Школа

Григорьев Владимир Васильевич

– Идеально, идеально, - задумчиво отозвался великий изобретатель, думая о своем, но тут же спохватился: - Нет, нет!

Разберутся недетским умом и ребятишкам тайну откроют. Дискредитируют идею, прощай ощущение подлинности. Ни за что!

Он взял аккорд на клавиатуре пульта, и тайга сразу осела, сжухла, будто из стволов вышел сжатый воздух; птеродактиль дернул крылом, точно бритва прошлась по перепонкам, и камнем пошел к земле, а динозавры разом поднялись с насиженных мест и, худея на глазах, плотным стадом побрели к разомкнувшейся стене и тут окончательно сплющились - воздух со свистом вырывался из непомерного чрева великанов.

Через

минуту с торжествовавшей только что фауной и флорой было покончено, площадки стали пусты. Только один звероящер, похудев наполовину, с яростным ревом метался по арене, ища пропавших товарищей его пневматика засорилась в каком-то обратном клапане.

Не оглядываясь, они вышли из пультовой на воздух, к лестнице, ломано падающей к самой земле, и помчались вниз, к стендам, к полигонам, где в сиянии электросварки монтировались неслыханные приключения детей века, где звенела в гаечных ключах последняя профилактика лабораторий и их праотцов, где молча готовились к эксплуатации хозяева истории - Джемс Уатт, Менделеев, Колумб и К°.