Шелк и пар
Шрифт:
***
Из мрачной тьмы улиц материализовались тени. Блейд с топотом подбежал ближе. Лицо его искажал ужас, руки были сжаты в кулаки. Он увидел целое и невредимое Логово и даже пошатнулся от облегчения. Черные глаза оценили нанесенный бомбой урон. Мина маячила позади Бэрронса, прижимаясь к нему плечом.
— Все целы. Мы с герцогиней как раз патрулировали окрестности, когда наткнулись на операторов. — Мужчины обменялись рукопожатиями, и плечи Блейда наконец расслабились. Мина не сводила с Бэрронса глаз. Почему он солгал? Лео ответил на ее взгляд и с невозмутимым
— Я уж думал, Онор… — Блейд не смог договорить фразу.
— Этого и выжидал Мориоч. — Грохот артиллерии попритих, и Бэрронс глянул в сторону стены. — Похоже, враги решили временно отступить.
— Ублюдок. — Страх уступил место почти животной ярости, Блейда буквально перекосило. — Гребаный трус. — Он выхватил из-за пояса один из своих любимых кинжалов, что предпочитал носить без ножен. — Клянусь, если он тронет мою жену, я верну должок…
— Не об этом тебе сейчас надо волноваться, — вмешалась Мина, и все — в том числе и Бэрронс — дружно обратили внимание на нее. — Я узнала того, кто помогал двоим операторам в попытке подорвать Логово. Это один из твоих людей.
Тут и Бэрронса осенило, и он выругался.
— Хенли. До сих пор я не задумывался над этим, но Мина права. Он тогда попытался ее убить.
Выражение лица Блейда стало еще мрачнее — если это вообще было возможно.
— Где он?
— Отправился к праотцам, — ответил Бэрронс. — Я ему помог.
— Иными словами, Мориоч знает все сильные и слабые места в твоей обороне, — продолжила Мина.
— Он явно рассчитывал, что Хенли сотоварищи уничтожат Логово и тем самым нанесут удар в самое сердце трущоб. Случись так, — развил мысль Бэрронс, — мы бы дрогнули, а он обрушил бы на стену все силы.
— Нельзя рассчитывать, что Хенли — единственный шпион, проникший в ваши ряды, — подхватила Мина. — С чего вдруг герцог так резко свернул наступление? Ему явно доложили, что затея сорвалась.
Блейд в ярости раздул ноздри.
— Бэрронс, оставайся здесь на страже, вдруг еще кого принесет. Я поставлю на воротах Дровосека, но ты сам притаись внутри, где тебя никто не увидит. Приведите себя в порядок. Я проведаю Онор, а затем… Затем прослежу, чтобы ублюдок в жизни не забыл, какую фатальную ошибку допустил на этой войне, — договорил он шелковым голосом.
Мину невольно пробрала дрожь от его тона.
***
Лео проводил герцогиню в прежнюю комнату. Там словно ураган прошел.
— Это ты здесь все перевернул? — спросила Мина, пытаясь выпутаться из одолженного пальто. Рука застряла в рукаве, а пальцы правой ладони так сильно обожгло, что воспользоваться ими не представлялось возможным. Новая розоватая кожа болезненно натягивалась, и Мина старалась не думать, как сейчас выглядит пострадавшая конечность. Вирус жажды латал поврежденную плоть, и три из пяти пальцев онемели.
— Я пытался выяснить, что ты прихватила с собой. — Ладонь легла на руку Мины и сжала — впрочем, лишь намекая на истинную силу Бэрронса. — Не вертись.
Лжец. Комнату практически разгромили. То, что от нее осталось, красноречиво говорило
Но что вызвало подобный всплеск? Исчезновение Мины? Или что-то иное?
Бэрронс осторожно снял с герцогини пальто, а затем развернул лицом к себе. Он упорно делал вид, что не имеет отношения к царящему вокруг хаосу. Лицо его было перепачкано пеплом и грязью, волосы встали торчком, покрытую щетиной челюсть слегка портил слабый след ожога. Казалось, вонь гари буквально пропитала доспех Бэрронса, обжигая чувствительное обоняние Мины, но за дымом угадывался аромат лавровишневой воды и накрахмаленного белья — запахи, что у нее бессознательно связывались с Лео.
Сразу после взрыва Мина почти утратила понимание, что происходит вокруг, но сейчас суровая реальность обрушилась на нее с беспощадной силой. Герцогиня оказалась посреди военных действий, без союзников и без шансов добраться до королевы.
Мина редко испытывала сомнения и замешательство. Тщательно выстроенные планы избавляли ее от подобных эмоций. Если что-то шло не так, всегда имелся запасной вариант. Но сейчас его больше не было. Она поставила безопасность неизвестных женщин и детей превыше безопасности своей монархини. Последние два дня все перевернули с ног на голову, и Мина чувствовала себя не в своей тарелке.
Рядом стоял мужчина, который ей не верил — и однако солгал во имя ее спасения. Мужчина, которого Мина могла бы назвать… союзником? Если бы только осмелилась ему довериться…
«Я понятия не имею, что делаю».
Отчаянно хотелось вытереть грязь с его кожи, легко поцеловать в губы. Не затащить в постель или подстегнуть эту опасную опаляющую связь, что возникла между ними, нет. Мина ощущала нечто иное. Ее вдруг бросило в жар, грудь сдавило, а легкие будто сжало тисками.
Если бы Лео сейчас ее обнял, Мина не стала бы противиться, но не понимала, как об этом попросить.
— Почему ты солгал Блейду? — вместо этого прошептала она.
Темные ресницы прикрыли его глаза. Бэрронс принялся расстегивать блузу Мины. Она шлепнула его по ладони здоровой рукой, но он лишь прижал упрямицу спиной к двери.
— Веди себя прилично, — предупредил Лео, — а то ремень достану.
Герцогиня от подобного заявления даже рот открыла. Внизу живота вдруг потеплело. Вроде бы не такая уж и неприятная перспектива, если подумать.
— Если думаешь, что запугал меня своей суровостью — ничего подобного, — заявила Мина. — Ты не рассказал ему о моем неудавшемся побеге. Почему?
Темные глаза вновь посмотрели на герцогиню.
— Я бы и в лучшие времена не рискнул попадаться под руку Блейду — и уж тем более, когда у него меняется голос и выговор. Если он начинает четко произносить слова, значит, им полностью владеет голод.
Жажда крови. Мина поежилась.
— Ты меня защищаешь.
Бэрронс не произнес ни слова, но она увидела ответ в его глазах. Невероятно. Лео ей не доверял, это было ясно. Но даже сомневаясь в ней и гадая, почему она так рвется обратно во дворец, Бэрронс аккуратно распахнул ее блузу и осмотрел тело на предмет повреждений.