Шрифт:
1
Воздушный змей резко нырнул вниз, заметался и пошел в глубокий штопор. Дети загалдели, завопили нестройным хором:
— Смотрите!
— Ах, Кэти, нет!
— Падает!
— Нет, не надо!
Глаза Кэти ни на секунду не отрывались от мечущегося змея. До боли закусив нижнюю губу, она удерживала натянутую веревку. Кэти подняла веревку высоко над головой и сделала несколько резких шагов назад, ступая чуть ли не по ногам возбужденных детей.
— Приспускай, детка, приспускай, только потихоньку.
Глубокий
Растерявшись, Кэти опустила руки, и змей окончательно и бесповоротно стал падать.
Он обрушился прямо на дуб, ветка безжалостно проткнула его насквозь, а хвост запутался в густой листве. Дети стали карабкаться на дерево, каждый предлагал наилучшие варианты и решения, а остальные встречали их дружным фырканьем и насмешками.
Мужчина наблюдал какое-то время за происходящим, потом повернулся к Кэтлин и уставился на нее своими голубыми глазами.
— Прошу прощения, — виновато проговорил он, прижав руку к сердцу. Однако блеск этих голубых глаз заставил Кэти усомниться в искренности его раскаяния. — Я всего лишь хотел помочь.
— Я бы и сама справилась.
— Охотно верю, но дело в том, что я принял вас за одну из беспомощных девчушек и решил, что вы нуждаетесь в моей помощи.
— Вы подумали, что я — ребенок?!
Конский хвост на затылке, никакого макияжа на овальном личике, синие шорты и белая футболка с эмблемой летнего лагеря «Горный». Что ж, он действительно мог ошибиться, признала Кэти.
— Я — Кэтлин Хэйли, одна из директоров лагеря.
Он окинул ее взглядом, недвусмысленно говорившим, что одета она не так, как положено директору.
— По совместительству я еще работаю вожатой, — добавила Кэти, протягивая правую руку.
Высокий блондин с пышными усами пожал ей руку.
— Меня зовут Эрик Гуджонсен. Произносится как Гуд-джонсен — хороший Джонсен.
— Ваше имя должно быть мне знакомо, мистер Гуджонсен?
— Я — оператор, буду снимать документальный фильм для Ю-би-эс. Разве Гаррисоны не говорили вам о моем приезде?
Если и говорили, то это совершенно вылетело у нее из головы.
— Они не сказали, что вы приедете именно сегодня.
Телепрограмма «Люди» должна была сделать передачу про «Горный» — лагерь для детей-сирот. Пытаясь привлечь к лагерю внимание общественности, а следовательно, и столь необходимые пожертвования, Кэтлин обратилась со своей идеей к продюсеру телекомпании. Оживленная переписка и долгие телефонные разговоры с Нью-Йорком в конце концов дали результат. Продюсер пообещал, что в течение лета пришлет оператора снять жизнь детей в лагере.
Кэтлин как-то не задумывалась, как будет выглядеть оператор. Разве они все не похожи один на другого? Потрепанные брюки да экспонометр на шее, выполняющий роль удостоверения личности. В любом случае, ее представлениям
Внешность его была столь же нордической, сколь и его имя. В его жилах, безусловно, текла кровь древних викингов. От своих воинственных предков он унаследовал мускулистое тело, излучавшее энергию и мужественность. Даже обманчиво расслабленная поза не могла скрыть его огромной силы.
Волосы Эрика Гуджонсена светились на солнце, словно золотой шлем. Они были густыми, блестящими и, небрежно разметавшись, обрамляли его аристократическую голову. Темные усы прибавляли чувственности крупному рту. Крепкие белоснежные зубы эффектно контрастировали с загорелым обветренным лицом.
Джинсы, туго обтягивавшие стройные бедра Эрика, сидели на нем как влитые. Так же плотно облегала тело прекрасно сшитая рубашка. Закатанные рукава открывали жилистые руки. Синяя ткань едва не лопалась на широкой груди, покрытой рыжеватыми волосками. Их трудно было не заметить, так как верхние пуговицы Эрик расстегнул. Его пальцы были сильными и в то же время тонкими, что совершенно необходимо при работе с чувствительной видеоаппаратурой.
Кэтлин почувствовала, что по какой-то необъяснимой причине в груди у нее все сжалось, когда она оглядела мускулистую шею Эрика, гордый, немного упрямый подбородок, чувственный рот и голубые глаза.
И когда ее зеленые глаза встретились с его взглядом, Кэтлин ощутила странное волнение — одновременно радостное и тревожное.
— Вы скорее похожи на репортера из программы новостей.
Он равнодушно пожал плечами.
— Я отправляюсь туда, куда меня посылают.
— Что ж, надеюсь, вы понимаете, что здесь вряд ли можно найти что-нибудь интересное. В противном случае вас ждет разочарование. У нас тут спокойно и безмятежно.
— Я ничего злокозненного не замышляю. К чему этот допрос с пристрастием? Вы не доверяете незнакомцам? — Он наклонился, пряча в усах улыбку, и прошептал: — Или вообще всем мужчинам?
Ледяным тоном она произнесла:
— Поднимитесь на пригорок и сверните направо. Потом въедете в главные ворота. Сразу за воротами, справа, будет здание — это офис. Там вы найдете Эдну или Би Джея.
— Благодарю вас.
Продолжая ухмыляться, он медленно зашагал по направлению к припаркованному «блэйзеру».
Весь оставшийся день Кэтлин не могла понять, почему она так раздражена. Однако с детьми она занималась с обычной своей энергичностью. Из всех вожатых дети больше всех любили Кэти — так они ее называли. Их обожание рождало в ней радостное чувство.
Сегодня, неизвестно почему, после встречи с Эриком Гуджонсеном, по мере того как солнце приближалось к горизонту, она становилась все вспыльчивее и раздражительнее и с нетерпением ждала пяти часов, когда обитатели лагеря обычно расходились отдохнуть перед ужином в огромной шумной столовой.