Штопор
Шрифт:
— Акио…
— Заткнись, — прошипели его губы почти касаясь, нос прошелся вдоль щеки, словно принюхиваясь. — Просто заткнись.
Под солнечным сплетение вдруг образовывается пустота, как если бы она рухнула в воздушную яму. Разум требует послать его в Бездну за звездами, а вот инстинкты велят-таки заткнуться. Древние инстинкты, взращенные на тысячелетней доминации сильнейших. Подумалось, что несмотря на весь налет цивилизации, дикое в них выплывает наружу в критические моменты. В такие, как сейчас.
И Кэру замерла, затаила дыхание и тоже чуть прикрыла глаза, пытаясь расслабиться.
Расслабиться. Обмякнуть в мощных руках. Позволить дыханию выровняться, уговорить сердце биться медленней. И не бояться, не фонить страхом, а только… подчинением. Она послушна, она в его руках и не имеет ничего против этого. Заставить себя думать правильные мысли было до сингулярности трудно, почти невозможно, но она не зря Таро, она справилась.
Если бы еще не этот сводящий с ума запах…
Его дыхание выравнивалось вслед за ее. Его сердцебиение замедлялось с опозданием в такт. Спустя несколько минут хватка на горле ослабла, и разноцветные мушки расползлись по своим кротовым норам.
Зеленые глаза распахнулись, несколько мгновений изучали ее показательно спокойное лицо и опущенный взгляд.
— Ненавижу… — раздалось у самого уха, прежде чем рука полностью убралась с ее горла, а сам обидчик свалил на всех парах из коридора.
— Взаимно, — пробормотала Кэру, потирая саднящую кожу и надеясь, что синяков от крепких пальцев не останется.
Слишком сложно будет объяснить произошедшее Дэшу.
Интерлюдия 1, Центр Великой Межзвездной Империи, Восстановленная Планета Чи, Храм Крыльев
Голубая чаофу с жемчужными узорами в виде стилизованных журавлей едва колебалась под порывами легкого ветерка, что с гораздо большим энтузиазмом трепал прозрачные занавески по периметру Храма Крыльев. Впрочем, ничего удивительного, ведь одно дело забавляться с символикой Храма, а совсем другое с одеянием Императора.
Даже ветер это понимал.
Сам же Вечный стоял у открытого ростового окна, не замечая шалостей ветра. Платиновая сторона его маски весело блестела в лучах заходящего солнца, а вот зачерненный адамантий второй стороны мог бы поспорить своей мрачностью с самыми густыми тенями Храма.
— Мой Император, — прозвучало за спиной, но Вечный даже не дернулся.
Хотя этот «мой» в устах его давнего то ли создателя, то ли врага отдавало некой иронией. Не исключено, что Безымянный даже усмехнулся под маской, но на то она и маска, чтобы скрывать все и всякие чувства.
— Глава, — Вечный чуть повернул голову, но за приветливые кивок это никто бы не принял.
Хошисим и подавно.
Белые одежды бессменного Главы Ордена Созидающих, Серафимов, высшей касты всея Империи тоже едва колыхались, но тут дело было не в почтении, выказываемом ветром, но в… некоторой брезгливости.
Между Главой Ордена Созидающих и Императором
Как бывают близки лишь те, кто разделяют общие цели.
Более ста лет прошло с того момента, как Орден Созидающих чуть было не разрушил Империю[1], но ни в одной из исторических книг этого не найти, и не потому, что дела того времени преданы забвению, но потому, что акценты расставлены иначе. Всего лишь детали, но как сильно они изменили картину прошлого.
— Рад видеть тебя в стенах обновленного Храма.
Что там Храм, всю планету пришлось восстанавливать из космической пыли и осколков ядра. Благо Океан Разума не был уничтожен, лишь ослаблен и именно он удержал ошметки Колыбели от растворения на звездных просторах. Потом были долгие годы кропотливой работы, что стоила многим из Ордена всех их сил, но никто не роптал — это была достойная плата за совершенную ошибку.
Впрочем, тот кто стоял во главе Ордена, не шибко пострадал. Лишился части своих сил, еще немного постарел внешне, но не более. Судьба была милостива к нему, хотя если спросить самого Хошисима, то вряд ли он был рад такой милости.
— Как продвигается работа над новыми биомехами?
— Все также, мой Император.
«То есть — никак». Об этом мало кто знал, но одним из последствий подрыва Колыбели стала невозможность создавать новые биомехи.
Орден потерял свой основной козырь.
Официальная версия гласила, что Созидающие из уважения к Осознанию не создают новых Чи-партнеров, правда же была в том, что они не могли. Океан Разума потерял свою пластичность, а может быть желание сотрудничать со своими бывшими Хранителями. Именно так — бывшими. Серафимы вернулись на Колыбель, но Колыбель не вернулась к ним.
Океан Разума оказался злопамятным, а может просто осторожным.
— Все еще отказываетесь от моей помощи? — вопрос Императора был дежурным.
— Да, мой Император, — ответ столь же традиционным.
Вечный мог помочь. Это знал Хошисим, это знал сам Безымянный. Он мог уговорить Океан пойти на дальнейшие уступки и не только приютить потерявших большую часть своей власти Серафимов, но и вернуть им утраченное.
Мог бы, но это поставило бы Орден в еще большую зависимость от Двуцветного, как его стали называть с недавних пор. Маска, что несла в себе больше смысла, чем когда-либо, но даже Хошисим не рискнул бы разбираться во всех значениях.
После полной победы над Полигинией Эйо прошло слишком мало времени, чтобы забыть и слишком много, чтобы помнить. Мир свыкся с новой реальность, в которой биомехи больше не бездушные машины с искрами разума, но полноценные партнеры в Слиянии и вполне самостоятельные единицы, если того требуют обстоятельства. Границы между кастами Великой Межзвездной Империи несколько стерлись, но Военные все еще занимают доминирующую позицию ввиду более обширных знаний и опыта, накопленного поколениями.