Шестнадцать

Чиж-Литаш Анна

Сегодня Алена не думала о сестре. Все ее мысли были поглощены школой.

«А вдруг я им не понравлюсь?», — размышляла она, быстро шагая по старым дворам столицы.

Ее юная голова была переполнена образами и мечтами, страхами и отчаянием перед новой жизнью. Казалось, что она видит лица одноклассников, пристально разглядывающих ее. Иногда по ним проскальзывали злые усмешки, порой они громко смеялись, а когда она проходила мимо, перешептывались между собой, бросая ей вслед пустые взгляды, в которых на самом деле таилась тысяча чертей.

Алена

остановилась посреди улицы, чувствовала, что с каждым шагом становится все тяжелее дышать. Оглядевшись по сторонам и убедившись, что никого вокруг нет, она быстро сбросила мокасины и сняла белые гольфы. Обув назад туфли, спрятала гольфы в сумку.

— Так будет лучше, — сказала она.

Солнце лениво грело землю. Оно знало, что лето, накануне собрав чемодан, покачиваясь в поезде Минск-Стамбул, отправляется на юг. Сентябрь, словно по часам, вступил в свои законные владения, вывесив на небо несколько грязных туч, из которых слезами обиды плакал дождь. Слезы были редкими, но тяжелыми. От каждой капли Алена вздрагивала, так как крупные горошины больно падали на блузку, пронзая тонкую кожу.

Старые пятиэтажки также угрюмо наблюдали за худенькой школьницей. Распахнув свои морщинистые веки, они пристально следили за каждым движением девчонки. Ветер вовремя выходил на сцену, играя свою роль в этом печальном дне: подхватив облезлые простыни, вывешенные на незастекленных балконах, он резко выбрасывал их на улицу.

Она невольно ежилась, то ли от холода, то ли от волнения. Аккуратно огибала коряво посаженные клумбы возле подъездов, разукрашенные камни и низкие с облупившейся краской декоративные заборчики, сделанные из попавшихся под руку палок и досок.

Алена, вынырнув из лабиринта серых хрущевок, оказалась на длинной аллее, ведущей прямо к школе. Вдоль дорожки находилось несколько школ. Проходя мимо зданий, впивалась взглядом в незнакомых ребят, которые, заприметив друг друга, бежали со всех ног и обнимались после долгой трехмесячной разлуки. Девушка тяжело вздохнула, вспоминая своих школьных товарищей, с которыми рассталась всего три месяца назад. В маленьком приграничном городе все знали друг друга, а здесь чувствовала себя чужой, никому не нужной. Она боялась потока людей на проспектах, боялась заходить в красивые большие магазины и закрывала от страха глаза каждый раз, когда спускалась в метро. На самом деле ездила подземкой всего три раза. И все три показались ей самым ужасным событием в жизни.

«А вдруг поезд не успеет остановиться?» — думала она, еще крепче сжимая поручень в вагоне.

Она резко остановилась посреди дороги. Идущие сзади мальчишки врезались ей в спину.

— Эй, белобрысая! Что встала как вкопанная? — черноволосый парень с большим рюкзаком за спиной толкнул ее в плечо.

Алена испуганно смотрела на незнакомца, потеряв дар речи.

«А вдруг они спросят, каталась ли я в метро? А я отвечу — да! А они снова спросят — сколько раз? Честно скажу — три! Они наверняка

переглянутся и, выдержав секундную паузу, громко рассмеются, тыкая в меня пальцем».

Алена тяжело задышала.

«Или еще хуже! — она прикрыла рот ладонью. — Предложат покататься на метро и увидят, как мне страшно».

Девушка потрясла головой, прогоняя глупые мысли.

«Я привыкну. И не буду бояться. Уверена, первое время всем страшно. Главное, не показывать вида».

Алена посмотрела на часы и, громко вскрикнув, испугав проходящую мимо старушку с сумкой на колесах, галопом помчалась по зеленой аллее.

Оказавшись в холле, Алена остановилась и отдышалась. Подняла глаза и посмотрела по сторонам. Дети сновали из стороны в сторону, не обращая внимания на новую ученицу. Подошла к зеркалу и, поправив волосы и одежду, она направилась в сторону лестницы.

Класс располагался на втором этаже. Просторный, светлый, с большими окнами, облаченными в старые деревянные рамы. Внутри было чисто и скромно, ничего лишнего. Деревянные парты и стулья, дешевые обои в мелкий розовый цветочек и многочисленные горшки с цветами, расставленные по всему помещению.

Алена робко переступила порог класса и растерянно посмотрела на ребят. Мысленно не раз репетировала этот момент, представляя, как громко здоровается или тихо поднимает руку и садится на свое место.

— Всем привет! — проглатывая буквы, сказала она. — Я — Алена, — небрежно махнула рукой, которая от страха налилась свинцом, и обвела глазами класс.

— Привет! — девчачий голос зазвенел в тишине.

Алена посмотрела на белокурую девушку, чьи волосы были убиты перекисью и тонкими нитями спускались по плечам. Та улыбалась, демонстрируя аккуратные белые зубы. Она продолжала настороженно разглядывать собеседницу, ища подвох в ее реплике. Но глаза незнакомки сияли, а лицо было открытым.

— Ну, чего замерла? Чеши сюда, — кивнула головой в сторону соседней парты.

Алена сняла сумку с плеча и подошла к парте, где было свободное место. Черноволосая девушка с интересом рассматривала новую соседку.

— Садись уже, — резко потянула новенькую за руку. — Итак, — сказала она, — я — Катя. Это… — показала пальцем в сторону блондинки, — Таня. А эта страшная девица — Карина.

— Рот закрой, — Карина резко наклонилась над Катей и отвесила подзатыльник.

Алена с удивлением наблюдала за одноклассницами.

— Ты свой тоннель закроешь раз и навсегда, если еще раз пальцем меня тронешь. — Катя поправила жирные волосы, которые от удара небрежно упали на лицо.

— Так, обе завалили рты! — вытаращив глаза, крикнула Таня. — Давайте новенькую послушаем, — она откинулась на спинку стула и, сложив руки на груди, внимательно посмотрела на Алену.

Девушка была растеряна, не знала, как себя вести и реагировать на их реплики. Никогда не разговаривала с подругами подобным тоном, поэтому сейчас с ужасом наблюдала за перебранкой.