Шифр
Шрифт:
Она развернула ноутбук, и все подались ближе. На экране призрачно мерцали фонари и неоновые вывески Эм-стрит. Это был квартал ночных тусовок, в какой-то мере злачный: полно автомобилей и прохожих, последние – на разных стадиях алкогольного опьянения.
Брек щелкнула мышкой, и все автомобили исчезли, как и парившие над ними временные отметки. Остались горожане: одни шагали по тротуарам, попадая в круги света от уличных фонарей, другие перебегали оживленную магистраль, лавируя среди машин-невидимок. Каждого пешехода сопровождала отдельная
– Мы применили фильтр распознавания лиц, чтобы выявить жертву, – попутно рассказывала Брек; от волнения ее южный выговор звучал еще отчетливее. – Увы, за все десять часов она на записях так и не появилась.
– Она и не заходила в этот проулок, – заметила Нина. – Ее туда притащили.
– Мы уже выяснили, что мусор оттуда не вывозили несколько дней, – добавил Уэйд. – А значит, убийца не мог доставить труп на мусоровозе. Как же тогда?
Нина прикинула варианты.
– Вы можете подкорректировать параметры поиска и выделить людей с коробками или тележками? Тех, кто занимается доставкой?
– Конечно. Даже могу убрать остальных, – Брек защелкала клавишами. – Готово!
По непривычно пустому тротуару теперь шагали лишь курьеры. Один из них вдруг запнулся, размахивая руками и крича, а затем поспешил через дорогу. Нина усмехнулась, увидев, как мужчина вертит в воздухе средним пальцем: машину, чуть не сбившую бедолагу, стерла программа, и обычная уличная сценка превратилась в пантомиму.
– А можете оставить только тех курьеров, которые направлялись в клуб «Тройная угроза»? – попросил Кент.
Бледные пальцы Брек запорхали над клавиатурой. Еще больше фигур испарилось. Коллеги испытующе взглянули на экран.
– Вон он! – указала Нина.
Грузный мужчина в темной униформе, заметно прихрамывая, вкатил в клуб тележку с объемистой коробкой. Верхнюю половину лица затенял козырек бейсболки, а рот и подбородок скрывала густая борода. Время ускорилось, а затем снова замедлилось, когда бородач выкатил пустую тележку обратно на улицу, после чего неторопливо заковылял по Эм-стрит, пока не исчез из кадра.
– Где его автомобиль? – спросила Нина.
– Сейчас выясню. – Брек ввела новую команду. – А вот и наш голубчик!
Курьер вразвалку подошел к фургону «Форд Эконолайн», распахнул дверцы кузова и протолкнул тележку внутрь.
Увидев машину, Нина оцепенела.
Мужчина, припадая на одну ногу, доковылял до водительской дверцы, с явным усилием протиснулся в кабину и уехал.
– Какой номер? – оживился Кент.
Брек приблизила кадр.
– Номерного знака нет.
– Дорожные камеры! – взволнованно воскликнул Бакстон. – Проследим за ним!
– Пока у меня есть только записи, снятые в пределах двух километров от места преступления. – Фарфоровые щеки Брек слегка порозовели. – Я увеличу радиус поиска. Теперь, когда известна машина подозреваемого, мы ее отыщем.
Нина напомнила о другой зацепке:
– А можете заодно поискать в базе видеозаписей самого курьера?
– Зависит от того,
– Что-то тут не сходится… – Поразмыслив, Нина нахмурилась. – Человек, который на меня напал, был подтянутым, мускулистым. Как вы. – Она кивнула Кенту. – А мужчина на видео полноват, к тому же хромает на правую ногу.
– Вы не видели его одиннадцать лет, – резонно заметил Уэйд. – С возрастом мужчины перестают походить на аполлонов. Взять, к примеру, меня, – он усмехнулся. – А повредив ногу, тем более забросишь тренировки.
Брек снова развернула ноутбук к себе и застучала по клавишам.
– Я составлю алгоритм его походки и загружу в систему. Если камеры засекут кого-то похожего, сравним, насколько совпадает их хромота.
Сняв очки, Кент поинтересовался:
– Допустим, мне надо обмануть распознаватель лиц. Могу я просто нацепить накладной нос, фальшивую бороду и очки, чтобы сбить систему с толку?
Брек помотала головой.
– Программа работает с костной структурой лица в целом, поэтому подобные фокусы не помогут. Технологии так просто не проведешь.
– И все же возможность существует? Косметические импланты, пластическая хирургия…
– Теоретически да, – сердито ответила Брек.
– По крайней мере, у нас есть годная зацепка, – прервал отвлеченную дискуссию Бакстон. – Агент Брек с этим разберется. А пока давайте составим психологический портрет подозреваемого.
Нина навострила уши. Именно этой части собрания она ждала больше всего. Пусть репутация Джеффри Уэйда и пострадала, он по-прежнему считался самым опытным «охотником за разумом» в ФБР. Препарировать психику нелюдей ему было не впервой.
– Все сводится к мотиву, – начал Уэйд. – Поведение субъекта отражает особенности его характера, которые, в свою очередь, сводятся к определенным закономерностям – паттернам. Они дают нам понять, что именно движет преступником. – Профайлер сложил пальцы домиком. – Наш убийца действует методично. Он специально выбрал в жертвы Софию, дабы вовлечь в расследование Герреру. Судя по записке, он четко связал нынешнее преступление с тем, что пытался совершить одиннадцать лет назад. Исполнил давнее желание. Отсюда напрашивается вывод: убийца вышел на охоту после того, как посмотрел запись с участием Герреры.
Кент нахмурился.
– Хотите сказать, решающим толчком стал видеоролик?
– Это самая логичная версия. Убийцы могут долго фантазировать о расправе, ничего при этом не предпринимая. Обычно их побуждают к действию внешние факторы или стечение обстоятельств. – Уэйд взглянул на Нину. – Когда он увидел вас впервые за долгие годы, наверняка пришел в ярость.
Нина решила, что Уэйд так подробно все расписывает ради нее – и, возможно, агента Брек. Сотрудница киберотдела, как и Нина, не имела опыта в профайлинге, поэтому объяснения пришлись кстати.