Шпеер
Шрифт:
— Пожалуйста, комиссар, — прохрипел он. — Можно... СЕЙЧАС спросить?
Скримджер непонимающе изогнул брови.
— Сейчас, — Гарри вперил в гиеньи глаза свои, молящие. — Пока не начался утренний обход.
— Господи ты боже мой, — засмеялся комиссар. — Ну вы и придумали! Не положено.
Г. Дж. вонзил в него гипнотические зеленые лазеры — самые мощные, что имелись в арсенале.
— Я уйду за пятнадцать минут до обхода. Обещаю! Пожалуйста, сэр!
Скримджер молчал, дергая губами
— Хорошо, — неожиданно сказал комиссар. — Идемте, я договорюсь. Но чтоб к восьми были в своей палате, как штык! Иначе с меня голову снимут!
Г. Дж. вскочил, как поднятый гончими заяц.
— Про СЕСТРУ не забудьте спросить, — ухмыльнулся Скримджер.
* * *
«Я убью тебя, Стэн Шанпайк!»
В груди Г. Дж. что-то кипело и плавилось. Отравленная пуля, застрявшая глубоко в мякоти сердца, превратила кровь в клокочущую магму. Химическая реакция ненависти и любви терзала его изнутри, накаляя каждую клеточку тела.
Северус спал до странности мирно и тихо, пристроившись щекой на согнутом локте. Не дремал вялый глаз тусклой лампочки над столом дежурного и несколько светящихся экранов. Бинт-пластырь в черной гриве Большого Зверя казался бледно-голубым, как и странный широкий браслет на запястье. Гарри уже знал, что браслет дистанционно связан с прикроватным монитором и компьютерами Мэйсона. В зыбком полумраке странные надписи на руке Северуса казались вязью татуировки.
По экрану ползли тонкие ритмично вздрагивающие линии — цветные ниточки жизни.
Гарри обернулся на Мэйсона. Навалившись на стол и уронив голову на руки, дежурный спал.
Тихо, как мышь, Г. Дж. встал со стула, на котором стерег сон Северуса, стряхнул с ног резиновые больничные тапки и бесшумно взобрался на высокую кровать.
— Подвинься, — тая душой, прошептал он. — Разлегся тут.
Вытянувшись стрункой, он прилепился к Спящему Зверю всем телом, вдохнул его запах, родной и нужный, как воздух, — до боли в груди, до пьяного головокружения, и внезапно затрясся от придушенных рыданий.
— Шатци-ша, — шептал он, вздрагивая и давясь слезами. — Какого черта ты... Как я тебя... Нет, ты не можешь... Ты не должен...
Северус шевельнулся во сне. Большая теплая рука обняла Гарри за спину. Тяжелая нога привычно придавила его бедро к матрасу.
Они так спали раньше. Давным-давно. В прошлой жизни.
Зажмурившись, Г. Дж. вонзился зубами в судорожно сжатый кулак, боясь завыть.
Неожиданно Зверь мучительно выдохнул, будто не дышал до этого, и прижал его к себе — жарко и крепко.
— Liebling, — прошептал он. — Я не сплю.
В миг обезумев, Гарри сдавил его с такой силой, что самому стало больно.
—
Отчаянное признание растаяло на губах Северуса, теплых и дурманяще нежных.
— Тихо, тихо, ш-ш... — он целовал мокрое лицо Г. Дж., выпивая его слезы. — Зачем слова?
Гарри шмыгнул носом. Слова были роскошью. Особенно честные.
Большой Зверь обнял его так, будто ласкал собой — горячим дыханием, всем телом, даже пальцами ног.
Он расстегнул пуговицу на рубашке Г. Дж. и вдруг замер, разглядывая пижаму — такую же, как его собственная.
— Где ты это взял?
— Скримджер дал, — шепнул Гарри. — На время. До обхода.
Объяснять сейчас, что случилось, и что он делает ночью в больнице, не хотелось. Как и задавать вопрос О СЕСТРЕ. Увы, в глубине души Г. Дж. знал ответ.
— Боже, благослови Скримджера, — пробормотал Северус, быстро расстегивая оставшиеся пуговицы.
Он припал ртом к груди Гарри, целуя с жадностью изголодавшегося, мучая прерывистым дыханием, то вылизывая, то вонзаясь зубами. Добравшись до соска, Зверь втянул его в рот и загнанно задышал.
Мутный от счастья взгляд Гарри случайно скользнул по прикроватному монитору — зеленая линия взвилась острыми прыгающими зигзагами.
«Сердце?..»
Гарри слышал его быстрый стук — они прижимались друг другу, едва не ломая ребра.
— Шатц, — испуганно прошептал Гарри, глядя на взбесившуюся линию. — Что-то не то с тобой! Посмотри на эту штуку!
Северус приподнялся на локте и непонимающе уставился на него поглупевшим от желания взглядом.
— Что?..
Гарри молча кивнул на экран. Большой Зверь повернул голову.
— Verdammt noch mal! — рявкнул он, рискуя разбудить Мэйсона.
Г. Дж. открыл рот, но сказать ничего не успел. Одним рывком Северус содрал через голову свою рубашку и завесил ею монитор.
— Не люблю телевизор, — буркнул он и навалился сверху обнаженной горячей грудью. Его член, твердый и ощутимо теплый даже через пижаму, втерся в пах Гарри, и, преодолев препятствие в виде резинки штанов, прижался пылающей головкой к животу Г. Дж.
Гарри обнял Северуса за шею и зажмурился от стыда.
— Я ничего не могу, — с тихим отчаянием прошептал он. — С тех пор... как ты ушел. Я... наверное... теперь импотент.
— Бред какой. Не говори так, Liebling, — задышал Северус ему в ухо, мягко прихватывая губами мочку. — Это пройдет... Все пройдет... У меня много раз так было... Цезарь подлец, я ему не доверяю. Не думай ни о чем. Ты... Ты мне не поэтому нужен. Полежи со мной, просто, просто так, Schätzbar, Liebling-Li!..
Страх, засевший где-то в душе Г. Дж. ледяным комочком, вдруг растаял.