Шпионаж
Шрифт:
Винанки был в отчаянии. Он приехал в Берлин и обратился за помощью к своему другу, служившему в генеральном штабе.
Тот познакомил его с офицером, занимавшим очень высокий пост и звавшимся «его превосходительство». Фамилия этого таинственного лица была известна только в очень высоких сферах.
Сочувственно выслушав капитана, «его превосходительство» в свою очередь направил Винанки к некоему Маттезиусу, имевшему бюро на Бюловштрассе.
Контора Маттезиуса официально занималась торговлей автомобильными частями и принадлежностями. На самом деле это был один из крупных шпионских
Капитана принял маленький худой человечек с небольшими бачками на выступающих скулах. У него был острый, пронизывающий взгляд, заставивший капитана сжаться.
После короткой предварительной беседы Винанки согласился на службу у Маттезиуса.
Тот сразу же перешел к делу.
— Вот вам первое задание. Сегодня среда. Вечером вы едете в Париж, в фирму Менье и Ко., здесь записан ее адрес, — Маттезиус протянул капитану маленький лист бумаги. — Адрес этот выучите наизусть, записку уничтожьте. Фирма небольшая, стеснена в расходах и не имеет служащих. Торгует автопринадлежностями и имеет со мной деловые отношения. Владельца фирмы зовут Писсар, это человек опытный, и он поможет вам. В фирму явится человек, предлагающий чертежи автоматического полевого оружия, по системе барабанного револьвера. Вы — офицер и сможете понять, что это за штука. Чертежи стоят пять тысяч марок. Эту сумму вы возьмете с собой, и если чертежи окажутся пригодными, вы их купите. Но это еще не все. Вы должны выяснить, взяты ли эти чертежи в дело французами. Будут они ими пользоваться или не будут, вы поняли меня? Это для нас очень важно. Вы не должны ни писать, ни телеграфировать. Когда выполните поручение, немедленно возвращайтесь в Берлин. Ни пуха, ни пера, капитан, — я последний раз называю вас по чину. Вот вам чек на расходы, и до свидания!..
Когда в Париже Винанки явился в фирму Менье, его тотчас же познакомили с неряшливым господином, который заявил ему, что он слишком долго вел переговоры с фирмой относительно продажи чертежей и не желает больше ждать ни минуты. Если в течение двадцати четырех часов ему не будет дан ответ — он продаст эти чертежи кому-нибудь другому.
Винанки взялся за дело. Он решил начать переговоры сам, без помощи Писсара — владельца фирмы, и привел неопрятного господина к себе в отель.
В течение двух часов он рассматривал чертежи.
Француз терпеливо присутствовал при этом, выкуривая папиросу за папиросой, и согласился, наконец, прийти на следующий день вечером.
В ту же ночь Винанки поднял Писсара с постели и потребовал немедленно оформить на него швейцарский паспорт.
— Пускай он будет на любое имя, мне безразлично. Вот фотографические карточки, я позаботился о них еще в Берлине.
Господин Писсар был удивлен.
— Подобные вещи так скоро не делаются. Для этого потребуется не меньше недели.
— Так… — произнес Винанки. — А мне сказали, что вы опытный человек и знаете свое дело. Как вы думаете, месье, что скажут в Берлине, когда узнают, что здесь сидит безнадежный болван? За что, собственно говоря, вам платят деньги, если вы даже не в состоянии за два часа добыть фальшивый паспорт?..
Утром Винанки получил
После этого он совершил поступок, над которым потом много смеялись: бодро отправился прямо в львиную пасть — французский генеральный штаб.
Ночью он снял копии с чертежей и теперь взял их с собой. Выдав себя за механика–самоучку, он показал их дежурному офицеру. Тот, бросив на чертежи беглый взгляд, отшвырнул их в сторону.
— И вы утверждаете, что понимаете в механике? Что занимаетесь этим в свободное время? Послушайте мой совет: лучше удите рыбу или играйте в футбол. Вся эта штука разлетится вдребезги при первом же выстреле!
Изобразив на лице печаль, Винанки пошел обратно.
На следующее утро, через час после прибытия в Берлин парижского экспресса, он сидел напротив Маттезиуса.
—Я сейчас же увидел, — говорил он, — что чертежи ни к черту не годятся. Если из одного такого ствола в короткое время выпустить столько патронов, то его нужно совершенно иначе охлаждать. Нужный для этого охладитель еще не найден. Чтобы вполне в этом убедиться, я спросил французского офицера…
— Простите, — вздрогнул Маттезиус, — кого вы спросили?
Дежурного офицера французского генерального штаба…
И Винанки подробно рассказал о своем походе в генштаб.
Вечером в Берлине появился Писсар.
—Я специально приехал из Парижа, чтобы сказать тебе, что ты ангажировал дьявола, — заявил он Маттезиусу. — Я шел за ним по пятам, когда он отправился в генштаб. Он блестяще выдержал испытание, и мы можем начать с ним работать. Только будь осторожен: упаси бог, если он узнает, что мы разыграли с ним эту комедию.
Аннемари была больна. Одиночество и бедность довели ее до полного отчаяния. Сидя рядом с нею, Винанки понял, что ей необходимо переменить образ жизни.
Маттезиус дал ему новое задание. Винанки предстояла поездка по Маасу с вполне определенными целями. Он решил взять с собой Аннемари.
В Страсбурге, после тяжелой внутренней борьбы, он решил рассказать Аннемари о том, чем ему теперь приходится заниматься.
Сперва она была в ужасе перед опасностью его нового ремесла, но вскоре примирилась, утешенная мыслью находиться всегда рядом с любимым человеком.
Через несколько недель Маттезиус получил точное описание усиленных фортов на Маасе и новых дорог, не обозначенных ни на одной карте.
Немного спустя Винанки и Аннемари отправляются в Шарлевиль. Винанки должен уточнить, где начинается линия первых укреплений от Шарлевиля до Вердена с севера на юг, выяснить, в чем ее сильные и слабые стороны.
Во время этого путешествия Аннемари уже знает, в чем дело, и оказывается, что она владеет французским языком не хуже Винанки.
Он убеждается, что она обладает способностью так разговаривать с крестьянами, кондукторами и чиновниками, что они, восхищенные ею, выбалтывают все, что нужно.
У Винанки швейцарский паспорт, а за спиной — мешок с ботаническими книгами и гербарием.
Однажды ночью, в маленькой деревенской гостинице, Аннемари неожиданно просыпается и будит своего возлюбленного.