Шоу двойников

Костин Андрей

– Ты-то еще откуда взялась?..
– пробормотал Николай.

– Валялась за диваном, - девушка неопределенно махнула рукой вбок, Смотрела видик, а тут кто-то схватил меня за шею. Я отключилась. Уже пришла в себя, когда слышала, как вы вместе крушите все вокруг. Только боялась поднять голову и посмотреть. Вдруг прямо к моему носу нож подкатывается. А потом грохот - и все стихло. Ты победил, - закончила она гордо.

– Мне не кажется, что я победил, - признался Николай.
– Просто мы не смогли одолеть один другого.

–

Ну как же? Заставил убежать. Этого, настоящего маньяка.

– Ты его видела?

– Откуда...
– она распахнула ресницы, отчего большие голубые глаза стали огромными.
– Он схватил меня сзади, я даже пикнуть не успела, не то что на него взглянуть.

– Но ты ведь сказала, что он маньяк. Как догадалась? И почему я весь в бинтах?

– Без стакана не разберешься, - Маша вздохнула.

– Да, я хотел бы попить, - обрадовался Николай, дотронувшись кончиком языка до потрескавшихся губ.

– Виски, мартини, коктейль?
– предложила Маша на выбор.

– Чего-нибудь несладкого, - попросил Николай, не соображая, что ему предлагают.
– Может, чаю? Покрепче. Прямо коричневого цвета.

"КОРИЧНЕВОЕ СОСТОИТ ИЗ КРАСНОГО И ГОЛУБОГО" - почему-то подумал он.
– Все дело в пропорциях.

Карандаша под рукой не было, да и записывать оказалось негде.

– Тогда виски, - кивнула Маша, встала с коленок и пошла к бару.
– Другого коричневого и покрепче у меня не найдется. Надеюсь, мы имеем в виду одно и то же.

Когда вернулась с огромным низким стаканом, на донышке которого была налита жидкость, похожая на чай, Николай уже успел перебраться на диван, и теперь сидел, откинувшись назад.

– Держи, - протянула напиток.
– Восемь лет выдержки.

– Стоило ли хранить чай столько лет?

Сделав глоток, он закашлялся.

– Что это, - спросил он.

– Бурбон, - пояснила Маша.
– Я сама крепкое не пью.

– Но ведь и вкус отвратительный...

– Ты что, никогда не пробовал виски?

– Извини, я...
– только что выпитое приятным теплом разливалось по телу. Николай выпрямил ноги, а затем поднял их и положил на высокую табуретку.
– Я не всегда все помню. Контузия. Вроде как лишние помещения в голове отсутствуют. Сохраняется только то, что необходимо, чем часто пользуешься...

– Прямо ковбой, - Маша усмехнулась, глядя на него, - Только еще сапоги со шпорами и шляпу. Может, сигару?
– она усмехнулась.

– Лучше сигарету, - Николай покачал головой и вдруг понял, что так хорошо ему еще не было. Во всяком случае за то время, которое он мог вспомнить. Сигара слишком похожа на мужской половой орган. Впрочем, может быть американцы придерживаются другого мнения? В том смысле, что ее курить вовсе необязательно?

НАЙС ЗНАЧИТ МИЛАШКА

– С каких это пор ты разбрасываешь чулки на лестнице?
– Ники от души веселился. Кончиками пальцев он держал черный женский

чулок.
– Ну-ка, колись, чем ты занималась ночью?

– Откуда?
– она удивленно раскрыла глаза.

– Прямо на пороге лежал.

– Так вот оно что, - Маша хлопнула себя по лбу.
– Сыщик утверждал, что маньяк был без лица. Да он ведь просто натянул чулок на голову!

– Какой еще маньяк?
– Ники мгновенно стал серьезным.

Маша рассказала про ночные события.

* * *

– Налей-ка мне выпить, - попросил Ники.

– Тебе чего?

– Ты же знаешь, - он отмахнулся.

– Извини, кончилось... Может?..

– Как это кончилось?
– Ники возмутился.
– Я же вчера привез...

– Он все выпил, - прошептала Маша, указав пальчиком на дверь, за которой спал Николай.

– Ну дает, - Ники развел руками.
– Вылакал мое виски и теперь дрыхнет.

– Он спас мне жизнь, - напомнила Маша.

– Давай разберемся с этим спасением, - Ники сел на диван и закинул ноги на высокую табуретку напротив.
– Чего это ты улыбаешься?

– Сидишь, совсем как он. Он так же закинул наверх ноги, когда пил твое виски.

– Надеюсь, на этом наше сходство кончается?
– спросил Ники сухо.

– Почему же. Я думаю, ты бы тоже бросился меня защищать.

– Судя по твоему рассказу, он понятия не имел, что кого-то защищает.

– Просто в этот момент я валялась за диваном, и он меня не видел, вступилась Маша.

– А кассета?

– Она пропала.

– А нож?

– Мой собственный. У меня таких на кухне - несколько штук.

– То есть, никаких материальных подтверждений твоего рассказа?

– Ты что, мне не веришь? Это был маньяк, я уверена.

Маше очень нравилось слово "маньяк". Нематерное, а скользит с языка так же.

– Почему же он тогда не прирезал вас обоих?
– Ники хмыкнул.

– Какие-то дурацкие вопросы, - Маша поджала губы.

– Пожалуй, это ты мне рассказываешь дурацкую историю, - он не на шутку рассердился.
– Сначала смотришь кассету с порнографией. Потом кто-то... Заметь, в твоей собственной квартире, хватает тебя за шею. Откуда он взялся, если кроме вас двоих здесь никого не было? Ну а напоследок выясняется, что вы вместе с этим придурком выпили литр виски.

– Я всего лишь пригубила, - отрезала Маша.
– Но не находишь ли ты странным, что Катя прятала эту кассету, а маньяк теперь ее украл?

– Она часто снималась в порнушках?

– Ну... Мы ведь не только на подиуме работаем или или фотографируемся на обложки журналов. Чтобы попасть на показ, надо еще пройти кастинг, то есть отбор, а в результате заработаешь сто баксов, да и то проходят единицы. А вот поучаствовать в какой-нибудь таком фильме... И заработок, и что-то вроде...

– Что-то вроде проституции?
– уточнил Ники.