Шпаргалка
Шрифт:
Он целует меня в макушку, и я не упускаю момент, когда он вдыхает аромат моих волос. Мы дома в объятиях друг друга. Я уткнулась носом в его сильную грудь, как маленькая кошка. Это решенная сделка. Я бы вышла за него замуж за пять минут, если бы была такая возможность.
— Это все для тебя, Бри.
В субботу мы с Бри спим до десяти часов. Я не могу вспомнить, когда я делал это в последний раз.
В конце концов, мне придется оставить Бри на несколько встреч, а затем добраться до аэропорта, чтобы вылететь в Хьюстон, где мы сыграем нашу последнюю игру плей-офф.
Суббота — самый близкий выходной день в сезоне, потому что в эти дни я не хожу в тренажерный зал, поэтому он обычно переполнен встречами. Что… теперь, когда я думаю об этом, это не выходной день. Однако сегодня утром я пропустил раннее собрание, чтобы злобно пялиться на Бри, пока она спит. Мне придется справиться с гневом Николь, но оно того стоит. Я думаю, это считается прогрессом.
Один из волосков Бри засасывается ей в рот, и когда я пытаюсь осторожно вытащить его, она резко просыпается. Как чертик из коробки, она выпрямляется в постели, волосы на восемь размеров больше, чем обычно. Она оборачивается ко мне с широко раскрытыми глазами, будто только что очнулась от криогенного сна.
— Я ВЕДУ КЛАСС В 10:30!
Немного ворчлива по утрам. Все в порядке, я все еще буду держать ее.
Сбросив одеяло, она выбегает из кровати и из комнаты. Я смотрю на пустой дверной проем, пока две секунды спустя не слышу удаляющиеся шаги. Вспышка волос и конечностей осьминога — это все, что я вижу, прежде чем она схватит меня на кровати. Нависая надо мной, ее ямочки на щеках появляются, и она целует меня с прерывистым хлопком.
— Доброе утро. Я тебя люблю.
Я улыбаюсь и наклоняюсь, чтобы поцеловать ее полнее, но она вздергивает подбородок.
— Э-э, нет. Никто из нас не чистил зубы прошлой ночью, и утренний запах изо рта неприятный. Ты получишь морщь с закрытым ртом и НАТАНСТОПИТ ПРЯМО СЕЙЧАС! — Она кричит и смеется, потому что я безжалостно щекочу ее.
— Ты говоришь, что у меня плохое дыхание?! Ты заплатишь.
— Отпусти меня! У меня урок!
Она едва может говорить, она так сильно смеется.
— Тебе не следовало возвращаться. Это была твоя первая ошибка, и теперь ты поймана. — Я перестаю щекотать ее достаточно долго, чтобы дотянуться до прикроватной тумбочки, взять спрей с листерином и сделать глоток. У нее отвисает челюсть от моей дерзости держать что-то подобное у моей постели, но что я могу сказать, я здесь не любитель. С ее открытым ртом, как у рыбы, я могу дать ей пшик.
Она кудахчет, смеясь, а потом я целую ее так, как хочу. Я не тороплюсь.
Позже Бри пишет мне, что опаздывает на урок и во всем виноват я. Я с радостью приму эту осень.
Я
— Ты в ванне!!!
«Жемчужная ванна». Я держу горсть пены.
Я никогда не видел, чтобы она выглядела более довольной. Я вижу светло-розовые тоненькие бретельки ее купальника и волосы на ее шее, слипшиеся от пота. Когда она берет телефон с собой, чтобы сесть, прислонившись спиной к зеркалу, я вижу в отражении, что она одна. Она тяжело дышит.
— А также? Совершенно замечательно, правда?
— Я понятия не имел, чего мне не хватало.
По правде говоря, мне довольно скучно, но я буду сидеть здесь каждую ночь до конца своей жизни, если это заставит ее так улыбаться. Кроме того, после моего вчерашнего разговора с Бри я готов начать делать кое-что, чтобы позаботиться о своем психическом здоровье. Я также запланировал встречу с терапевтом на следующей неделе. Нервничаю по этому поводу, не буду врать.
— Единственное, что может быть лучше, это если бы ты был здесь…
— НЕУОППЕИ, — кричит Джамал с другой стороны двери в ванную.
Наш рейс прибыл в Хьюстон несколько часов назад, и из-за строгого комендантского часа, который команда вводит накануне каждой игры, я уже ночую в своем гостиничном номере. Каждому игроку назначается сосед по комнате, когда мы путешествуем, и Джамал обычно мой.
— Не начинай все это. Никто не хочет слушать твою грязную болтовню в ванне с пеной, — говорит он с другой стороны двери, где, я уверен, он лежит на шелковой наволочке, которую принес из дома.
— Привет, Джамал!
Бри кричит в трубку.
— Просто надень наушники, — говорю я ему.
— Нет. Я все равно буду знать, что там происходит, и меня это не устраивает.
Я закатываю глаза.
— Ты просто злишься, что я украл ванну раньше тебя.
— ДА, Я БЕЗУМА! — говорит он возмущенным тоном. — В течение многих лет я каждый вечер принимал ванну с пеной и чертовски наслаждался этим, и вдруг твоя новая девушка говорит тебе, как это прекрасно, и ты узурпируешь мое время на уход за собой. Не круто, чувак.
Бри выглядит в восторге.
— Он носит одну из тех потрескивающих зеленых масок, как и твоя, — говорю я Бри, не стараясь говорить тише.
— Да, понимаю, и мне не нравится твой снисходительный тон. Мужчины тоже могут ценить хорошую кожу. На самом деле, Натан, ты мог бы выдержать лечение пор или два. Я вижу твои угри через дверь.
Мои поры в порядке.
— Не обращай на него внимания, — говорю я Бри, немного погружаясь в воду. — Так что ты делаешь в студии?