Шёпот теней

Видина Нелли

Старший, оказавшийся мертвецом, безразлично оглянулся ко мне, мальчишка дружелюбно улыбнулся.

– Марина, медиум, – я представилась сама.

Во взгляде вампира тотчас вспыхнули искорки интереса, но я поняла, что относились они не столько ко мне, сколько к моим способностям.

– Я слышал, медиумы способны призвать души умерших? – спросил он меня.

– Нет, мы призываем духов умерших, – поправила я и, не видя в его глазах понимания, пояснила, – Душа это жизнь, сила, связующая дух и тело, позволяющая им не только быть единым целым, но и меняться,

развиваться. Дух можно сравнить с фотографией личности, сделанной в момент смерти. Дух сохраняет память и реакции человека, его характер, привычки, всё, но он не способен измениться.

– Если человек – это тело и дух, связанные жизнью, то что есть я?

– Не знаю, – испугалась я его вопроса и его немигающего, сверлящего, недружелюбного и вместе с тем молящего взгляда.

– Ответь, Марина.

– У тебя есть тело, есть личность, следовательно, ты ровно тот, кем был в момент смерти и им будешь всегда. Ты здесь, потому что твой дух остался на земле, если формулировать точно, то твой дух не смог покинуть твоё же тело. Говорят, медиум может вселить дух даже в предмет.

– Ты медиум?

Зачем переспрашивать, и так ясно. Вопрос мне не нравился. Я бросила короткий взгляд на Тину. Она сидела напряжённая, но не вмешивалась.

– Да.

Алик оскалился, нарочито вычурно демонстрируя мне клыки.

– Вызови мой дух, Марина.

– Алик! – вскрикнула ошарашенная Тина. Я просто охнула. Дирк что-то пискнул. Я смотрела на вампира во все глаза. Он не шутил, глядел не меня, не мигая, убеждённым, чуть заинтересованным, взглядом безразличного ко всему мертвеца. Я сглотнула и вздрогнула.

Глава 11

Вампир неотрывно смотрел на меня, и выглядел всё более угрожающе. Я сглотнула повторно и задала вопрос:

– Сейчас?

– Почему нет? – улыбнулся он.

– Потому что я не знаю, чем это кончится и сколько времени займёт, а этой ночью Тина идёт в гости к местному Мастеру города, и ей нужна твоя помощь.

Алик только хмыкнул:

– Увы, я теперь могу быть только декорацией. Любой сильный мастер способен со мной справиться щелчком пальцев. Какая тут помощь?

– У вампиров могут быть в подчинении оборотни, – вклинилась Тина.

– Да нет же, – с досадой возразил Алик, – скажи честно, что ты хочешь показать им меня, как диковинную зверушку. Мол, смотрите, кого приручила. Хотите на его место? Нет? Тогда бойтесь меня.

– А вот и не угадал, – возразила Тина, – Роль выгодного фона принадлежит Северьяну и только ему, а тебя я позвала в надежде на то, что мы поохотимся, ты встряхнёшься.

Я почувствовала себя лишней. Впору тихонько встать и уйти. Алик отвернулся от Тины, она только поморщилась. Дирк тоже заметно сник. Никто не заговаривал. Алик бросил короткий взгляд на Тину и вдруг улыбнулся совсем не так, как минуту назад улыбался мне. Его новая улыбка казалась искренней и доброй.

– Я понял, Тина. Идём в гости, а вас, Марина, я настоятельно прошу уделить мне внимание позднее. И я обещаю, – он снова повернулся к Тине, – не делать ничего

самоубийственного.

Она улыбнулась не менее искренней радостной улыбкой.

Я получила пожелание доброй ночи, номер телефона, по которому можно связаться с Тиной, и обещание встретиться завтра. Тина положила на столик деньги и вышла из кафе под руку с Аликом, следом за ними в припрыжку шёл Дирк, снова сияющий беззаботным счастьем. Я проводила их взглядом, подождала, давая им время уйти подальше и подозвала официантку, чтобы расплатится.

Алик подкинул ту ещё задачку. Чувствуется, что он не отступится. Я попыталась представить, что будет, если я вызову его дух, как он просит. В идеале – не смогу. Он же вампир… Жуть какая. Нет, меня не смущают его предпочтения в еде, но всё же. Хуже, если дух откликнется. Как вернуть откликнувшегося обратно в мир серых теней, я знаю, но совершенно не представляю, что буду делать с Аликом.

Из кафе я отправилась прямиком в гостиницу. Завтра полноценный рабочий день, и нужно выспаться. Я зевнула. Уже засыпая, я размышляла над другой загадкой, той, что задала мне Тина. Отвергнуть свои способности, довольствоваться работой у Игната или учиться новому? Я не знала.

Утром пришлось отбросить сомнения и терзания до вечера. Сейчас меня ждут покупатели, им хочется подобрать из множества вариантов ту музыке ветра, чьи трубочки создадут наиболее гармоничный перезвон, теоретические измышления медиума-неудачника моим клиентам не к спеху.

В магазин я пришла даже чуть раньше, чем нужно, но Игнат был недоволен:

– Где ты ходишь? Мне нужно посоветоваться с тобой. Марин, повесь табличку «технический перерыв» и сядь. Он указал мне на диванчик, а сам плюхнулся в кресло. Странно, какой-то он нервно-взъерошенный.

– Марина, помнишь, я спрашивал тебя, веришь ли ты, что ты медиум?

– Помню. Я ответила, что искренне считаю себя медиумом.

– Моя бабушка верила, что она ведьма.

– Ты это говорил.

– До вчерашнего дня я не знал, насколько всё сложно. Я по-прежнему не верю в мистику, но я верю цифрам. Я вчера весь день возился с бухгалтерией, копался в бабушкиных документах. Я пытался понять, почему магазин перестал приносить доход. Да, ситуацию ты исправила, у тебя люди покупают, наслушавшись бреда про жаб, драконов, стороны света и течение энергии.

Вклиниваться с замечанием, что не такой уж это и бред, я не стала.

– Но всё равно. Я посчитал и понял, доход будет вполовину от бабушкиного. Начал разбираться. Даже позвонил нескольким клиентам из её особой базы. Марина, я прав, что существует некое сообщество людей, считающих себя наделёнными сверхспособностями и покупающих за бешеные деньги предметы, одобренные этим сообществом?

– Не очень тебя понимаю.

– Есть запись, что бабушка продала бутылку с запечатанным в неё призраком самоубийцы. Почему ей за стеклянку заплатили, а, взглянув на мою бутылку с привидением невинно убитой девушки, выхватили у меня бутылку из рук и попытались разбить об мою же голову, чтобы честных людей не морочил?!