Шелковые шпоры
Шрифт:
– Прекратите… – неуверенно произнесла она.
Тор провел большим пальцем по ткани и нащупал напрягшийся сосок.
– Я делаю то, что тебе нравится. То, чего хочется нам обоим.
Хармони положила ладонь на его руку, пытаясь прекратить эту мучительную ласку. Но желание не угасало.
– Я не могу, не могу… Что сказать?
– Скажи «да». – Он прижал горячие губы к ее рту, затем поднял голову. – Я все еще хочу узнать, не шелковые ли у тебя шпоры.
Судорога страсти пронзила ее тело. Зачем она сопротивляется? Хармони глубоко вздохнула,
– Ты заложник…
– Правильно. Я должен исполнять твои приказы. Прикажи мне любить тебя.
Хармони погрузила пальцы в густые волосы Тора, снова прижала к себе голову юноши и так же, как недавно он, стала обводить пальцем четкие контуры его лица, а потом жадно припала к губам.
Застонав от наслаждения, Тор вернул ей поцелуй и принялся гладить груди, ощущая, как внутри разгорается желание. Он поднял голову и посмотрел на нее сверху вниз.
– Целуй меня. Крепче.
И снова губы, эти жадные губы! Тело Хармони напряглось, отвечая его ласкам. Тор воспользовался этим и, не отрывая рук от ее груди, принялся покусывать губы, заставляя ее стонать и метаться.
– Тор, пожалуйста, я…
Стоило ей приоткрыть губы, как Тор вогнал в них кончик языка. Поцелуй становился все более страстным. Юноша повернул Хармони, крепко притиснул ее к себе и обвил ногой. Натянув ремень, связывавший их запястья, он завел руку девушки за спину и прижался грудью к ее соскам.
Наконец-то она оказалась в его власти! Поглаживая Хармони по спине, он впился в ее рот, ощутил сладость губ, принялся смаковать их вкус. Раненое плечо пронзила боль. Плевать! Ничто не могло отвлечь его от стремления овладеть этой женщиной, стоящей вне закона.
Хармони дрожала от наслаждения, не в силах поверить себе. Никогда ее не целовали и не обнимали так страстно. Никогда раньше она не позволяла мужчине такой близости. Что она делает? Но тело жадно требовало своего, и Хармони не оставалось ничего другого, как возвращать поцелуи с дерзостью, пугавшей ее саму.
Оторвавшись от губ Хармони, Тор удивленно заглянул ей в глаза. Ни одна женщина еще не возбуждала в нем такого желания.
– Я хочу тебя. Сию минуту…
Жар его нетерпения опалил девушку. Стояла ночь, вокруг не было ни души, и теперь им грозила лишь одна опасность, они сами…
– Верь мне, Хармони…
– Нет!
Она пересилила себя, оттолкнула Тора, звякнула шпорами и попыталась встать. Из этого ничего не вышло: девушка забыла про все еще связывавший их ремень. Хармони дернула руку, однако это не помогло. Она принялась неловко распутывать узел, но Тор затянул его покрепче, изо всех сил рванув запястье к себе.
– Нет, так легко ты не уйдешь!
– Я должна. Ты не понимаешь. Мне нужно думать о девочках. Я не могу довериться ни одному мужчине на свете.
Тор откинул голову, несколько раз глубоко вздохнул и снова посмотрел на нее.
– Не бойся, я больше не трону тебя. Но я по-прежнему твой заложник. Хотя бы полежи рядом. Мы будем греть друг
Хармони запнулась, пытаясь разобраться в себе. Чего она хочет от него? Только не доброты. Скорее ярости. Пусть бы он овладел всеми ее чувствами, заставил забыть об ответственности, о потерях, о боли, затопил собой так, чтобы ничего не осталось – ни прошлого, ни настоящего, ни будущего!
Тор снова обнял ее и привлек к своей груди. Она лежала лицом к нему, и связывал их не столько ремень, сколько чувство. Когда их пальцы переплелись, слезы обожгли глаза Хармони. Как сладко было делить с ним ложе, прижиматься так крепко, словно они – две половинки одного тела…
Девушка зарылась лицом в здоровое плечо Тора, вдохнула его запах и щекой ощутила прикосновение мягкой ткани.
– Спи, Хармони. У тебя был долгий и трудный день. Я покараулю.
Нужно немедленно встать, пока она не уснула и не наделала глупостей. Но стоило сдвинуть голову, как под щекой у нее оказалось что-то мокрое. Она тут же села, сбросив с себя одеяло.
– Тор, ты весь в крови! Мы потревожили твое плечо!
Она прикоснулась к рубашке. Да, кровь просочилась через повязку. Это она виновата. Где же ее хваленая осторожность?
Тор сжал ее руку.
– Ничего страшного. Я немного полежу, и она остановится.
Как бьется его сердце, как вздымается грудь, какая горячая рука! Зачем ей понадобился этот дурацкий ремень, когда их связывало нечто более крепкое?
– Ах, как нехорошо! Ты заболеешь или истечешь кровью, если не будешь беречься.
– Хармони Харпер, я истекаю кровью с той минуты, когда впервые увидел перед собой свирепую налетчицу. Так что эта царапина для меня пустяк.
– Не шути. Сам знаешь, рана серьезная.
– Какую рану ты имеешь в виду?
– Перестань. Тебе плохо, и в этом нет ничего смешного.
– Если бы ты не колотила меня по груди, я чувствовал бы себя намного лучше.
– Ой!
Хармони отдернула руку, но почувствовала рывок ремня и остановилась. Ему доставляло удовольствие дразнить ее, заставлять чувствовать себя виноватой за все случившееся. Не будь он ранен, это бы не сошло ему с рук. Она отплатила бы ему за насмешки, за приставания, за бесконечные шпильки! Ее губы искривила злая усмешка. Способ мести однажды уже испробован. Он решил, что шпоры у нее шелковые? Вскоре ему придется убедиться в обратном.
– Так ты ляжешь или нет?
– Лягу, – ответила она, поражаясь собственной кротости.
Ну ничего, пусть порадуется, пусть утратит бдительность. Так и быть, ночь она проведет рядом с ним, в тепле и безопасности. Но утром, когда ему станет лучше он увидит, к какой разбойнице попал в плен!
– Хармони.
Девушка прижалась к нему спиной, почувствовала тепло напрягшегося мужского тела и снова улыбнулась. Как приятно, оказывается, играть в эти игры! Раньше она не позволяла себя такой роскоши. Почему от нее следует отказываться и дальше? Разве она не сама себе хозяйка?