Шериф
Шрифт:
Пинок, и камень ломается, позволяя мне подхватит Николая. Громко и обеспокоенно лает Ракета. Несколько пуль разбиваются о моё лицо. Об Эгиду, вспыхнувшую на их пути.
Почти не глядя, я кладу выстрелы в цель, и три оставшихся хитрожопых ублюдка, засевших в ста метрах от нас, перестают существовать.
— Сейчас! Сейчас! — вздрогнув от моей стрельбы, торопливо кричит девушка.
Она выбегает на улицу и скользит по гравию, падая рядом. В её руках подрагивает регенеративный инъектор, потому что сами её конечности ходят ходуном.
Переглянувшись с Нако, мы синхронно
— Слышь, Затоичи херов, — скороговоркой бросаю я, — если вздумаешь помереть, я на твоей могиле буду разливать дрянное безалкогольное пиво!
Тай едва заметно улыбается.
Его дыхание прерывается одновременно с тем, как полицейская колет Николая шприцем.
Глава 18
Тот вздрагивает всем телом, как от удара дефибриллятором. Конечности разлетаются в стороны. Бледное лицо долгие несколько секунд напоминает восковую маску, а потом… я улавливаю еле слышный вдох.
Грудь Николая поднимается и опускается. Его лёгкие начинают работать. Насколько это возможно для человека со сквозной дырой в груди. Чудо вообще, что сердце не задело.
Ужасная рана по-прежнему дико кровит. Под мечником уже скопилась настоящая лужа. И самое главное, отверстие не зарастает. Я вижу какое-то шевеление внутри его туловища. Какие-то попытки мышечных волокон соединиться, сплестись вновь. Однако это больше напоминает бессмысленные трепыхания, чем исцеление смертельно раненного человека.
— Слишком слабая ступень, — с болезненным осознанием выдыхаю я.
— Мой Магазин ещё не откатился! — голос Нако дёргается.
Магазин. Наступили новые сутки! У меня есть аркана! Лишь бы больше врагов поблизости не осталось.
— Я сейчас, — бросаю, активируя иконку, и ныряю в портал.
Меня захлёстывает желание бежать, срочно, быстрее! Ещё и мотивчик какой-то неуместный играет, мешая сфокусироваться.
? Dom-dom dom-dom dom-de-doo-be
Dom dom dom dom dom dom-de-doo-be[1] ?
Однако я торможу себя огромным усилием. Буквально замираю перед прилавком Такирама, чтобы привести мысли в порядок. Время здесь не идёт, а спешка никак не поможет Николаю. Мне нужно успокоиться и купить именно то, сможет его спасти.
— Рад вас видеть, Мистер Егерь, — окликает меня коммерсант. — Что-то случилось? На вас лица нет.
— Таки, мой товарищ прямо сейчас лежит при смерти.
— Мне жаль это слышать, — вежливо отзывается шестирукий торговец.
— У него сквозная дыра в груди. Задето лёгкое. Огромная кровопотеря. Мы использовали регенеративный инъектор ступени Е, но тот не помог.
— Учитывая характер описываемых повреждений, это не мудрено.
— Что-то ещё можно сделать?
— Безусловно. Вопрос лишь в правильном подборе медикаментозных препаратов. Тут гарантированно подошёл бы инъектор ступени С, но, боюсь, эта категория пока недоступна для вас.
— Ступени D не хватит?
— Не скажу вам со стопроцентной уверенностью, поскольку не могу осмотреть раненого.
— Тебе виднее. Сколько с меня?
— Минуту, 6 160 единиц за инъектор, 5 725 единиц за комплекс и 6 490 за кровь. Суммарно, 18 375 единиц арканы. Что-то ещё?
— Пробей не один, а два инъектора. Возьму про запас.
— Безусловно.
Из Магазина я вылетаю на полной скорости и в один шаг оказываюсь подле Тая. Упав рядом, раскладываю покупки.
— Подсоединяй пакет с кровью, — отрывисто командую полицейской.
Не отвлекаясь на дурацкие вопросы, она принимается за дело. Я тем временем ищу вену на руке Николая. Контейнер размером с небольшую шкатулку готов вытряхнуть своё содержимое — комплекс питательных компонентов для ремонта повреждённого тела.
— В артерию! — с напором кричит Нако. — Вены спали, ты их сейчас не найдёшь!
Она уже закончила со своей частью и, выхватив у меня ларец, умело подключает его к плечу Тая.
Я сразу же втыкаю регенеративный шприц прямо рядом с раной.
Не приходя в сознание, Тай еле слышно кричит от боли и начинает дёргаться. Приходится налечь ему на плечи и зафиксировать тело. Ужасная дыра с влажным чавканьем заполняется биологической материей. Хрустят отрастающие рёбра, шипит щедро вливающаяся в него кровь, мышцы и сухожилия восстанавливаются прямо на глазах. Зрелище настолько же мерзкое, насколько завораживающее.
Процесс занимает несколько минут, и в результате на земле остаётся лежать мечник без единого повреждения, зато в рваной куртке. Он дышит мерно и глубоко. Возвращается румянец вместо смертельной белизны.
— Фууух, — я откидываюсь назад и вытираю лицо тыльной стороной ладони.
Ракета, как чувствующий, что нас было нельзя беспокоить до этого момента, приваливается ко мне всей тушкой и закидывает голову на плечо. Механически я начинаю чесать его и лезу в карман за сигаретами.
— Прошли по краю, — шелестит Накомис, оттирая перепачканные в крови руки.
— Да, — отзываюсь я, втягивая в себя дым. — Нам невероятно повезло. Твоя помощь, Ракеты… Если бы мы действовали чуть менее слажено, все бы здесь и остались.
— По крайней мере, — вздыхает девушка, — мы сможем теперь спасти этих людей.
— По крайней мере, — хмыкаю я, — мы завалили, мать его, Квазара. А значит, у тех ушлёпков, которые выбрали Самеди, осталось на одного Кваза меньше. А кроме того, нам досталась куча трофеев.
— Иногда я смотрю на тебя и думаю: “В текущих обстоятельствах он вполне сойдёт за настоящего героя”, — отвлечённо тянет Нако.