Шкафчик №13
Шрифт:
— Мне обязательно нужно пойти завтра в школу, — сказал я Ханне. — У меня после уроков тренировка по баскетболу.
— Как у тебя идут тренировки? — спросила Ханна.
Я усмехнулся.
— Да неплохо. Пока что от сидения на скамейке заноз не нахватал.
Ханна засмеялась. Я слышал возгласы и заливисты смех в трубке.
— Ну ладно, мне пора! — прокричала она, перекрывая шум. — Мои тут всё ещё празднуют мой выигрыш! Пока!
И она положила трубку, прежде чем я успел что-то сказать.
В
В своём сне, подойдя к нему, я заметил, что кто-то прикрепил клейкой лентой к его двери календарь. Я подошёл ближе и увидел, что пятница, тринадцатое, обведена красным.
Я начал отдирать календарь от дверцы. Но остановился, услышав чьё-то громкое дыхание с хрипом и сопением. Как будто кому-то было трудно дышать.
Я дотронулся до дверцы шкафчика. Она была горячей, как огонь!
Вскрикнув, я отдёрнул руку.
Опять послышалось хриплое дыхание изнутри. А потом я услышал слабый голос: «Пожалуйста… выпустите меня».
Я осознавал, что это сон. Мне хотелось вырваться из него. Но я словно застрял там. Я понимал, что у меня нет выбора. Я должен был открыть дверь шкафчика и посмотреть, кто там.
«Пожалуйста… Я хочу выйти. Выпустите меня!» — просил слабый, испуганный голос.
Даже зная, что это сон, я испытывал сильный страх. Страх, от которого кидает в дрожь, неважно, во сне это или наяву.
Я видел, как моя рука сжала ручку двери. Медленно, очень медленно я потянул дверь на себя.
И в ужасе уставился на скорчившуюся внутри фигуру. Потому что это был я!!!
Да, в шкафчике был я сам — сидел и дрожал всем телом, охватив себя руками. Это был я — и мои глаза начали светиться. Они светили из темноты шкафчика, красные, как огонь.
И когда я смотрел на себя, на эти отвратительные злые глаза, я увидел, что черты моего лица вдруг стали меняться. Из ноздрей начали расти волосы. Густые чёрные пряди спускались из моего носа всё ниже и ниже — до самого дна шкафчика.
Под горящими красными глазами из моего носа так и лезли густые чёрные спутанные жгуты из волос. Они вылезли из шкафчика наружу. Переваливались на пол. И у меня на глазах начали закручиваться вокруг моего тела.
Да. Длинные волосы выползали у меня из носа и змеями обвивались вокруг меня, в ужасе стоящего у шкафчика. Они закручивались, покрывая меня тёплыми колючими волосами, как будто большой лохматой шубой. Потом они начали сжиматься — всё сильнее и сильнее. Вокруг моей груди. Моего лица. Заматывая меня сплошь, как мумию. В мои же кошмарные волосы из носа.
Я проснулся, сжимая в одной руке пластмассовый прозрачный квадратик с четырёхлистным клевером. Серый утренний свет пробивался в окно моей спальни. В комнате было холодно, как в морозилке.
— Люк, что ты там делаешь? В школу
— Сон… — облегчённо выдохнул я.
Хриплый смех вырвался из моего рта. Мои глаза скользнули по комнате. Нормально. Всё нормально.
— Поторопись, Люк! А то правда опоздаешь.
Было так приятно слышать мамин голос.
Я последовал её команде — поторопился. Быстро принял душ, оделся, проглотил завтрак и успел в школу за две минуты до звонка. В коридорах было довольно пусто. Большинство ребят уже разошлись по своим классам.
Я бросил взгляд на часы на кафельной стене. Потом помчался в конец заднего коридора, чтобы закинуть в шкафчик куртку.
Но в нескольких шагах от него я, ахнув, остановился.
Что это там — на двери моего шкафчика № 13?
Я осторожно подошёл поближе. Календарь?
Да.
Кто-то прикрепил к дверце календарь. И… сегодняшнее число — пятница, тринадцатое — было обведено красным.
— Мой сон! — ахнул я.
Этот кошмарный сон. Он начинает сбываться, мелькнула у меня мысль. Вот сейчас я открою дверь, и он сбудется.
Глава VIII
Пятница, тринадцатое
Я уставился на календарь, на обведённую красным цифру 13.
Кошмарный сон вновь прокрутился у меня в голове. Я содрогнулся. Начали чесаться руки и ноги. Я уже почти чувствовал, как отвратительные волосы прикасаются к моей коже.
С яростным воплем я содрал календарь с дверцы и скомкал его в руке.
Теперь я был готов услышать тяжёлое дыхание изнутри. Потом слабый голос — мой голос, умоляющий о том, чтобы меня выпустили.
Но я не стал этого дожидаться.
— Я его не открою, — вслух произнёс я.
Ни за что не позволю, чтобы мой кошмарный сон стал явью.
Я швырнул скомканный листок с календарём на пол. Потом повернулся и побежал в класс. Коридор был пуст. Мои туфли громко простучали по твёрдому полу.
Возьму куртку с собой, решил я. И буду таскать её с собой весь день! Не надо мне открывать этот шкафчик.
Звонок застал меня у дверей класса. Я влетел внутрь. Мистер Перкинс вскинул голову.
— Доброе утро, Люк, — сказал он. — Немного опаздываешь сегодня?
— Немного, — ответил я, с трудом переводя дух.
И, расстёгивая на ходу куртку, двинулся на своё место.
— Если хочешь, я дам тебе время, чтобы пойти повесить куртку в шкафчик, — предложил мистер Перкинс.
— Э-э… нет, не надо. Можно и так, — я опустил рюкзак на пол и плюхнулся на стул. — Я лучше… оставлю её.
Несколько ребят уставились на меня. Кивнув, мистер Перкинс вернулся к своим бумагам.
Сделав глубокий вдох, я откинулся на спинку стула. И потёр семь раз правый рукав своей счастливой рубашки.