Школа любви
Шрифт:
Звонкий голос Фэй заставил Саймона вернуться в реальность. Она хочет знать, все ли с ним в порядке? Конечно, нет. Эти дурацкие мысли!
— Вы что-то хотели? — осведомился он слегка недовольным тоном.
— Я попросила вас ознакомить меня с подробностями дела. — Сквозь толстые линзы очков Фэй устремила на него серьезный взгляд. — Чтобы произвести должное впечатление на клиента, нужно знать основные положения предстоящих переговоров.
— Кстати, можете называть меня просто Саймоном.
Фэй от удивления широко раскрыла глаза, но кивнула.
— Уэстмор
— А в чем дело? — Фэй держала ручку наготове, вероятно собираясь, слово в слово законспектировать рассказ Саймона.
— Несовместимость характеров.
— Это юридический термин. А какова реальная причина? Что мы можем использовать в качестве веских доказательств в суде?
Саймон переменил позу, стараясь при этом случайно не задеть сидящую рядом Фэй Баркли, и вытянул ноги.
— В том и состоит задача нашей поездки — выяснить мельчайшие детали. Мы должны определить, в чем вина его супруги. Потом воспользуемся этим в суде.
— Интересное выражение: «в чем вина его супруги».
— А что такое?
Фэй положила ногу на ногу, и Саймон уставился на ее лодыжки. Вообще-то он никогда не уделял женским ножкам повышенного внимания, но сейчас, сидя рядом с Фэй, с удивлением осознавал, что именно этой частью ее тела очарован более всего. Возможно, потому, что все остальное было тщательно скрыто от его взгляда.
— По вашему мнению, именно миссис Уэстмор виновата в том, что брак распадается, — пояснила Фэй. — А ведь вполне возможно, что причина не в ней. И, если это так, мы будем вынуждены представить в выгодном свете негативные действия и поступки нашего клиента, то есть мистера Уэстмора.
Саймон кивнул.
— Я это и имею в виду. Мы должны защищать его интересы.
— Насколько я помню, вы сказали, что нам необходимо определить ее вину… — Она внезапно умолкла и покачала головой. — Ладно. Это не так важно.
— Я не вижу разницы.
— Не сомневаюсь. — Фэй убрала блокнот и ручку в портфель и закрыла его на замок.
— Уважаемые пассажиры, — раздался из громкоговорителя приветливый голос стюарда, — наш самолет идет на посадку. Просим всех пристегнуть ремни…
Фэй проверила ремень безопасности и отвернулась к иллюминатору. Всем своим видом она давала понять, что не имеет ни малейшего желания продолжать дискуссию. Саймону было не по себе: какая-то пустота и досада не давали покою. В его адрес выразили явное осуждение, а он не мог найти слов в оправдание.
Ощущение того, что Фэй Баркли закрыла ему рот своей последней фразой, угнетало Саймона, и ему было непонятно, почему это так расстраивает его. Во второй раз ей удалось ловко вывести его из состояния равновесия, но теперь он очень хотел, чтобы она изменила мнение. И чтобы проявила хоть немного интереса к его персоне.
Саймону было любопытно узнать, какие мысли витают сейчас в голове мисс Баркли, о чем она думает, как относится к нему. Какие планы строит на предстоящие дни? Наверняка ей не терпится приняться за работу и сосредоточить на ней все
Иметь дело с необычными людьми, сталкиваться с интригующими ситуациями Саймону нравилось. Но решительные действия он предпринимал, только когда видел смысл в дальнейшем развитии событий. А интерес к Фэй Баркли, по-видимому, никогда не превратится в нечто более серьезное, да и ее отношение к нему вряд ли изменится.
Только выйдя из здания аэропорта в Рокгемптоне, Фэй позволила себе рассмотреть Саймона Гарднера. О Боже! В офисе, одетый в деловой костюм, Саймон Гарднер всегда выглядел отлично, а сейчас, одетый в шорты цвета хаки и спортивную рубашку с коротким рукавом он был просто неотразим — ни дать ни взять красавец с рекламного плаката. Мужественные сильные руки, загорелая кожа — Фэй, конечно, не могла видеть этого раньше. Черные волосы Саймона были аккуратно зачесаны назад, выразительные серые глаза скрывались за дорогими солнцезащитными очками. Да, он олицетворял собой мужскую красоту, и рядом с ним Фэй ощущала себя ничтожной замухрышкой.
А вообще-то все это не имеет значения. Ведь она, Фэй Баркли, приехала сюда не для того, чтобы очаровывать Саймона Гарднера. Ее задача — поразить его и Уэстмора компетентностью и умом. Вот только бы справиться, с отказывающимися слушаться мыслями и заставить себя перестать думать о Супермене! Сейчас она должна сконцентрировать все свое внимание на предстоящей работе.
Как же это сложно!
— Очень рад вашему приезду. Как вам здесь нравится?
— Здесь просто потрясающе, — произнес Саймон, поднимаясь с кресла навстречу Роджеру Уэстмору.
— Эрни, дорогой, не мешай мне общаться с гостями, — обратился Уэстмор к крутящейся возле ног собаке.
Аккуратно подстриженный, идеально ухоженный фокстерьер заглядывал хозяину в глаза и повиливал коротким хвостом. Казалось, этот симпатичный пес радуется всему, что его окружает, и готов поделиться дружелюбием и хорошим настроением.
Фэй любила собак. Ужасно милые и добрые, бесконечно преданные, эти животные всегда находили с ней общий язык. Эрни напомнил ей о другом фокстерьере — Монморанси, друге трех джентльменов, путешествующих в лодке. Книгу английского писателя Джерома К. Джерома она прочитала еще в детстве. Вспомнив вдруг о тех далеких днях и о том удовольствии, которое доставило ей чтение веселой, увлекательной книжки, Фэй едва заметно улыбнулась.
— Можете приезжать сюда в любое время, — продолжал басить Уэстмор. — Только помогите мне избавиться от этой курицы, на которой я женат.
Изо всех сил Фэй попыталась сдержать себя, не выдать неприязни, всколыхнувшейся в ней, когда она услышала, как грубо отозвался о своей жене этот самодовольный упитанный тип. О женщине, с которой жил бок о бок несколько лет и которую когда-то, наверное, любил.
— Познакомьтесь с мисс Фэй Баркли. Мисс Баркли одна из наших ведущих специалистов. Фэй, Роджер Уэстмор.