Шок тьмы
Шрифт:
— Лдокл!
Едва слышный злорадный смех… боль разливается по всему телу.
— На помощь!
Внезапно послышалось разъярённое рычание. Перед глазами полыхнул яркий свет…
— Так неч-ч-ч-честно… — разочарованно прошипели порождения тьмы, отползая в сторону.
На грудь снова навалилась тяжесть, но на этот раз вполне терпимая. Влажный язык лизнул меня в нос.
— Малышка! Как ты сюда попала? Что ты тут делаешь?
Псина не отвечала, радостно лая и прыгая вокруг меня.
— Ристиль!!! — послышался гневный оклик. —
— Привет, Лдокл. — Я нервно рассмеялась. — Ты как раз вовремя.
— Я с трудом выбрался! Если бы не твоя собака… теперь ты понимаешь, как опасны порождения тьмы? Немедленно уходи отсюда!
— Нет.
— Ристиль, прекрати упрямиться! Хоть раз в жизни сделай то, о чём тебя просили — поди вон!
— Нет.
— Я приказываю!
— Нет.
— Ристиль, я твой хозяин и приказываю тебе уходить.
— Ты мне не хозяин и я буду поступать как считаю нужным.
— Тогда я прошу тебя! Ристиль! Умоляю! Здесь опасно.
— Лдокл… оставь. Я не уйду. Я не дам тебе вернуться во тьму. Я не отпущу тебя.
— Это ты оставь. Предоставь меня моей судьбе и… Мне не нужна твоя жалость, Ристиль, любовь моя. Если жалеешь — то уходи. Мне… мне легче будет возвращаться, если я буду знать…
Я с трудом поднялась. Ноги едва меня держали, колени подгибались. Порождения тьмы — это слишком ужасно, чтобы быть реальным. Псина выросла до моего пояса и подошла ко мне, предлагая помощь. Я подошла к демону, опираясь на собаку, как на живой посох.
— Дурак ты, Лдокл. — Я прижалась к нему, с трудом сохраняя равновесие. Демон поспешил меня поддержать. — Я тебя не жалею, я тебя люблю. И всегда любила. Просто ты сделал всё, чтобы этого не случилось.
— Не утешай меня, не надо. Я провожу тебя на выход.
— Нет. Я останусь с тобой.
— Ты не понимаешь, о чём просишь.
— Я останусь с тобой.
Демон тяжело вздохнул и привычным движением погладил меня по голове. Крепче прижал к себе и зарылся лицом в мои волосы.
— Я боялся прикоснуться к тебе на прощание, — шепнул он. — Боялся, что мне снова будет что терять. Зачем ты так… со мной?
— Как?
— Так… жестока.
— Я не…
— Не спорь… молчи… я рад, что ты любишь меня. Ристиль, счастье моё и радость. Я верю, ты будешь очень счастлива.
— С тобой…
— Молчи.
— Я люблю тебя.
— Верю. Молчи.
Мы простояли так, наверное, вечность.
Лдокл прижимал меня к себе так, словно боялся, что я вот-вот испарюсь, а к ногам жалась собака. Она тоже пришла сюда по своей воле, но ей не нравилось во тьме. Внезапно Лдокл отстранил меня.
— Пора.
— Что — пора? — не сразу поняла я. — Нет! Лдокл! Ты туда не пойдёшь.
— Не спорь. Оставайся здесь, раз уж так хочется. Я войду в сердце тьмы и предстану на её суд… можешь дождаться результата.
— Нет! Лдокл! Я не пущу тебя!
— Никто не может обмануть свою стихию, — серьёзно возразил демон и… исчез.
— Лдокл!
Собака
— Жди здесь, — донёсся из ниоткуда голос Лдокла. Я покачала головой, шагнула к лестнице… ощутила толчок, словно меня выталкивало из воды и шлёпнулась на пол рядом с лестницей. Псина тут же подбежала ко мне и устроилась рядом, временами взрыкивая в темноту.
Сердце тьмы не приняло меня… Но чего я здесь дождусь?
Глава 47
Прошла ещё одна вечность. И ещё одна. И ещё десять вечностей. Миллион вечностей прошло, прежде чем на лестнице послышались шаги. Я напряглась, ожидая увидеть нового демона тьмы… который придёт, чтобы занять место Лдокла. Что я ему скажу? Что он скажет мне? Будет ли он благодарен, что я послужила причиной гибели предшественника — или зол на меня за это? Хочу ли я выйти наружу — или остаться здесь навсегда, у места гибели моего возлюбленного?… Я не знала ответов на свои вопросы.
Казалось, за все вечности, проведённые у лестницы в сердце тьмы, я разучилась чувствовать.
— Ристиль, любовь моя! — Странно, голос у него такой же, как у прежнего. — Ристиль! — И он меня знает. — Что ты молчишь? Девочка моя… не узнала?
— Ты… вы…
— Ристиль!
Демон бросился ко мне и легко подхватил на руки. Я внутренне сжалась.
— Ты боишься меня?
— Лдокл?
— Не узнала?
Демон со смехом закружил меня по библиотеке.
— Ты… вернулся? Ты прежний?
— Да.
— Но… почему?
— Тьма отпустила меня.
— А… разве так бывает? Ты знал?
— Нет. Я не знал. Я только очень-очень надеялся, что, раз моя любовь не несчастна, я смогу вернуться, ведь мне есть ради чего жить. Погоди-ка, Ристиль, ты что это — недовольна? Хотела, чтобы я сгинул во тьме навсегда?
С этими словами он поставил меня на пол и разжал объятья.
Собака предостерегающе зарычала.
— С ума сошёл?! Только попробуй! Да я за тобой…
— Всё. Понял. — Лдокл снова прижал меня к себе. — Каюсь и постараюсь исправиться.
— Дурак, — обиделась я. И всё-таки разрыдалась.
Демону тьмы пришлось гладить меня по голове, вспоминать все нежные слова, которые только существуют и клясться, что теперь всё будет хорошо. Он — мы оба выдержали испытание тьмой и теперь обязательно всё будет хорошо. А он дурак. Конечно, он дурак. И подлец, который заставил эти самые красивые в мире глазки плакать.
— Не подлизывайся, — всхлипнула я в последний раз.
— И не думал даже. Я просто очень-очень тебя люблю. И ужасно не хочу, чтобы ты плакала. Ну, скажи, чем мне тебя утешить?