Шрам
Шрифт:
– Почему ты выбрал парк? – спросила она.
– Я часто бывал здесь прежде, и мне нравится это место, – я чуть не сказал о том, что на самом деле этот парк был первым местом, пришедшим мне в голову. – Но, если ты против, можем пойти в любое другое место. Город большой.
– Но скучный, – кивнула Лилит. – Я не против прогулки по парку.
Она взяла меня под руку, и мы двинулись за ворота, вглубь зеленого подобия жизни.
– Не против, если сначала я спрошу тебя о работе? – поинтересовалась Лилит.
– О работе? – удивился я.
–
– Ах, вот в чем причина нашей встречи, – воскликнул я с беззлобным укором.
– Нет, нет, – запротестовала Лилит. – Просто, когда я узнавала у него твои контакты, он заодно попросил переговорить с тобой и на этот счет. Он бы сам связался с тобой через пару дней, просто, тут подвернулся удачный случай. Если не хочешь говорить об этом, то и не нужно...
– Не беспокойся, – оборвал я череду ее оправданий.
Я отчего-то был точно уверен в том, что Лилит – не подсадная утка, подброшенная мне Патриком для вербовки. Вот уж не знаю, откуда у меня взялась такая уверенность, ведь, если разобраться, то подобный вывод напрашивался сам собой. Но глядя в ее зеленые глаза, просто невозможно было поверить в то, что за ними скрывается ложь.
– Я хотела обсудить это сразу, чтобы в дальнейшем подобные разговоры не портили нам свидание, – закончила она, переведя дух.
Свидание. Почему-то мне вдруг стало тепло на душе от этого слова. Я поймал себя на мысли, что впервые нахожусь на свидании. С Джулией мои отношения закрутились как-то сами собой, и никаких конкретных свиданий не было, просто обычные встречи. А все, что было кроме Джулии, я не считал отношениями вовсе.
– Хорошо, – кивнул я. – Давай обсудим.
– В общем, он предлагает продолжить сотрудничество. Сказал, что знает, что у тебя произошло с прошлой командой, и может дать некоторую поддержку, если ты намерен этим заниматься в будущем.
Складывалось ощущение, что Лилит хочет как можно быстрее отделаться от данного разговора, настолько быстро и сухо она отчеканила эти слова. Но эти же слова поразили меня, словно удар молнии, и застали врасплох. Патрик знал обо всем случившемся, и это логично, с его-то связями, но все равно, я не ожидал подобного. Неприятные воспоминания нахлынули волной, затапливая радость от встречи с Лилит.
– Так, что именно он предлагает? – нахмурившись, спросил я.
– Это всё, что он сказал мне. Остальное обещал рассказать тебе лично, если свяжешься с ним в ближайшее время.
Так свежи еще были воспоминания о последнем разговоре с Джимом. Но задумавшись об этом, я вдруг понял, что меня это больше не сдерживает. Совсем наоборот, теперь, когда все точки расставлены, я готов был взяться за новую работу без каких-либо сомнений и терзаний. Я не чувствовал себя виноватым в чем-то, обиженным не чувствовал тоже, просто, смирился с тем, что больше не работаю на Грешников. Если вообще когда-нибудь еще будет такая команда, как Грешники…
– Так что мне сказать дяде? – спросила Лилит, и я понял, что, уйдя в свои
– Я свяжусь с ним сегодня же, – сказал я решительно.
– Отлично, – в ее голосе было отчетливо различимо облегчение. Похоже, что этот разговор, и правда, был навязан ей Патриком, и она искренне обрадовалась тому, что так быстро от него отделалась.
– А куда мы направляемся? – Лилит настолько резко сменила тему, что не оставила мне шанса подстроиться под этот переход.
– Просто гуляем, – ответил я, оглядываясь по сторонам в поисках ответа. – Там, чуть дальше, есть прудик, весьма живописный.
– Тогда рассказывай, – вновь поставила меня в тупик Лилит.
– Что рассказывать?
– Что-нибудь. Как ты провел эти две недели, например?
– Скучно провёл...
– Почему? Неужели охотнику нечем занять себя в обычной жизни?
Я вспомнил о наших с Джимом похождения по клубам и барам Филина. Да, нам было, чем заняться.
– Я думаю, что, как и большинству людей, в одиночестве мне нечем себя развлечь.
– Почему бы тогда не встретиться с друзьями?
– Потому что у меня не так-то много друзей. А недавно их стало еще меньше, – я пожалел, что сказал об этом, мне ни в коем случае не хотелось вызывать у нее жалость к себе.
– Ты это о своей команде? Прости, если поднимаю неприятную тему.
– О команде, – подтвердил я. – Но тебе незачем извиняться. В этом нет ничего, о чем я не мог бы рассказать. Вот только рассказывать особо нечего.
– Всегда есть, о чем рассказать, – возразила Лилит. – Грустное, веселое, доброе или злое, но всегда есть что-то. Вопрос только в желании делиться этими историями.
А, ведь, она была права. И мне хотелось поделиться. Хотелось снять груз с души.
– Я не самый хороший рассказчик. Если что интересно, можешь спросить, я отвечу.
– Каких тем можно касаться?
– Любых.
– И ты на все ответишь? – озорной интерес зазвучал в ее голосе. – Любая тема?
Я кивнул.
– Но, пожалуйста, если ты не захочешь говорить о чем-то, я пойму. Только не нужно лжи, хорошо?
– Считаешь меня лжецом?
– Нет, не подумай. Просто, многие люди боятся сказать, что не хотят сейчас обсуждать что-то, но и правду говорить не желают, вот они и врут. Это не значит, что они лжецы, просто, они сглаживают углы разговора, стараясь не обидеть собеседника. Но по мне, так лучше услышать отказ, чем ложь, понимаешь?
– Да, понимаю. Обещаю, что не буду тебе лгать.
– Верю.
Лилит задумчиво улыбнулась, а затем начала задавать вопросы. Их было много, разных, странных, даже немного личных, но ничего такого, что могло бы меня задеть. И на все ее вопросы я дал ответы, ни в чем не солгав, как и обещал. Я рассказал, чем занимался до охоты, рассказал, как стал охотником, рассказал про своих родителей и про свое увлечение автогонками, рассказал про Грешников и про то, как всё закончилось. Я поведал Лилит большую часть своей жизни, но ее интерес не иссякал.