Схрон
Шрифт:
– Полковнику нужны доказательства не санкционированной сверху деятельности ФСБ, только после этого он задействует военную контрразведку и поможет нам.
– Может, обойдемся своими силами?
– Не обойдемся.
– А если он с ними? И эти его профессионалы – «санитары»? Один раз мы уже обожглись – с Одинцовым.
– Я слишком хорошо знаю Олега. К тому же он не занимался Башней и заинтересовать «санитаров» не мог.
– Тогда давай прямо сейчас и рванем туда.
– Куда? – придвинулся к разговаривающим полковник; он услышал последнюю фразу.
– Дитё
– Наполовину, – отрывисто бросил Гаранин. – То, что по дороге к Башне ездят грузовики, возят какие-то ящики, еще ни о чем не говорит. И этот лагерь под стенами тоже. Мало ли чем может заниматься служба безопасности?
– Вот именно, – с иронией хмыкнул Костров. – Игорь, давай хоть дриммер заберем, что ли. В любой момент может пригодиться.
– Рано, пусть лежит.
– Что заберете? – полюбопытствовал Гаранин.
– Когда мы вышли оттуда, то спрятали возле Башни одну вещь, дриммер называется. Говорят, он может трансформироваться в любое изделие рук человеческих, но мы использовали его в качестве меча.
– Помощней ничего не догадались прихватить?
– Во-первых, у нас не оставалось времени добывать себе оружие, а во-вторых, дриммер очень необычное устройство. Может случиться, что ты еще испытаешь его в действии. Что ж, разведчики, пошли обратно. Больше нам здесь делать нечего. Теперь мы знаем, как проще всего подобраться к Башне. Подготовимся и вернемся. Лишь бы нам никто не помешал.
Внезапно в районе базы вспыхнул прожектор. Его луч описал полукруг и уперся в БТР, за которым прятался отряд Ивашуры. Все замерли.
– Отходим! – почти беззвучно шепнул Гаранин.
– Не торопись, – прижал палец к губам Игорь Васильевич. – Собак у них, к счастью, нет, а если пойдут люди, мы всегда успеем разбить прожектор и уйти. Не хочется поднимать лишний шум.
Издалека донеслись громкие голоса, скрип, металлическое позвякивание. В ту же секунду о корпус вездехода ударила пуля, с визгом отрикошетировала, и лишь потом донесся звук выстрела.
– Приготовьтесь. – Ивашура достал «универсал». – Как только я расстреляю прожектор – бегите к лесу и вдоль реки к болоту.
Послышался второй шлепок пули о борт БТРа, на этот раз без рикошета, затем щелчок выстрела. Стреляли явно из винтовки с оптическим прицелом.
– Черт, у них, наверное, звуковые сканеры! – Ивашура высунул руку из-за гусеницы и сделал два выстрела, выбрав в качестве пуль плазменные сгустки. Два неярких шарика размером с желудь метнулись вдоль оси луча лазерного целеуказателя и разнесли прожектор в пыль. Упавшая темнота показалась абсолютной.
– Пошли! – выдохнул Ивашура, и они помчались назад, рискуя запнуться о пласт земли или камень и сломать шею.
Глава 6
Два дня Ивашура деятельно готовился к разведрейду в Башню, искусно имитируя увлеченность научными проблемами, стоящими перед исследователями. Но если в первый день после ночной вылазки к Башне его донимали особисты и федералы Сысоева, дотошно выспрашивая подробности
После встречи с Гришиным Игорь Васильевич уединился в одной из кают фургона-гостиницы, предоставленной ему в единоличное пользование нынешним начальником экспедиции, и набросал в мыслях план предстоящей кампании. Смущал его лишь один факт: майор Сысоев, одевающийся даже в летнюю жару в глухую рубашку и пиджак (скрывает «паутинку» на коже?), должен был иметь помощников не только из среды профессионалов ФСБ, подчиненных ему по службе, но и прямых агентов «хирургов», закодированных для решения одной-единственной задачи: уничтожения хроношахты.
Занятый размышлениями, Ивашура не сразу расслышал стук в дверь. Спохватился:
– Входите, не заперто.
Вошла Вероника, с виду уверенная и спокойная, как всегда, но в глазах женщины явно читалась озабоченность и тревога.
– Что-нибудь случилось? – насторожился Игорь Васильевич.
– В принципе ничего, – отмахнулась Вероника, оказываясь вдруг в объятиях Ивашуры и освобождаясь из них через некоторое время. – Следит за мной один тип… куда я, туда и он.
– Этого следовало ожидать. Ты его знаешь?
– Видела в компании майора.
– Ну и черт с ним, пусть следит. В нужное время мы всегда сможем от него избавиться.
– Надоела их бесцеремонность. А ты о чем задумался?
– О «санитарах» и их слугах. В лагере кто-то еще, кроме Сысоева, должен быть «санитаром». Надо искать.
– Как ты их собираешься искать?
– Они меченые. По всему телу нечто вроде татуировки – тонкие синеватые прожилки, складывающиеся в узор редкой паутинки. Это они получили в подарок от хронобура, явившегося причиной ответвления от Древа Времен нашей Ветви. Точнее, Ветви, давшей начало огромному количеству Ветвей, в том числе и нашей.
– Не представляю процесс, оставивший такой след на телах «санитаров». И почему он затронул только их?
– Не знаю, не задумывался, но эту информацию мы получили от одного из эмиссаров наших могущественных друзей из будущего, а он знал, что говорил. Хотя я, конечно, тоже не представляю, каким образом рождение Ветви – Метавселенной способно затронуть живых существ в других мирах, да еще со столь изощренной избирательностью.
– По-моему, я видела у кого-то на руке такую татуировку. – Вероника наморщила лоб. – Давно, месяц назад. Дай Бог памяти… Ах да, у Ленечки Гибелева, совершенно случайно. Он умывался, я тогда еще удивилась: с чего это мужик в свитере умывается, только рукава закатал. А он увидел, застеснялся. Неужели ты думаешь?..