Шоколадное дельце
Шрифт:
– Нет, я в Лондон поеду, – тряхнул спутанными волосами Холл. – Мне ещё многое предстоит увидеть.
– Это верно, – согласился Эрик. – Выбирай себе скакуна.
– А можно? – округлил глаза американец.
– Нужно, – улыбнулся Вайт. – У нас лошадей на шесть штук больше, чем наездников. Бери любого из вот этих, не запряжённых. Правда, Джеймс спит, и придётся тебе самому заняться сбруей.
– Это не проблема, – ответил бывший моряк и выбрал себе рыжего коня с чёрной гривой. – Арабец… Мне нравится.
Спустя час два рыцаря
Едва лесные друзья скрылись из вида, Холл отправился к почтарю, чтобы вернуть скакуна. Выполнив обещание, он почувствовал себя совершенно свободным и решил найти ласковую англичанку для приятного проведения времени.
Построив глазки молодым женщинам на базарной площади, Холл сумел с несколькими пообщаться, но каждый раз что-то мешало продолжить знакомство в более интимной обстановке. То красотка оказывалась дочкой сварливого мещанина, то и вовсе чьей-то молодой женой.
Мужчина решил привлечь внимание к своей персоне иным способом: усевшись на базаре прямо посреди дороги, он вынул трубку и закурил. Это сразу приковало к нему взгляды не только прохожих, но и торговцев. Лондонскому люду стало безумно интересно, как у незнакомца получается вытворять такие штуки. И Холл, почувствовав себя в центре внимания, начал рассказывать, откуда он приехал, с таким азартом, что жизнь на площади словно остановилась. Все от мала до велика обступили американца и, затаив дыхание, слушали его замысловатые истории про индейцев племени майя, про огромные плантации сахарного тростника, про чернокожих рабов, про палящее солнце и вечное лето, про удивительные свойства табака и обычай индейцев раскуривать Трубку мира.
Цель Сейлора была достигнута – его пригласила на обед хорошенькая мещаночка из числа тех счастливых вдов, которым зажиточные мужья оставляли не только состояние, но и собственное дело.
Эйда с удивлением посмотрела на пажа, принёсшего столь странную весть: Её Светлость маркиза Линкольн просит аудиенции у Её Высочества…
– Ждите здесь, – только и сказала камеристка наследницы, после чего захлопнула перед любопытным мальчишкой дверь и прошла в спальню Ирены.
– Миледи… к Вам желает наведаться Ваша кузина…
Принцесса, сидящая с ногами в кресле у окна и обернувшаяся на звук открывающейся двери, неподдельно удивилась.
– Вероятно, должно было что-то случиться, если она так официально о своём желании докладывает… Пригласи через полчаса.
Эйда сделала книксен и удалилась.
В назначенное время первая леди оказалась в приёмной своей сестры.
– Я удивлена, что ты пожелала видеть меня, – делая шаг навстречу Анжелине, проговорила Ирена, едва они остались одни.
– У меня есть на то свои причины, так же, как когда-то они были
– Я слушаю.
– Твои рыцари. Я хочу говорить о них.
Ирена нахмурилась и сложила руки на груди.
– Я уже узнаю многих в лицо, но продолжаю встречать в самых неожиданных местах. Твои рыцари, несмотря на то, что вошли в орден, не носят отличительных признаков. Это может быть чревато последствиями как для них самих, так и для моих кавалеров.
– Не понимаю, к чему ты клонишь.
– Буквально вчера я встретила одного из них в той кофейне, с которой наш камергер по какой-то непонятной причине решил заключить договор.
– Ты была в «Шоколаде»? – нахмурилась Ирена.
– Была. Разве это запрещено? – повела бровями Анжелина.
– Ты не любишь шоколад, – напомнила ей кузина.
– Всё верно. Но я люблю звон монет. А девица, что открыла заведение, оказалась под защитой не только твоих рыцарей, но ещё и тебя самой.
– Что дурного ты в этом усмотрела?
– Странная связь не даёт мне покоя.
– Я доверяю этой девушке, и придворный кулинар будет получать продукты только после того, как их отсортирует она.
– Странные у Вашего Высочества прихоти, – усмехнулась маркиза и уже развернулась, чтобы уйти к двери, но, на миг замерев, снова повернулась к сестре. – Но это полдела, сестрёнка.
– Я слушаю тебя.
– Сможем ли мы быть уверены в надёжности твоих рыцарей и остальных твоих шпионов настолько, чтобы готовиться к войне с Францией?
Наследница повела бровями:
– Моя дорогая, ты меня с кем-то путаешь? Шпионами богат лишь Тайный совет, которым заправляет твой крёстный отец. Я же не прячу своих симпатий и не скрываю своих последователей.
– Своих последователей я также не оставляю в тени, – отпарировала Анжелина. – Но я говорила с Бекингемским сегодня утром.
Вопрос в глазах принцессы Уэльской заполнил долгую паузу, которую выдержала маркиза.
– Он настроен очень серьёзно. Если Ришельё станет премьер-министром Франции, мы будем готовиться к настоящей войне.
– Это я знаю.
– Тебе придётся почистить свои ряды. Католики среди подданных сегодня – это опасные элементы. И я не хочу, чтобы в рядах наших войск возникло сопротивление.
– Анжелина, ты, так же, как и я, прекрасно понимаешь, что это лишь слова. Никому на самом деле нет дела до того, в какую церковь ходят жители королевства и на каком языке они читают псалмы. Что ты хочешь сказать? Что поведал тебе Бекингемский? Зачем ты здесь?
Первая леди сузила глаза и тихо прошипела:
– Я понимаю, что не важно, кто из нас сейчас провозглашён наследницей английского престола. И ты понимаешь, что у меня в этой стране больший вес и больше сторонников, чем у тебя. Я предлагаю тебе союз на моих условиях. И тогда никаких религиозных распрей в столице не случится.