Шиноби

Василий

Я медленно прикрыл глаза, соглашаясь с действиями Шисуи.

– Коноха согласна с возвращением Узумаки на родину в Водоворот и тем, что они теперь могут продавать свою продукцию остальным Деревням. Также с заменой Девятихвостого на Семихвостого, – резко произнёс Учиха. – Но с Камня договор для Водопада о нейтральном статусе их Деревни.

– Вас это почти не ослабит! – скривился Цучикаге.

Однако я видел, что старик расслабился. Можно кричать, топать ногами, но воевать они не хотят. Слишком мало прошло лет

с третьей мировой, до сих пор кровоточит память о потерях, следующее поколение ещё слишком молодо. Пусть война и неизбежна просто в силу устройства общества шиноби.

Экономика элементальных стран плохо выдерживает запросы Скрытых Деревень. Чем больше бойцов, тем хуже справляется. Вот и режется каждое поколение со времён основания. Реформировать систему сложно, да и не очень понятно как. Хотя, формально, бойня начнётся от того, что Коноха слишком усиливается, отжимая ресурсы у остальных.

– Зато, даст время вам стать сильнее. Мы же ниндзя, наше кредо – становиться сильнее, принимая новые вызовы, не так ли? – мягко улыбнулась Теруми.

На этот раз в её улыбке нашлось место искренности.

После её слов на пару минут установилась тишина, давая время обдумать ситуацию. Когда Облако и Камень шли на встречу, они собирались давить силой, четыре Деревни против одной. Но всё изменилось прямо в процессе переговоров, оставив их вдвоём. Фактор времени теперь стал ещё важнее, нужно стать значительно сильнее с помощью своих свитков с техниками.

В конце концов, их не так сложно повторить: тут нет никакого «кланового секрета», главное приложить все ресурсы Деревни, как сделали в Конохе. А если собирать чакру не за деньги, как делали мы годами, а принудительно, вроде того, что творили последние две недели, то результаты будут феноменальные.

Даже с природной энергией может что-то получиться, если Орочимару жив. Хотя на разработку рабочей схемы всё равно уйдёт время, и у них нет доступа к водопаду с маслом. А значит к концентрированной природной энергии, которую можно перекачивать через Джирайю, собирающего силу на горе Мьёбоку, в печати остальных пользователей.

Они окажутся вынуждены собирать её своими силами, что долго и сложно. Впрочем, кто знает, что есть у них в закромах, какие техники? Ведь убили же Первого и Второго, а Хаширама считался непревзойдённым по силе. Шисуи говорит, что они опасны, Джирайя считает также, как и Хирузен.

– Давайте обсудим условия работы Узумаки, – нарушил тишину Сасори. – Первым пунктом предлагаю сделать свободный доступ к продукции для всех Деревень, в том числе и покупки печатей за чакру. Вторым – ограничение монополии какой-либо деревни на закупки. Подпунктом – ограничение доступа Конохе на три года. Посмотрите на несчастного Узумаки, его и так выжали до конца.

На мне сошёлся взгляды четверых Каге. Отчасти даже сочувствующие. Я и правда так хреново выгляжу?

– Полгода, –

быстро поправил Казекаге Шисуи.

– Два с половиной, не меньше! – фыркнул Ооноки.

Они пустились в торг, а мне теперь как-то легче дышать, когда всё определено. Наконец-то перестанем пахать без продыху. Без доступа к чакре Конохи нагрузка упадёт многократно. Ну и ладно, даже регенерация Узумаки имеет предел.

Каге сошлись на двух годах, вызвали секретаря, который на красиво оформленном свитке, идеальным почерком, вывел текст договора, после чего он был подписан главами Деревень. Ну и я поставил автограф, куда без этого?

Нарушать договор и делать печати для Конохи в серую не собираюсь. Во-первых, шпионы не спят. А во-вторых? Туман и Песок заплатят больше, для них наша продукция сейчас интереснее. Листу выгоднее вложить ресурсы в своих мастеров печатей. Им проще, они смогут свитки сразу делать. Тентен справится.

– Предлагаю перейти к остальным пунктам повестки, – разорвал короткий миг тишины голос Мифуне. – Дальше у нас нападение на сухогруз со строительной техникой. Пятый Хокаге, вам есть что сказать?

– Это нукенин уважаемой Мизукаге постарался – псих с Обезглавливателем. Мы не успели, охрана порта с того дня сильно усилена.

– Мы готовы прислать своих людей в помощь и предоставить дополнительную информацию о Забузе. Проблемы с поставками нам не нужны, – поморщилась Теруми.

– Хорошо, тогда следующий пункт повестки…

Темы менялись, вспыхивали споры, что-то решали быстро, другое долго обсуждали. После короткого перерыва на обед Каге продолжили говорить, потрясая документами и вспоминая старые грешки. Дошло до того, что под вечер Эй сцепился с Теруми по поводу какого-то мелкого островка в океане, и на этом моменте Мифуне вмешался:

– Предлагаю завершить встречу. Я вижу, вы исчерпали основные темы.

Возражений не последовало, устали все. Старухе Чиё и вовсе принесли кресло, где она, в нарушение протокола, задремала. Но кто скажет плохого? Бабка совершенно легендарная, заслужившая уважение, когда половины собравшихся ещё на свет не появилось.

С трудом удерживая глаза открытыми, я переместил нас троих в Деревню.

– Поздравляю с Семихвостым, – зевнул я, пожимая руку Учихе, прежде чем отправиться домой. – Хорошее приобретение.

Такой же уставший Учиха поморщился:

– С паршивых овец хоть шерсти клок. Да и вообще, Джирайя обо всём договорился.

Сам беловолосый польщённо усмехнулся. Выглядел Жабий Мудрец возмутительно бодро, проспав большую часть встречи в комнате для сопровождающих.

– Ты как, Ясуо-кун, сильно обижен на Коноху? – с хитрой усмешкой поинтересовался бывший наставник.

– Очень, аж спать не смогу, – вырвался у меня ещё один зевок. – Завтра буду на вас кричать и топать ногами. А сегодня? Отдыхать!