Шестипалая
Шрифт:
— Очень рекомендую вам это сделать, — сказал мистер Хадсон.
Адвокат вопросительно посмотрел на Смита, а тот в ответ молча кивнул.
— Вам, сэр, следует знать, что пришло время, когда никакой помощи от вас нам уже не требуется, — подчеркнуто вежливо произнес Блисс. — Мы не дети, чтобы выслушивать чьи-то нравоучения. Мы уже в состоянии действовать самостоятельно, следуя своим целям. Мы весьма благодарны вам за ту поддержку, которую вы до сих пор нам оказывали. Но теперь мы можем обойтись и без нее. Скажу вам откровенно: мы, сэр, исполнять ваши указания больше не будем.
Бледная щека
Переведя взгляд на Смита, он спросил:
— Это так, Джефферсон?
— Извините, мистер Хадсон, — произнес тот в ответ.
— Ну, хорошо, — сказал старик, и на его губах заиграла улыбка. — Итак, вам от меня больше ничего не нужно. Я правильно вас понял?
— Я знаю, о чем вы думаете, сэр, — оставаясь подчеркнуто вежливым, сказал Блисс. — Вы думаете о том, что, перестав жертвовать на нужды больницы, библиотеки и на развитие предпринимательства, вызовете скандал в масштабе всего Гленвью. Но нас это никак не заденет. Мы…
— Заткнись, Джо! — прервал его Смит.
Улыбка на лице мистера Хадсона стала еще шире.
— Мне пора спать, — сказал он. — Спокойной ночи, джентльмены.
Старик круто развернулся и в сопровождении меня и Джерико вышел на улицу.
Возле нашего пикапа я увидел старый «роллс-ройс» с Кингстоном за рулем. Хадсон остановился и, обернувшись к нам, сказал:
— Я думаю, мне следует поговорить с Энжелой. Пусть она знает, что я к событиям этой ночи никакого отношения не имею. Кроме того, мне хотелось бы самому взглянуть на тот злополучный сарай. Джентльмены, я могу поехать в вашей машине?
— Да, конечно, мистер Хадсон, — ответил Джерико.
— Тогда, будьте добры, скажите Кингстону, что мы едем к Энжеле. Пусть он следует за нами.
Я передал шоферу распоряжение мистера Хадсона и сел на заднее сиденье, после чего мы тронулись в путь в сторону горы Гленвью.
— Врасплох они вас своими речами явно не застали, — заметил старику Джерико.
— Но я не собираюсь запираться в кабинете и пускать пулю в лоб, — ответил мистер Хадсон. — Вас они ничем не удивили?
— Вы имеете в виду их готовность обходиться без вашей поддержки?
— О ваших финансовых делах, мистер Джерико, мне ничего не известно, но о том, как обращаются с деньгами Джефф Смит, Джо Блисс и остальные, я прекрасно знаю. Они привыкли ежегодно тратить по миллиону долларов на нужды «А.И.А.» и будут это делать даже после моей смерти. Остановиться они уже не могут. Поэтому мне не понятно, почему перспектива остаться без этих средств их нисколько не испугала. Как вы думаете?
— Возможно, они нашли себе нового спонсора? — повернувшись вполоборота к Хадсону, произнес Джерико.
— Так или иначе, но деньги они где-то нашли. Поэтому и держались так независимо. Интересно, кто их теперь будет спонсировать?
Джерико молча вел машину, пока мы не достигли подножья холма.
— Мистер Хадсон, кто вам рассказал о готовящемся представлении? Джо Блисс? — спросил он.
— Да.
— Видимо, он не жалел красок, раз вы тут же приехали.
— Он сказал, что если мы сразу же не приедем,
— Вчера им требовалась ваша санкция, а сегодня вы им уже не нужны, — объяснил Джерико. — Это наводит меня на кое-какие мысли.
Старик повернулся к Джерико и, прищурив глаза, спросил:
— Мысли о том, что они за последние двадцать четыре часа сильно разбогатели?
— Да, именно так, — ответил Джерико.
— Но в Гленвью нет никого, кто бы располагал такими средствами, как у меня, кроме Энжелы, — сказал Хадсон.
Джерико искоса взглянул на старика.
— Она и в самом деле такая богатая? — осведомился он.
— Моя сестра, ее бабушка, и я вместе вели дела. Я имею в виду финансовые, — ответил Хадсон. — Я вкладывал ее и свои деньги в одни и те же проекты. После смерти сестры я стал осуществлять контроль над всей недвижимостью, которую она оставила своей дочери, матери Энжелы. И сейчас, когда вся эта собственность перешла к Энжеле, я продолжаю это делать. Так что если каждый из нас обратит свои капиталы в золотые слитки, количество их получится одинаковым. Да, Энжела способна обеспечивать Гленвью, как я, но поверить, что она могла предложить свою помощь Джеффу Смиту…
— Именно к чему-то подобному я и веду, — сказал Джерико.
— Это было бы мне во много раз тяжелее, чем просто получить отставку, — сказал мистер Хадсон и, задумавшись, прищурил глаза. — Да, вот Блисс долгое время вился возле нее, как кобель вокруг сучки. Возможно, ему удалось убедить Энжелу стать их спонсором. Она женщина молодая, ей нужен мужчина. Короче говоря, она могла сделать ему такой подарок.
— А вот на этот счет у меня большие сомнения, — возразил Джерико. — Дело в том, что сегодня я стал свидетелем их последнего разговора. Энжела порвала с ним.
— Рад это слышать, — сказал мистер Хадсон. — Джо — хороший юрист, но чертовски честолюбив. Не хотел бы я, чтобы он стал моим родственником.
Мы миновали каменные ворота и поехали по петлявшей среди берез асфальтовой дороге. Позади нас светились фары старого «роллс-ройса».
— Итак, в Гленвью вновь тишь и благодать, — сердито произнес Джерико. — Тейера никто не заподозрит в умышленном убийстве Краули, а виновных в смерти Линды, поскольку та сама наложила на себя руки, естественно, нет. Того, что хранилось и так тщательно охранялось в сарае, уверяю вас, там уже нет. Ваши разговоры о морали и дисциплине, мистер Хадсон, их стали утомлять. И все потому, что они почувствовали запах денег! Игра, которую вы вели, по их мнению, закончилась, и вы в ней проиграли.
Старик слушал Джерико поджав губы.
— У нас с вами, Джерико, разные взгляды на жизнь, — произнес он. — Я верю в то, что мы обязаны сами защитить наше общество от анархии и произвола экстремистов, защитить собственность, поскольку полицейские уже не способны это сделать, — действующие в нашей стране законы связывают их по рукам и ногам. Но я заверяю вас, что не отступлю ни на шаг от этих целей. Меня, мистер Джерико, использовали, и я хотел бы знать для чего. Я не тот человек, чтобы служить кому-то дойной коровой, и не хочу, чтобы те, кто причинил мне зло, остались безнаказанными. Как бы мне хотелось видеть в вас, мистер Джерико, своего сторонника.