Шифр Магдалины
Шрифт:
«Черт возьми! — подумал Данфи. — Канарские острова… Тенерифе… Яйца профессора…»
Какой-то спазм сжал ему внутренности, отпустил и сжал снова. И все уже известно Би-би-си.
Он окинул взглядом комнату. Это было помещение на третьем этаже в доме без лифта — жалкий редут посреди грязи Миллбэнка. Но оно ему нравилось. Вид из окна в каплях дождя — мрачный и гнетущий: кирпичная стена, кусок серого неба, ветхая и выцветшая реклама сигарет «Ротманс».
Данфи бросил курить примерно год назад, но в верхнем ящике стола, как ему было прекрасно известно, лежала старенькая
Пока причин для паники нет, рассуждал Данфи. Если взглянуть на все объективно, то он всего лишь оплатил Томми услуги по установке на телефон профессора устройства «Инфинити». Все было сделано отлично, и передатчик работал без сбоев больше месяца. По всей вероятности, Томми не лжет, и профессора действительно убили, но нет никаких оснований полагать, что его смерть каким-то образом связана с тем, что Данфи прослушивал его телефон. Совершенно очевидно, что произошло какое-то чудовищное совпадение.
Неприятно, да, но…
Подобные.
Вещи.
Случаются.
Только вот — и Данфи это прекрасно знал — в Англии-то они не случаются, но если все-таки и случаются, то совсем не так. Если бы с профессором расправились профессионалы, из САС, например, или чего-то подобного, они бы всадили ему две пули в затылок и одну в грудь и на сем закончили. Но если Томми говорит правду и беднягу кастрировали, значит, преступление совершено на сексуальной почве.
Несколько минут он просто смотрел, как копоть, смытая дождем, стекает по оконному стеклу, но тут телефон зазвонил во второй раз, и Данфи вновь сжался в комок. Ему очень не хотелось поднимать трубку. Желудок превратился в маленький шарик, медленно наполнявшийся воздухом и поднимавшийся вверх, к горлу. Телефон продолжал истошно визжать. Наконец Данфи все-таки поднял трубку и мгновение держал ее перед собой, словно пойманную гадюку.
— Алло? — Он услышал характерный звук «бип-бип-бип-бип» телефона-автомата, затем звон падающих монет и… — Уезжай!
Карри, решил Джек, хотя и с трудом узнал его по голосу, который, как показалось Данфи, доходил до него в какие-то короткие промежутки между приступами удушья.
— Уезжай! Домой! Немедленно! Ты. Меня. Понял?
Боже, подумал Данфи, он звонит с платного телефона, накрыв микрофон носовым платком.
— Мне кажется, нам нужно поговорить, — сказал Джек.
— Уезжай домой!
— Куда домой?
— К себе домой.
— Что?!
— Сворачивайся. И немедленно. Никаких сборов и визитов на квартиру. Через полчаса там будет группа по уборке. Через пару дней они перешлют твои вещи.
Данфи был потрясен.
— Но сегодня суббота, — попытался возразить он. — На мне спортивный костюм! У меня при себе даже нет паспорта. Как же я…
— Ты что, не слышал новости? Я про эти их долбаные «Новости в десять»!
— Да… кое-что… Я хочу сказать… мне только что позвонил мой друг-ирландец и… Джесси, у меня есть личная жизнь! Ради Бога! Я не могу
— Считалось, что ты закончил работу!
— Мы на самом деле ее закончили. То есть он закончил… мой человек. Я велел ему отправиться туда… Как раз позавчера.
— Они нашли устройство.
— Что?!
— Я сказал, полиция нашла устройство. — Наступила пауза. — Послушай, дружище. Определенные люди… в полиции… пытаются… даже в данный момент… когда мы разговариваем… установить, кому принадлежит устройство. Они наводят справки, и, как мне кажется, они уже заполучили имя. Ты понимаешь, о чем я толкую?
— Конечно.
— В таком случае ответь мне, сколько времени потребуется МИ-5 на то, чтобы отыскать твоего гребаного ирландца, а затем через него выйти на тебя? День? Два?
— Они его не найдут. Он уже покинул страну.
— Прекрасно. А теперь я хочу, чтобы то же самое сделал и ты. Не возвращайся на квартиру. Садись на первый самолет.
— Но как, черт возьми?! Сколько повторять, у меня при себе нет даже бумажника! Я добежал до офиса трусцой.
— У меня есть курьер в зале ожидания для прилетающих. Терминал № 3. У него в руке будет картонный знак. — Карри замолчал, и Данфи показалось, что в голове у него закрутились колеса. — Там будет написано «Мистер Торбитт». Найди его.
— И что потом?
— У него будет все, что тебе нужно: паспорт…
— Деньги…
— …билет в Штаты и чемодан с одеждой. Возможно, это будет его собственная одежда.
— С какой стати я должен надевать чужую одежду?
— Когда в последний раз ты видел человека, пересекающего Атлантику без чемодана?
— Послушай, Джесси…
Бип-бип-бип. Телефон-автомат запросил следующую монетку.
— Поезжай домой!
— Послушай, мне кажется, это не самая лучшая идея.
Бип-бип.
— Делай, что тебе сказано.
— Но…
Бип-бип.
— У меня заканчивается мелочь.
На противоположном конце провода послышалось какое-то громыхание, сдавленные проклятия, отдаленная мелодия, и все завершилось гробовым молчанием.
Данфи откинулся на спинку кресла, голова у него шла кругом. Он глубоко затянулся, на мгновение задержал дым в легких, а затем тяжело выдохнул. Наклонившись вперед, погасил сигарету в пепельнице и уставился на стену.
«Не возвращайся на квартиру. Через полчаса там будет группа по уборке помещения… А как же Клементина? Возможно, она все еще спит. Они что, и ее вывезут вместе с грязным бельем?»
Джек рванулся к телефону, набрал свой номер и стал ждать. Раздались долгие шумные гудки, прерываемые длинными промежутками потрескивающей тишины. Через минуту, которая, как ему показалось, длилась больше часа, он повесил трубку, решив, что Клементина ушла к себе. Может быть, позвонить ей?
Джек покачал головой, пробормотав, что Клементина слишком важна для него, чтобы вопрос с ней можно было решать на ходу. В любом случае операция разваливалась, и замести следы он должен сам, не перепоручая это никаким посторонним лицам. В конце концов, он сам способен убрать за собой квартиру и позаботиться о своих вещах.