Шепот ночи
Шрифт:
– Не знаю. – Алсиона отстранилась. – Но знаю, что убью вас, если вы меня изнасилуете. Через месяц или через двадцать лет, но я сделаю это. Даже если полюблю вас.
Думитру понял, что она говорит совершенно серьезно и, более того, способна сдержать свое обещание. Это была не угроза, а просто констатация факта, и его сердце сжалось от боли – за нее или за себя, он не знал.
– Я никогда этого не сделаю. Поверьте мне, Алсиона, есть вещи, на которые я не пойду. – Он криво улыбнулся. – Как я понимаю, в этом-то и заключается различие между мной и Бенедеком. Порой человек важнее дела, – это единственное,
Алсиона посмотрела на него и медленно кивнула. Огоньки снова вспыхнули в ее глазах, зажигая его кровь. Тело Думитру напряглось в ответной реакции.
– Я верю вам.
– Я лгал многим мужчинам и обманул вас. Но что бы я ни сделал, неправды вы больше от меня не услышите, – с горячностью произнес он и замолчал, собираясь с мыслями.
«Даже если полюблю вас», – сказала она.
Думитру встретился с Алси взглядом и увидел в мерцающих глубинах ее глаз чувственность.
– Но не думаю, что вы вынудите меня пойти на крайние меры, – медленно сказал он.
– А почему нет? – Ее голос чуть дрогнул хрипотцой, глаза жарко блеснули под темной завесой ресниц.
– А как вы думаете, Алси? – с усмешкой спросил Думитру и добавил: – Потому что сейчас вы хотите меня.
Алси боялась даже вздохнуть. На ее фарфоровом лице не отразилось никаких эмоций, но глаза нашли лицо Думитру, потом медленно прошлись по его торсу, оценивая ширину плеч, форму рук, скрытых сюртуком, тыльную сторону ладоней, лежавших на столе, и, наконец, поднялись снова к его лицу.
– Вы заносчивый осел, – объявила она, потом наклонилась через стол и поцеловала его.
Глава 4
Его рот был неподвижен под ее губами, но лишь мгновение, не больше. Думитру оттаял, взял лицо Алси в свои ладони и крепко держал, пока его губы и язык настойчиво двигались у ее рта. Жар разливался по ее членам, оставляя на своем пути легкое покалывание. Его ладони, немного огрубевшие от пренебрежения перчатками, поглаживали ее щеки, пока его рот играл ее губами. Ее тело отяжелело и в то же время стало легким, зазвенело, наполнилось гулом, который рассеивал ее мысли. Желание тугой пружиной скручивалось у нее внутри. Алси была гак ошеломлена, что не заметила, как опасно зазвенел хрусталь на столе.
Думитру, однако, услышал, замер и, помедлив, неохотно отпустил Алси. Во всяком случае, ей так показалось. Он снова сел, его светлые глаза горели таким огнем, что ее сердце зарастило. Жар желания окрашивал ее кожу густым румянцем, это почти раздражало, но прежде Алси никогда так не чувствовала своего тела.
– Думитру, – произнесла она, пробуя имя на вкус.
Обманщик. Можно сказать, похититель. Но Алси знала, что в эту ночь согласится стать его женой во всех смыслах этого слова, она не хотела никого другого, хотя понимала, что позднее может об этом сильно пожалеть.
– Да, – согласился он, выгнув бровь. Скрытое удовольствие таилось в уголках его губ, теплых восхитительных губ, которые только что целовал и ее. – Мой полный титул граф Думитру фон Северинор, князь Константинеску.
Человек, который не понимал ее, но казалось, верил, что в ней есть нечто, достойное понимания. Мужчина, которому она, похоже, после разговоров нравилась
– Тогда я графиня фон Северинор, княгиня Константинеску.
Думитру встал, ни на мгновение не отрывая от нее взгляда.
– Пока нет, – сказал он. – Но скоро будете.
Он медленно двинулся вокруг стола, не угрожая, а соблазняя, его глаза были полны сладострастия. У Алси перехватило дыхание. Она хотела подняться осадить его, но ее ноги вдруг ослабли, голова закружилась, так что она не шевельнулась, когда он подошел и, взяв за плечи, поднял ее в свои объятия.
Его рот был повсюду: целовал ее опустившиеся веки, скользнул к губам, спустился по шее к нежной выпуклости груди, чуть выступающей над корсажем. Ее кожа пылала там, где его губы проложили дорожку поцелуев, Алси охватило почти болезненное и в то же время страстное желание. Ей хотелось его прикосновений, еще, еще…
Словно в тумане Алси чувствовала, что Думитру снял с нее ожерелье и бросил его на пол, что он расстегивает крючки на спинке ее платья. Да, да, подумала она. Скромность временно была забыта. Алси, едва познакомившись с Думитру, уже изголодалась по его плоти и жаждала слияния с ним. Она набросилась на пуговицы его сюртука, пальцы в спешке путались. Справившись с сюртуком, она просунула руки к жилету, теплому от жара его тела. Занявшись жилетом, Алси почувствовала, что последний крючок ее платья расстегнут, и Думитру поднял руки к ее плечам, чтобы стянуть корсаж.
Алси похолодела, когда рукава скользнули вниз, сковывая руки и открыв корсет чуть ли не до талии. Она ответила Думитру пылким взглядом, сердце подпрыгнуло у нее в груди, краска заливала ее тонкую, чувствительную кожу, поднимаясь к шее и щекам.
Думитру, тряхнув головой, тихо засмеялся, желание туманило ему глаза.
– Ты смутила дракона в его логове, правда?
– Не знаю, – задыхаясь, ответила Алси. – Ты так считаешь?
– Дракона с серебряными волосами и серебряным языком, – с нарождающейся улыбкой ответил Думитру. – Мне это льстит.
Почувствовав безрассудную смелость, она ответила, с трудом узнавая собственный голос:
– И как ты намереваешься отблагодарить меня?
На этот раз в его смехе прозвучали непонятные нотки.
– Чтобы узнать это, тебе придется подождать.
Думитру стянул лиф платья, высвободил ее руки из рукавов, раздев до талии, и снова притянул ее к себе. Прижав ее руки к бокам, он занялся завязками нижних юбок. Алси протестующе шевельнулась, но Думитру не обратил на это внимания. Его шея дразнила своей близостью. Сражаясь с завязками, он наклонился над Алси, и она легко укусила его плечо, выражая свое возмущение его пренебрежением. Руки Думитру на мгновение замерли, из горла вырвался странный звук. Алси снова деликатно прижала зубами его кожу, на сей раз над высоким воротником, пробуя на вкус теплую плоть. Думитру задрожал, и ее тело еще жарче вспыхнуло в сладкой истоме.