Шторм судеб

– Отец! Расскажи еще! – девятилетний Эпсилон в неутомимой радости скакал на с трудом сдерживаемой его вес и хрустящей как сухое полено в печи деревянной кровати.

– Хватит, Эпсилон, уже поздно, тебе давно пора спать, завтра ранний выход в море, а мне не нужен сонный помощник на судне, – улыбаясь, ответил отец.

– Но эти истории...я тоже буду путешественником, как ты! – восхищенно вскрикнул малец. – Я тоже хочу изучать и...

– Эпсилон!

– Ладно, ладно, ложусь, – недовольно пробубнил ребенок, ложась в кровать. – Пап, а что, если, когда я стану взрослым, весь наш мир уже будет изучен и мне нечего будет открывать?

– Не переживай, я обязательно оставлю для

тебя кусочек, – ответил отец, закрывая в комнату дверь, – утром расскажу тебе о народе кна с островов Вииту. Я прожил с ними несколько дней и убедился в правдивости слухов об умении чтения мыслей в их племени, – ехидно бросил отец.

– А про мальчика, переплывшего Буйное море? – Эпсилон уже почти улегся в кровать, но его неоспоримое любопытство вновь брало верх.

– Конечно, капитан, – Инкритий, демонстрируя принятое моряками прощание, тихо закрыл дверь.

– Скорей бы, – подумал Эпсилон, закрывая глаза.

Эпсилон жил в большом портовом городе Ландау. Его отец Инкритий был некогда знаменитым на весь континент картографом на службе у самого короля. К сожалению, семейная жизнь не та вещь, которой можно пренебречь по отношению к очередному пятилетнему плаванию, конечно, если ты не хочешь, чтобы твои дети выросли без отца. Инкритий принял для себя сложное и единственно верное решение – уйти со службы,

которой он отдал двадцать лет своей жизни. Его девятилетний сын Эпсилон восхищался отцом и также мечтал о дальних просторах морей, неизведанных землях и, конечно, о невероятных приключениях, о которых так любил слушать в рассказах отца.

Эпсилон проснулся среди ночи, услышав крики отца и матери. В воздухе пахло гарью свежей древесины, сгоревшего пороха и чего-то еще, чего юный мозг ребенка не мог разобрать. С улицы доносились отчаянные мольбы о помощи, вопли гвардейцев и звон сигнального колокола, предупреждающего об опасности.

– Эпсилон, немедленно собирай вещи, у нас мало времени! – встревоженно, но не выдавая паники, крикнул папа.

Эпси, как ласково называла его мать, находился в недоумении, так как никогда не видел отца таким. Всегда уверенный и матерый мореплаватель, видавший за свои годы многое, походил на напуганного котенка, метавшегося по дому.

– Что, происходит, папа? – заикаясь, выдавил из себя малец.

Большое стеклянное окно с деревянными вставками, висевшее прямо над кроватью ребенка, разлетелось на осколки, словно дробь, вылетевшая из дула ружья. Груды стекла полетели в ребенка, царапая его розовую кожу. Горящий металл, движимый взрывной волной, пробил насквозь комнату Эпсилона, застряв в одной из стен. Огонь, словно вирус, пожирающий жизнь, поглощал деревянное основание здания, быстро охватив пламенем все помещение.

– Эпсилон! – Инкритий, накинув на себя рядом лежащее покрывало, пронзил своим телом огненную завесу, не дававшую ему пройти в комнату сына. – Ты в порядке? Твое лицо... – Несколько раскаленных кусочков стекла впились в лицо ребенка в районе щеки, образовав несколько ран, испускающих тонкие полосы крови.

– Быстрее, Эпси, у нас нет времени, они уже в городе, собирайся сейчас же! – крикнула поддавшаяся панике мать ребенка.

Бросив случайный взгляд в окно, он увидел, как сторожевая башня на краю деревни разлетелась в щепки от попадания взрывного снаряда, озарив весь город пламенно красным цветом.

Эпсилон в панике начал собирать все самое необходимое, благо рюкзак, содержащий все для утреннего похода в море с отцом, был наготове.

– Слушай меня: деревню атаковали. Судя по огневой мощи нападения, это Армада... – Отец не хотел произносить имя нападавшего, чтобы не пугать ребенка, но по взгляду понял, что тот уже давно догадался. – Кажется, это Армада Мелеха.

