Шпионка для босса
Шрифт:
Секретарем мы наняли невозмутимого парня.
Конечно же, Зверев не преминул пошутить по этому поводу… За что сразу же получил укоризненный взгляд нового работника и, вероятно, негласный статус нелюбимого босса.
А об отце Зверев предпочитал не говорить. Первое время среди работников фирмы ходили слухи, что, выйдя на пенсию, бывший директор уехал жить за границу. Кажется, в Тайланд. Сергей в эти сплетни не вникал и делал вид, что ему судьба Павлова совершенно не интересна.
— …Жениха
— Ну Сережа! Я что тебя попросила сделать?
Услышав недовольный тон жены, Зверев так и замер с открытым ртом. У Катерины была над ним особая власть. Стоило ей надуть губки и сделать вид, что она обижается — Сергей готов был тут же бежать выполнять любые ее прихоти и требования. Их почти полуторагодовалые малыши тоже уже смекнули, что папкой можно вертеть и успешно этим пользовались. Это на работе он был требовательным начальником с дурацким чувством юмора, дома же все было наоборот. Им помыкали, как хотели, и Зверев был счастлив.
— Да спят они! — Сергей попытался реабилитироваться и услышал громкий хлопок, который раздался из комнаты, где спали близнецы. — Бля…
Со скоростью света он сорвался с места и убежал. Обратно он вернулся с сыновьями, один из которых повис у него на ноге, второй ухватился за руку.
— Катя, ты уверена, что это наши дети, а не мартышки из зоопарка? Они снова сломали кроватку, пока перелезали. Я ж говорил, что матрац у кроватки — отличная идея! — самодовольно заметил Сергей, присев на корточки.
С победным кличем Марк и Миша, которые не так давно научились уверенно ходить, бросились на отца, повалили его на пол и оседлали. Ребята были точными копиями друг друга, и с каждым днем все больше походили внешностью на мать, а вот характером… Было страшно представить, что ждет их родителей, когда те еще немного подрастут.
В дверь постучали.
— Леха, наверное, — вяло отбиваясь от шустрых пацанов, которые требовали играть в лошадку, выкрикнул Сергей. — Откройте кто-нибудь дверь! Ай! Спасит…
Один из сыновей уселся попой в подгузнике на голову отцу и задорно рассмеялся, второй подключился к издевательствам над родителем.
— Помогите, спасите! — довольно верещал Зверев, барахтаясь по полу.
— Так тебе и надо, — хохотнул Игорь и передал мне нашу малышку.
От шума, который был неизменным атрибутом близнецов, дочка проснулась и открыла глазки — небесно-голубые омуты, в которых можно было утонуть от любви! Улыбнулась. Я едва не задохнулась от счастья, которое волной накрыло меня в этот момент. Какая же она красивая! И какая счастливая я!
— Катя, — шепотом обратилась я к подруге. — Спасибо тебе большое!
— Что? — не поняла она. — За что?
Она вздернула брови и перевела взгляд на Леру.
— Ой,
— За все это спасибо! Если бы не ты… — начала я, пытаясь словами объяснить то томящее чувство, которое распирало меня изнутри. — Если бы не ты, то ничего этого не было бы! Это ведь ты направила меня в «Глоуб», где я познакомилась с Игорем… Ты, как Купидон устроила мою судьбу… Я слов не могу подобрать, как я тебе благодарна, сложно выразить…
— Я случайно, — она рассмеялась, смахивая выступившие на глазах слезы радости. — Ты мне поверишь, если я ч скажу, что это не было запланировано? Я думаю, судьбой ваша встреча с Игорем была…
В тот же миг мой муж появился на пороге. Лицо его было до ужаса серьезным, следом шел сосед Зверева по площадке, который держал за воротник сгорбленного старика.
— Вот, держите! — Алексей вытолкнул мужчину перед собой. — Этот мужик уже больше часа у вашей двери трется. Думал, бомжара какой, но одет, вроде, дорого. Ментов решил пока не вызвать, у вас спросить, вдруг знаете, что за типок?
— Эдуард Дмитриевич? — выдохнула Катя.
И правда, в сгорбленном старике узнавались знакомые черты бывшего директора «Глоуба». За прошедший год он заметно стал и постарел, темная от загара кожа покрылась глубокими морщинами.
— А! Значит, знаете его? — сосед отпустил воротник и в ожидании сложил руки на груди.
— Да, это мой отец… — Сергей пытался угомонить детей. — Ты че тут делаешь?
— Сережа, у меня было время подумать, — голос Павлова был глухим и сиплым. Он жадно рассматривал своих внуков, которые ни в какую не давали Сергею подняться на ноги. — И я все понял. Я не рассчитываю на твое прощение, все-таки я испортил тебе всю жизнь…
— И маме… — рявкнул Зверев, от эмоций потеряв на собой контроль.
Дети от неожиданности осели на пол и в недоумении уставились на папу. Лера у меня на руках тихонько захныкала.
Сергей встал на ноги, подошел к отцу почти вплотную и сверху вниз надменно посмотрел на сгорбленного сморщенного старика, который был его биологическим отцом. По выражению лица Зверева мне показалось, что сейчас ударит Павлова…
— Зачем ты приперся? — наконец, спросил Сергей. — Что тебе теперь от меня надо? Когда я хотел быть твоим сыном, я не был тебе нужен. А что сейчас вдруг понадобился?
— Сережа, ты прав… Я старый дурак. Я был не прав, думая, что бизнес, деньги, власть смогут заменить мне семью, но так было проще. Я боялся такой ответственности, боялся быть мужем и отцом. А ты смелый человек, я вижу это.
Сергей слушал молча, сжимая и разжимая кулаки.
Павлов шумно набрал воздуха в грудь и продолжил:
— Я очень надеюсь, что когда-нибудь ты меня простишь. Я болен и у меня не так много времени, но я хотел увидеть тебя еще раз, лично извиниться перед тобой за все что сделал и что нет. Прости меня.