Шелест. Фаворит
Шрифт:
Хотя-а-а… Я, конечно же, всегда жил по принципу «своих не бросаем», но здесь и сейчас эта причина была всё же не главной. Признаться, желание попробовать свои силы в реальном бою, в дыму и пламени сражения куда сильнее. Ну и при этом я, чего уж там, держал в уме то, что в любой момент могу уйти порталом. Это плетение я поместил в число быстрого доступа вместо одного из боевых. Но это на самый крайний случай, когда иного выхода не будет.
– Ладно, братцы, пойдём пощупаем ливонцев, – подхватывая свою двустволку, произнёс я.
–
– А я не против, – улыбнулся Зима.
Утро, конечно, но час не так чтобы и ранний, а потому торговые ряды Гостиного двора уже заполнены народом. Причём далеко не только прислугой, хватает тут и благородных, и состоятельных из простецов, потому как у многих день начинается очень рано. Так что появление портала на Красной площади не осталось незамеченным. Когда же он исчез с не менее громким хлопком, чем появился, на брусчатке остался лежать солдат в новеньком мундире и вооружённый до зубов.
Веки Марии вздрогнули, а затем распахнулись. Мгновение и во взгляде блеснуло возмущение. Она оттолкнулась от брусчатки и резко села. Ошибочка. Надо бы поаккуратнее. Голову прострелила резкая боль, а перед глазами поплыли разноцветные круги.
– Ох-х, – сжав виски, тяжко вздохнула Долгорукова.
Глупо страдать, если этого можно избежать, и она активировала плетение «Лечения». Не сказать, что второй ранг так уж сильно способствует исцелению, но как минимум уменьшить боль до терпимой у неё получилось. А со вторым применением стало куда легче, и голова перестала раскалываться от громких звуков. Уж больно народ разволновался у торговых рядов, сразу несколько человек зазывали стражу.
Но Мария не обращала на это внимания. Как только удалось справиться с болью, её вновь охватило возмущение. Он её ударил! Он посмел поднять на неё руку! Осмотревшись, Долгорукова осознала, что кроме этого Ярцев попросту вышвырнул её с редута через портал прямо на Красную площадь. Да как он посмел?!
Подхватив свою двустволку, Долгорукова подскочила на ноги, осмотрелась, определяясь с направлением, и сорвалась с места, словно за ней гнались. Хм. Вообще-то, и гнались. В её сторону поспешали сразу два гвардейских патруля. Кремль ведь вот он, и за его стенами императорский дворец. Так что появление портала вблизи него не могло не привлечь внимание.
Догнать её так и не смогли. Она настолько торопилась, что побежала через проходные дворы, благо эти места знала достаточно хорошо. Словом, и не хотела, а от погони ушла, сама того не ведая, переполошив целую кучу служивого люда.
Спешила она в резиденцию Долгоруковых, куда должна была направиться Лиза по просьбе Марии, чтобы передать «Разговорник» её матушке. Когда она вбежала в гостиную, Ярцева сидела на одном из диванчиков, ожидая аудиенции её светлости.
– Маша?! – удивившись, поднялась Лиза.
– Потом, – коротко бросила Долгорукова.
Окинула подругу
– Ярцев, ты здесь? Ответь. Слушаю.
– Вы нормально добрались, ваше высочество? Слушаю, – послышался знакомый голос в её голове.
– Пётр, я прибью тебя! Как ты посмел?! Да я тебя!.. Я тебя!.. Я тебя в клочья порву, сволочь! Ты мне лучше на глаза не попадайся! Я сама не знаю, что с тобой сделаю! – Она замолчала, глубоко дыша, и, наконец сообразив, закончила: – Пётр, ты здесь? Слушаю.
– Здесь я, Мария Ивановна. Где же мне ещё быть-то. Я прошу прощения за совершённое, но препираться было некогда, а вы сами не согласились бы. Вот мне и пришлось. Слушаю.
– Камни! Так вот для чего тебе понадобились мои камни! Попробуй только мне их не вернуть. Слышишь, Ярцев, чтобы вернул всё до последнего камушка. Если тебя там убьют, ты лучше не возвращайся, потому что я сама тебя убью, гад ты такой!.. Камни! У тебя достаточно Силы, чтобы открыть портал! Уходи оттуда! Слушаю, – спохватилась она.
– Я без своих людей не уйду. Слушаю.
– А меня, значит, взял и просто вышвырнул. Слушаю, – коброй прошипела она.
– Мария Ивановна, вы уж простите, но ливонцы начинают штурм. Я не могу больше разговаривать. Слушаю.
– Пётр, ты поаккуратнее. Не рискуй там понапрасну. Ну вот зачем ты так со мной? Слушаю, – уже обиженным тоном произнесла она.
– Обещаю, в следующий раз мы будем драться плечом к плечу и покажем всем Кузькину мать. Закончил разговор.
– Я так понимаю, нам с твоим отцом вновь следует благодарить Петра Анисимовича за твоё спасение, – послышался от двери голос княгини Долгоруковой.
Она стояла, едва сдерживаясь, чтобы не броситься к дочери. А всё из-за присутствия Ярцевой, перед которой княгиня не могла себе позволить показать слабость. Лиза же в этот момент хотела оказаться в ином месте, но не знала, как это сделать.
– Здравствуй, матушка, – вздохнула Мария и изобразила поклон, приличествующий мундиру, в который была одета.
– Ты в порядке? – всё так же сдержанно спросила мать.
– В полном, – слегка пожав плечами, ответила дочь.
– И отчего ты так бранила Петра Анисимовича?
– Он сейчас находится в осаждённом ливонцами Заситинском редуте, откуда вместе с капитаном Яковлевым попросту вышвырнул меня в Москву с помощью портала.
– Они позволили себе что-то лишнее? – вздёрнула подбородок княгиня, а в её взгляде сверкнул металл.
– Ничего подобного, – поспешно возразила Мария, на секунду замешкалась и начала объяснять: – Просто, когда я отказалась уходить, Пётр толкнул меня в портал.
– То есть он спас тебя дважды кряду, – удовлетворённо произнесла Анастасия Ивановна.