Шепот ветра
Шрифт:
— Бедная девочка, — сокрушался он. — Какое ужасное происшествие случилось с ней после смерти ее родителей! Но теперь она с нами, и мы позаботимся о ней, — закончил он.
Сара улыбнулась. Она задумалась о том, чем занимается сейчас настоящая Амелия. Что бы ни делала Амелия, Сара была уверена в одном — их положение сейчас совершенно противоположное. Размышления об Амелии заставили Сару вспомнить о бедняжке Люси, которая наслаждалась своей жизнью, пока корабль не налетел на риф, и эгоизм Амелии лишил ее шанса выжить.
— Ты заслужила то, чего заслуживаешь, Амелия, —
— Вероятно, Габриель Доннели снял с рифа Амелию и другую девушку, — продолжала Эдна. — Капитан Картрайт сказал, что «Антилопа» затонула у мыса Кейп-дю-Куэди.
— Тогда это может быть только Габриель, — согласился Чарльтон. — Мы должны выразить ему нашу благодарность.
Сара вспомнила, что смотритель маяка говорил ей, что хорошо знаком с семьей Эшби. Она встала и обернулась полотенцем. «Что, если к Амелии уже вернулась память и она все сообщила Габриелю? А он расскажет Эшби, что я самозванка», — заволновалась Сара.
— Я должна убираться отсюда как можно скорее, — прошептала она.
Эдна постучала в дверь спальни Сары, открыла ее и заглянула внутрь.
— Просыпайся, Амелия, дорогая. Ужин почти готов, — позвала она.
Сара открыла глаза. Она не знала, как долго спала, но за окном были уже сумерки.
Запах вкусной еды влетел в открытую дверь, и в животе у Сары заурчало от голода.
— Спасибо, тетя Эдна, — сонно пробормотала она.
— Ты хорошо спала? — спросила Эдна.
— Да, спасибо. — Сара еще никогда не спала на такой удобной кровати, но признаться в этом не могла. — Что мне надеть?
Эдна вошла в комнату.
— Я нашла тебе пару платьев, — проговорила она. Платья висели у нее на руке. Эдна положила их на край кровати. — К счастью, они все еще висели у меня в шкафу. Платья стали малы мне с тех пор, как я вышла замуж. Боюсь, они не такие модные, но их вполне можно поносить, пока мы не поедем к портному.
Платья были очень хорошо сшиты, и они совсем не были похожи на серую тюремную одежду, которую носила Сара пять лет.
— Чуть не забыла, капитан Картрайт приходил, пока ты спала, — продолжала Эдна. — Он принес чемодан, который ты забыла у него на корабле.
У Сары перехватило дыхание.
— Кажется, ты говорила, что потеряла все, когда корабль пошел ко дну?
— Я совсем забыла про чемодан. В нем не так много вещей. — Сара не могла поверить, что оставила чемодан на корабле «Рыба-меч», ведь ей так была нужна тетрадь Амелии.
— Там была твоя тетрадь, милая. Конечно, она дорога тебе…
— Да, безусловно. Она бесценна. Но как вы узнали, что она в чемоданчике? — Сара не могла поверить, что Эдна посмела открыть чемодан, не спросив ее разрешения. В будущем она обязательно спрячет ключ.
— Надеюсь, ты не против, что я открыла чемоданчик, чтобы посмотреть, сильно ли морская вода испортила твои вещи. Полли постирала и погладила твое нижнее белье, и ты можешь его надеть. Мы также
— Туфли? — Сара внезапно вспомнила, что уже примеряла их в доме смотрителя маяка, и они оказались малы ей. — Они больше мне не подходят, тетя.
— Как это? — Эдна с недоумением посмотрела на Сару.
— Я… не знаю. — Она лихорадочно соображала. — Я пыталась надеть туфли в доме смотрителя, но не смогла. Наверное, они сели от соленой воды.
— Ах. Я не подумала. Ну, не важно. У тебя ножки, кажется, такого же размера, как и у Полли, поэтому можно занять у нее пару обуви, пока мы не поедем в город.
Сара надеялась, что нижнее белье придется ей впору, она была довольно худой.
— Спасибо вам, тетя Эдна. Я очень благодарна за вашу доброту. — Голос Сары звучал печально. Она вздохнула с облегчением, когда не нужно было больше лгать.
— Не говори ерунды, дорогая. Теперь мы — одна семья. Полли, наверное, уже готова подать ужин. Я сейчас принесу твое белье, туфли, и ты сможешь одеться. И пожалуйста, поторопись, потому что Чарльтону не терпится снова тебя увидеть.
— Я тоже очень хочу его увидеть, тетя Эдна.
Сара мысленно взмолилась, чтобы он принял ее так же радушно, как и его жена.
Через десять минут, надев панталоны Амелии и зашнуровавшись в ее корсет (к счастью, он полностью подошел Саре), она вышла в столовую в одном из платьев Эдны. Чарльтон был уже там. Сара волновалась, но Чарльтон тепло встретил ее, принес соболезнования, которые она приняла с почтением. Чарльтон был высоким мужчиной с живыми голубыми глазами и аккуратно подстриженными усами. Он выдвинул для нее стул и налил небольшой бокал вина. Сара не привыкла к тому, что с ней обращаются как с леди. Она так нервничала, что у нее пересохло во рту.
Полли приготовила бифштекс и пирог с почками, который подали со свежими овощами из собственного сада. На десерт был яблочный пирог со сливками. Сара похвалила Полли за прекрасное умение готовить в таком юном возрасте, Эдна уточнила, что, хотя девушка и выглядит не старше пятнадцати лет, на самом деле ей уже двадцать.
— Мать Полли работала у нас многие годы, — рассказывала Эдна. — Она прекрасно готовила, но у нее развился ревматизм, поэтому теперь у нас работает Полли.
Эдна и Чарльтон очень удивились, какой хороший аппетит у их подопечной. Она съела бифштекс и кусок пирога, съела целую тарелку картошки и бобов, а потом заела все это двумя кусками яблочного пирога. Они еще больше изумились, когда после того, как с пирогом было покончено, их подопечная громко рыгнула.
— Простите, — извинилась Сара, увидев выражение лиц своих опекунов.
Чарльтон удивленно замер, а у Эдны был такой вид, будто бы ее оскорбили. Сара прикрыла рот рукой и покраснела. Она совсем не хотела рыгать, но на какое-то мгновение забыла, что находится не среди заключенных, которые частенько забавлялись, пародируя привычки рабочих. У них было мало поводов для веселья, но это их забавляло.
— Должно быть, ты очень голодна, дорогая, — начала Эдна, все еще с неверием глядя на Сару.