Ребенок знал, что Мелех – имя, звучавшее в страшном сне любого, кто слышал хотя бы долю рассказов о нем. Истории эти были столь ужасны, что большинство вообще не верило

в его существование. Кто-то считал, что это страшилка для деревенских, кто-то, что это злой дух, бороздящий моря, а кто-то и вовсе, что это не человек. Мелех, по прозвищу Морской Дьявол, на самом же деле, безусловно, был реальным персонажем, более того – обычным человеком. Тем не менее человеком назвать его сложно. Безжалостный и беспощадный гнев пирата постигал всех: детей, женщин, стариков. Всех, кто попадал под его острые топоры и меч. Ходили легенды о его яростных убийствах сотен людей во время очередного погрома бедной деревушки, попавшейся под руку. Люди, которым посчастливилось выжить после тех кровопролитных событий, коих стоит отметить немного, слагали легенды о его ужасающем виде: красные глаза, огромный рост, хвост и рога. Говорят, что одним ударом он мог перерубить десятилетнюю осину и сломать стену дома. Конечно, все это были выдумки испугавшихся до смерти людей. Морской Дьявол был великолепным воином, сильным, быстрым и прекрасно владеющим своим оружием. Но был он лишь человеком. Армада Мелеха насчитывала десятки кораблей различного боевого класса – от быстрых корветов до тяжелых фрегатов. Сказать для чего он громил все эти поселения, сложно. Он никогда не грабил больше нужного, брали в основном женщин для утех, выпивку для веселья и драгоценности для продажи. Говорили, что Мелех что-то или кого-то ищет, но зачем, не знал никто. Его боялись все: гвардейские флотилии, пираты и браконьеры, обычные рыбаки и даже жители столицы, думающие, что он может добраться до них. Награда за его голову была огромной, да только соискателей было недостаточно: чтобы одолеть его армаду, нужна армия и, как минимум, чудо, так как найти его было невозможно. Скрыть десятки огромных кораблей в большом, но все же изученном море нельзя, но ему эта задача удалась. Словно призрак, он появлялся в различных уголках стран и оставлял после себя пепелище с горами трупов. Все эти факты сделали из него легенду, страшную сказку для каждого жителя королевства Мор-Отан.

Выбежав на улицу, Эпсилон ужаснулся: он не узнавал место, в котором проходило его беззаботное детство. Море, в котором он так любил плавать с отцом, было заполнено десятками кораблей, обстреливающих город, вернее, то, что от него осталось. Дом ребенка

находился в верхней части Ландау, что позволило Эпсилону окинуть взглядом нижнюю его часть. Разрушенные дома, горящие деревья и прерывистые крики людей лишь усугубили и без того неконтролируемое чувство паники. Брошенный дом семейства Линней, в котором Эпси любил играть с друзьями, в эту злополучную ночь громко хрустел под тлеющим огнем. Улицы родного города были усыпаны трупами людей, в которых он узнавал многих, кого некогда видел и хорошо знал. Небо озарилось кроваво- красным ночным оттенком, отражая огненную агонию города.

– Быстрее, быстрее, быстрее! – подгонял семью отец. – Нам нужно добраться до корпуса защиты, Альдим поможет нам выбраться из города и обеспечит охрану.

Сотни людей врассыпную метались по наполненным улицам города. Словно муравьи, они пытались спрятаться и убежать от случившейся беды. Семья Инкрития с трудом пробивалась через окутанную паникой толпу к верхней и наиболее защищенной части города. Нижнюю же часть поселения беспрепятственно штурмовало многочисленное войско Мелеха, ибо любой его защитник уже давно был мертв. Залповый ночной огонь Армады легко уничтожил малозащищённую оборону, что позволило спокойно зайти в город живой силе противника.

– Инкритий, сюда! – прокричал, стоя в толпе, мужчина в черном, полностью покрытом сажей пиджаке. – Капитан, сюда!

– Люпус! – картограф крепко взял Эпсилона за руку и вместе с женой последовал к своему другу сквозь спасающуюся бегством толпу. Практически подходя к товарищу, Инкритий резко присел, услышав совсем близкий взрыв снаряда ядра, разнесший на кусочки рядом стоящую каменную башню. Клубы пыли и искр всколыхнули в воздухе, погружая в дымовую завесу несчастных людей. – Что происходит, это армада?