Шелест. Том 1
Шрифт:
– А где Дэн?
– Подъедет позже, предупредил, что немного задержится, – махнул рукой Луис.
– Майкл, это ужасно, то, что случилось с твоими родными, – Джек тяжело привалился на рядом стоящий камень, отчищая левую штанину джинсов. В правом ухе звенело. Майкл кивнул, отвернулся, поднял с земли камень и бросил в ворону, которая наконец-то замолчала и теперь молчаливо пялилась на ребят. Птица взмыла вверх, вновь озаряя окрестности истошным криком.
– Ненавижу этих птиц, – пробормотал он, опускаясь рядом с Джеком.
В наступившей тишине слышался постепенно стихающий в дали крик ворона и тихий шорох листьев терновника, растущего у самого обрыва.
– Позвонили около трех часов ночи. Сквозь сон я услышал, как внизу закричала мама. Не совсем понимая, что происходит, спустился и застал ее плачущей. Отец сказал, чтобы я собирался, будил Сьюзи и Макса, сложил для них кое-какую одежду. Нам нужно срочно выехать в Миннесоту, а дети останутся в это время у Смол. На мой вопрос, что происходит, он ответил, что случилась страшная трагедия: моя тетя Дженифер… ее семья попала в автомобильную аварию… Они все погибли, – Майкл поднял еще один камень.
– Честно говоря, я даже сразу не понял, кто такая тетя Дженифер, так как видел ее всего пару раз, когда был еще ребенком. Мы ездили в Канби к ним в гости много лет назад, и за все прошедшее время они ни разу не приезжали сюда, в Файерлейк. Мама жалела, что не смогла переубедить сестру, – слова давались с трудом, но чем больше он говорил, тем легче становилось на душе. Опустив глаза, он отвел взгляд, только бы не видеть жалость, отражающуюся на лицах, как в зеркале.
– По дороге к аэропорту, я позвонил тебе, – он на миг взглянул на Джека. Зеленые глаза блестели от надвигающихся слез. – У тебя что-то случилось с телефоном, наверное. Не мог к тебе пробиться и связался с Дэнном. Луису вкратце обрисовал ситуацию, когда подвозил Макса и Сьюзи…
В Канби нас встретил помощник шерифа, и отвез к дому тети Дженифер. Рассказав в машине, как все произошло, он сразу же попросил мать заехать на опознание в городской морг. Так полагается, сказал он, – Майкл шмыгнул носом.
– Они возвращались домой из Слейтона, где были на уик-энде у друзей: тетя Дженифер, дядя Билл, Кори. Вайлет, к ее счастью осталась дома, так как недавно переболела гриппом и еще чувствовала себя слабой.
Возле сорок пятой отметки… около пяти миль от города седан выехал на встречную полосу, прямо под колеса многотонного грузовика. В это время тетка разговаривала с Вайлет по сотовому. Она рассказывала, что слышала, как кричала мать: «Билли осторожно, там мальчик!» Хотя шофер грузовика утверждает, что никакого ребенка на дороге не видел, и, скорее всего водитель не справился с управлением. Это так ужасно!
– Машина от удара взорвалась. Тела обгорели, и… и… их хоронили в закрытых гробах, Дженифер, Билл, кроме Кори, которая лежала в гробу как спящий ангел… такая невинная, такая красивая… Господи, как это только выдержала Вайлет? – Майкл крепко сжал камень в дрожащей руке.
– Кроме нас у Ви теперь никого не осталось. Но как только она узнала, что поедет в Файерлейке, у нее случилась истерика. До этого момента она просто молчала. Ни слов, ни криков, словно застыла… А тут. Все горе и отчаянье, которое она пыталась сдерживать после гибели родителей, вырвалось наружу. Вайлет отказалась переезжать в город наотрез. Мы испугались за ее душевое здоровье, думая,
Психоаналитик сообщила, что боязнь переезда кроется в более глубоких причинах, чем смена места жительства, былого уклада жизни, вещей, принадлежавших ее семье, и она, к сожалению, не может рассказать обо всем. Но страхи девушки, в связи с ужасной трагедией, вполне обоснованы. Нам предстоит потратить много сил и терпения, чтобы Вайлет смогла, наконец, найти в себе силы справиться с ситуацией и согласиться на переезд.
Когда я смотрю на нее, сердце разрывается на части. Пережить такое страшное горе, но находить в себе силы продолжать жить дальше. Они ведь с сестрой были неразлучными, как две половники одного целого. Она потеряла не только родного человека, но и самого лучшего друга, а родители… Это… безумие! Мы боимся, что она может сотворить с собой что-нибудь, ну… от отчаянья, понимаете? Стараемся не оставлять ее одну.
Ее родители были успешными людьми. Дядя Билл преуспевающий адвокатом, а тетя Дженифер работала юридической фирме «ЮниксСан». Рассматривается версия об устранении, связанная с родом их деятельности, но подтверждений пока не нет. Трасса не была пустынна в момент автокатастрофы. Имеется масса свидетелей, и все как один уверяют, что седан вдруг резко вывернул на встречную полосу, словно водитель пытался уклониться от чего-то…
Комиссия не установила неполадок в автомобиле. Скорее всего, авария несчастный случай, каких тысячи. Может, у дяди сердце схватило или ему действительно показалось, что он видит на дороге ребенка, и чтобы избежать… Господи, мы все равно этого уже не узнаем!
Шелдоны оставили Вайлет состояние: она может учиться в престижном колледже, планировать свою жизнь. Но это ее мало волнует, и… если бы вы ее видели… – Майкл закрыл лицо руками, пытаясь скрыть слезы. Джеку до боли знакомо это чувство. Он сжал плечо друга, не произнося банальных дежурных фраз, типа: время лечит, видна такая у них судьба, нужно крепиться и просто пережить – за что Майкл был ему благодарен. Они сидели в полном молчании, погруженные каждый в свои мысли.
Джек знал, что чувствует девушка, в какую ледяную бездну уходит, и вернуть ее назад будет ой как сложно. Он вспомнил себя после исчезновения Сэма: но у него, по крайней мере, есть мать, а она потеряла всю свою семью. Он чуть не сошел с ума от горя, даже не стараясь сопротивляться депрессии, а она продолжает бороться, каждый час, заставляя себя жить и думать о будущем. Он же давно перестал этого делать, предоставив реке жизни самой решать на какой берег его выбросить… словно пустая щепка на легкой ряби… куда прибьет…
Послышался звук подъезжающего автомобиля. Луис пошел по дороге, встречая Дэнна.
– Не понимаю, почему у нее такое предубеждение насчет нашего города? – Пожал плечами Майкл,
– В каком смысле предубеждение?
– Она боится его или нет… не так… не знаю, – вздохнул он. – Когда мы подъезжали, я заметил на ее лице выражение безысходности, покорности что ли… Словно она смерилась с чем-то ужасным. Нет, не со смертью близких – тут другое. Что-то будто решила для себя. Помнишь, как в том фильме про гильотину, на который нас затащил однажды Луис: обреченные медленно поднимаются по ступеням и подходят к адской машине. В глазах пустота, равнодушие. Страх и истерика остались позади. Душа иссушена, как колодец в пустыне, и знаешь почему? Потому как знают, что должно произойдет и этого не изменить. Они смирились, понимаешь, смирились со своей участью…