютно никакого дела. Выдохнула.
— Показалось.
— Что? — переспросила Брук.
Черт. Я в слух это сказала?
— Ничего. Просто показалось, что кто-то смотрит на меня сзади.
Брук заливисто рассмеялась.
— Конечно смотрит. Половина пляжа. Ты задницу свою видела? Это же произведение искусства. Осталось в мраморе её увековечить.
— Ни один мужчина так художественно не восторгался моей задницей, как это делаешь ты. Причем с завидной регулярностью.
— А это ещё одна причина не связываться с этими бездушными сухарями, — она назидательно подняла вверх палец.
— Твои доводы говорят не в пользу гетеросексуальности.
— Мои доводы есть последствия мужской полигамии. И не более того. Тебе ли не знать.
Я невесело усмехнулась и пошла следом за Брук в сторону отеля.
К вечеру я уже восседала с бокалом мартини за стойкой в ночном клубе недалеко от четырехзвездочного отеля, который разыскала Брук. Обвела взглядом зал. Народу много, но найдется ли кто-то нужный…
Я повернулась к Брук, отрицательно мотнула головой и подруга недовольно сжала губы. Затем показала на часы. Я кивнула. Ясно. Ждём ещё.
Минут через тридцать в двери вошёл высокий худой блондин. Я сразу узнала его. Видела в холле отеля днём, куда мы с Брук на всякий случай пришли на разведку.
Узкое лицо, острые, озорные черты лица, хитрые, искрящиеся глаза. Растрепанные волосы напомнили мне крылышки Гермеса. Ну точно, Гермес. Бог хитрости, юношества и красноречия. Покровитель послов и глашатаев.
Я показала Брук один палец и знак «ОК» второй рукой, обозначая цифру 10. То есть, на 10 часов. Она незаметно повернула голову. Затем посмотрела на меня, недоверчиво выгнув бровь. Я развела руками, мол «все что есть». Подруга кивнула
Далее всё по отлаженной схеме. Разбитый бокал для привлечения внимания, соскользнувшая туфелька. Скромные и одновременно дразнящие взгляды. Поправляю волосы, случайно касаясь пальцами шеи. Неприкрытый флирт, который опытный кобель считывает за секунду, заглатывает крючок по самые жабры.
— Привет. Я — Кларк. Пьешь мартини? — осчастливил меня своей компанией мужчина.
Я кивнула и мой Гермес махнул бармену, чтобы тот повторил мой напиток. Себе взял пиво. Ну и гадость!
— Оливия, — выдала я первое, что пришло на ум.
— Красивое имя. Тебе идёт. Может продолжим общение за столиком?
— Давай.
Мы уселись за стол и новый знакомый тут же водрузил свою руку мне на плечо. Очень галантно.
— Одна здесь отдыхаешь? — спросил он, прихлебывая из бокала.
— Да. А ты?
— С… друзьями. Но они… сегодня предпочли тихий отдых.
Вот гад. Видела я твоих друзей в отеле. Особенно запомнила подругу, у которой, видимо, что-то в зубах застряло, а ты помогал вытаскивать. Языком. Кольцо даже не потрудился снять.
— Ммм… Давно ты здесь?
— Неделю, — ответил он. — Скоро улетаю обратно. Работа ждёт.
— Кем ты работаешь?
Дальше он рассказывал мне какую-то чушь о своей работе, а я притворно восторгалась его успехами. Сходила, обновила напитки. Посмотрела на часы. Таймер запущен…
Через час мы с Брук быстро выходили из дверей отеля, где оставили спящего Кларка и записку для него на прикроватной тумбочке. Пусть и не самый жирный кусок, зато лёгкий.
— Отлично сработано, — похвалила Брук. — Быстро и четко. Как швейцарские часы.
— Козёл. Ты бы слышала, что он мне говорил, пока мы шли к номеру… Фу, мерзость!
— Не парься. В итоге то мы его нагрели. Теперь не повадно будет. Едем отдыхать.
На утро все повторялось, как и обычно. Кларк матерился в трубку, когда прочел записку и набрал номер, указанный в ней. Я разжёвывала ему наши условия, посылала смс с номером электронного кошелька. Пару часов спустя наш счёт снова немного вырос благодаря падкости Кларка на пепельный блонд. Не так сильно вырос, как после Дэвида, но на несколько дней в раю хватить было должно.
— Ну что, идём на пляж, а вечером ещё один рейд? — выглянула из-за дверцы шкафа Брук, отрываясь от изучения собственного гардероба.
Я потянулась в кровати. Вставать не хотелось. Все тело подозрительно ломало и в горле начало свербить. Отлично. Не хватало заболеть.
— Иди без меня. Надо отлежаться.
— Как хочешь. Я думаю пройтись по магазинам. Тебе что-то надо?
— Леденцы для горла.
Брук села на соседнюю кровать, приложила ладонь к моему лбу.
— Температуры нет. Но лучше и правда отлежись, пока не разболелась, — она по-родственному чмокнула меня в лоб и поднялась. — Звони, если что-то вспомнишь. Я скоро вернусь.