Шериф (СИ)

Ильин Владимир Алексеевич

На него хмуро посмотрел здоровый мужик со сломанным носом.

— Я ваш фанат! — робко добавил парень, — Вы ведь известный актер из кинофильма "Жестокий убийца эльфов"?

Мужик смутился и отрицательно покачал головой.

— Ну и Слава Богу, — выдохнул Лео, разворачиваясь обратно и прижимая букет к груди.

— Вам помочь? — рядом остановилась дородная стюардесса в форменной одежде.

— Нет-нет, спасибо, все очень хорошо, я еще жив, это не долго, но пока все хорошо! — выпалил Лео, осознал что сказал, и стукнул себя по губам.

— Значит, вы говорите

водки, — утвердительно кивнула женщина и набулькала половину стакана для сока.

— Вы не знаете, где здесь на борту можно докупить еще один цветок? — прострочил Лео до того, как окунуть внутрь прозрачную жидкость.

— Так вы выкиньте один! — с недоумением посоветовала стюардесса и ловко выхватила один цветок из букета, — К жене едете?

— Нет, то есть да! То есть, пока нет, но потом сразу да!

— А-а, рожает? — понимающим голосом произнесла женщина.

— Нет! То есть, пока нет, но потом сразу да! Вернее — я не против, а ее мнение еще не спрашивал, но скорее тоже да, чем нет.

— Ага, — зависла стюард, пытаясь расшифровать фразу, — Тогда возьмите еще водки.

— Нет-нет, я не пью, — робко воспротивился Лео, отгораживаясь от внешнего мира веником из цветков.

— Поздравляю, братишка, — произнесла голова того самого мужика над креслом, — Садись ко мне, перетрем за жизнь, я вот тоже психовал, когда Манька рожала.

Лео посмотрел на квадратный подбородок и дугу из золотых фикс над головой и принял верное решение. — А давайте водку.

Мозг понял намек и перевел тело в спящий режим.

Стюардесса, в очередной раз пройдя мимо, понимающе улыбнулась, укрыла молодого студента пледом и опустила спинку кресла, устраивая его поудобнее.

Следующее пробуждение казалось продолжением сна. Была нотка сюрреализма в тусклом красном освещении, громких резких голосах, неизвестном языке и цветках на его груди — букет он продолжал прижимать все это время.

— Этого почему не убрали? — гаркнул голос рядом. Лео тут же прикрыл глаза, — Всех гоните в хвост самолета!

— Труп перевозят, смотри — тело накрыли и цветы сверху, — оправдывался второй голос, — Ближе нагнись — зеленый весь и пахнет!

Лео оскорбился и чуть было не стал возражать — спирт бурлил кровь, указывая возразить, что серость из-за частого погружения в вирткапсулу, а пахнет батин одеколон "Тройной" — он же все таки джентльмен и едет на свидание!

— Что с экипажем? — прогудел третий голос.

— Заперлись у себя, дверь ломать придется.

— Так ломайте! Мне нужна связь с землей. Пригрозите убить заложников.

Лео разложил факты по полочкам. Первое — единственные террористы в Беларуси, это колорадские жуки. Второе — если он не долетит до Питера, Тасья его убьет. Но если он не долетит до Питера, его убьют эти странные мужики. Значит, он условно бессмертен, потому что все равно труп. Третье — он явно спит, потому что такого бреда просто не бывает! Вывод: чтобы сон не превратился в кошмар, надо им управлять! А значит, рейджер кроны материнского дерева вступает в бой!

Лео приоткрыл глаза — рядом с ним оставался низенький мужик, остальные ушли в нос воздушного корабля.

С его позиции была видна только широкая спина, но можно было предположить наличие либо оружия, либо ножа, либо бомбы.

Лео использовал умение "Полет ветра", включил пассивные скиллы на уклонение, увеличение точности и критической атаки и попытался мысленно достать свой боевой кинжал. Кинжал не доставался, что сильно расстроило. В руках был бокал и цветы — тоже неплохо — обрадовался Лео.

— Вы не подскажете, как пройти в библиотеку? — робко постучал он преступника по плечу.

Мужик подпрыгнул, осознал, КТО его спросил, и медленно обернулся к трупу лицом. Рот раскрылся, предвещая крик — серый ужас смотрел на него красными глазами — и тут же получил охапку острых стеблей в рот. Правая его рука выпустила опасную бритву и вместе с левой попыталась выдернуть инородное нечто. Преступник застонал — шипы надежно удерживали стебли роз внутри, зацепившись за щеку.

— А вот и кинжал! — умертвие подхватило лезвие с пола и с любовью посмотрелось в отражение отточенной полоски металла. — Сдавайся, каналья! — острие было приставлено к шее захватчика. Мужик дрогнул и поднял руки. Веник из роз оставался в его рту и опасно накренился вниз, вызвав очередной стон.

— Руки назад! — зомби располосовало свое покрывало на лоскуты и связало ими мужика по рукам и ногам. Над полом в проходе меж рядов гордо возвышался букет роз, обозначая место первой победы.

— Гоу некст, — довольно осмотрел этот эпизод сна Лео и направился дальше.

Лео всегда считал поведение киношных героев полным бредом, и, как бы не тянула его страсть к приключениям, предпочел в первую очередь освободить людей. Он включил "теневую походку", чтобы его не было видно, и стал красться по стенке самолета, перешагивая через ряды. Салон старенького самолета был одноуровневым и делился на секции по комфорту пребывания пассажиров. Сам Лео пребывал в бизнес классе, так что пройти ему было нужно еще два коридора, разделенных друг от друга переходом с занавеской. В следующей секции не было никого. Лео выключил "точность", чтобы не тратить ману, и замер перед входом в эконом-класс. Если захватчики не увели людей в технические секции, то они все должны быть именно здесь. Тихое перешептывание и громкий визгливый голос, призывающий заткнуться, поддерживал его мысли.

"- Длань материнского дерева!" — активировал он особое умение своего класса, дарующее двадцать секунд неуязвимости, и ворвался в салон.

Сразу перед ним была спина — бекстаб! Кинжал не смог войти в тело, только кольнув уже поворачивающегося противника. Смертельный удар! И лезвие добавляет вторую улыбку под подбородком, а храбрый эльф уже несется дальше. Второй противник уже поднимает пистолет — навстречу ему с фразой "лови!" летит бокал. Противник теряет драгоценные секунды в растерянности — мастер боев уже рядом! "Переключение цели", "Песочный взрыв", удар в пах и в довершении "шелест клинков" — сверхсложный прием, отработанный за месяцы тренировок. Леонид недовольно посмотрел на испачканную одежду — такого реализма он в своем сне не хотел.