Шедоу
Шрифт:
– Идём в мою комнату.
Он хотел её в своей постели.
– Почему в твою, а не в мою?
Он колебался.
– Так поступают самцы.
– Женщины в общежитии всегда приводили мужчин к себе. Я думала - это такой брачный ритуал Видов.
Шедоу не удержался и рассмеялся. Бьюти такая невинная и милая.
– Самки настаивают на своих комнатах потому, что это помогает им чувствовать себя уверенными, а самцы, как правило, ведут себя как собственники, когда принимают самок у себя дома.
– Это что значит?
– Самки не хотят создать у самцов впечатление, что те смогут
Ритм её дыхания немного изменился, ускоряясь, а глаза расширились.
– Ты хочешь удержать меня?
– Не бойся.
– Я не боюсь. Я задаю вопрос.
– Я никогда не заставил бы тебя оставаться там, где тебе не хочется быть. Я просто хочу тебя в своей постели.
– Я не они, ты знаешь.
– Она сглотнула.
– Я не хочу иметь разных сексуальных партнёров. Я не против встречаться с тобой.
– Её взгляд опустился на его грудь и остался там, от смущения её щёки снова потемнели.
– То есть, если ты хочешь быть моим парнем. Я предпочитаю моногамные отношения.
Шедоу отпустил бёдра Бьюти, охватив ладонями её лицо. Такое изящное в его руках. Она встретила его взгляд.
– Я имею в виду, - Бьюти говорила быстро, взволнованно.
– Я не хочу никого другого и надеюсь, ты не будешь, ну, понимаешь, спать с кем попало.
– Ты правда многого не знаешь о самцах Видов.
– Он так сильно хотел поднять её и отнести в свою постель, что это на самом деле причиняло страдания.
– Это неправильно, надеяться на то, что ты не станешь заниматься сексом с другими женщинами, и мы можем попытаться иметь настоящие отношения?
Шедоу попятился, продолжая держать её и призывая следовать за ним. Бьюти так и сделала, и его член пульсировал, наполняясь кровью. Он хотел её до боли.
– Ты говоришь мне, что я могу обладать тобой и удерживать тебя рядом с собой.
– Он поморщился от того, как низко звучал его голос, но гормоны бушевали внутри.
– Безумно заводит,- признал он, смягчая тон, - Это заставляет меня хотеть заявить права на тебя.
Во взгляде Бьюти зажёгся интерес.
– Что это означает?
Он застонал, желая показать, а не объяснять всё вслух.
– Это означает, что ты не должна говорить такого, если действительно не имеешь это в виду. Я буду удерживать тебя в своей постели, Бьюти. Не надо беспокоиться насчёт меня и других самок. Я уже их избегаю. Ты единственная, кто искушает меня и доводит до грани, когда я готов столкнуться с чем угодно, лишь бы прикоснуться к тебе.
Они остановились у кровати, и её губы разомкнулись, понимание поразило её.
– Правда?
Бьюти была такой маленькой, но могла поставить его на колени. Её ладонь - такая легкая: ни мышечной массы, ни физической силы - легла на низ его живота. От прикосновения её гладких подушечек пальцев Шедоу хотелось выть. Удовольствие от такого лёгкого касания пронеслось через всё тело, от мозга к его члену.
– Я действительно плохо разбираюсь в этом, если говорить начистоту. Я читала книги и смотрела порно в интернете.
– Она снова покраснела, но глаз не отвела.
– Я должна, эм, снять твои боксеры? Я знаю, парням нравится оральный секс. Никогда не делала этого, но знаю основы.
Будет чудом, если он не умрёт до утра. Шедоу собирался
– Нет, - голос напоминал рычание, и он поморщился, - Позволь мне позаботиться о тебе.
– Всё будет только для неё. Он поклялся.
– Ты сердишься?
– Бьюти попыталась убрать руку, но он накрыл её своей, прижимая к животу.
– Нет. Я возбуждён. Очень сильно. Мой голос становится ниже, могу звучать устрашающе. Не обращай на это внимание.
Она кивнула:
– Я слышала эти звуки через стены, когда мои соседки принимали мужчин. Я ожидаю этого, но знаю, что ты всё ещё злишься на меня.
– Не злюсь, - поклялся он, уже успокоившийся из-за того, что она поймала его за мастурбированием. Сейчас он сосредоточился на том, чтобы заполучить её к себе в постель.
– Ты должна поверить мне. Сможешь сделать это?
– Уже сделала.
– «Да, до утра не доживу». Бьюти собиралась его убить. Она была такой сладкой, что он бы её съел. Шедоу задушил готовое вырваться рычание, вообразив её, раскинувшейся на его кровати, его рот между её бледных бёдер, и он лижет её там. Отступив, Шедоу полностью её отпустил.
– Сними ночную рубашку и ложись на спину посередине кровати. Не нужно смущаться. Ты прекрасна.
Бьюти надеялась, что не упадёт в обморок. Она почувствовала головокружение, сердце заколотилось так быстро, как будто может взорваться в груди. Это был не страх, но что-то очень близкое к нему. Шедоу собирается прикасаться к ней, и она наконец поймёт, почему женщины в общежитии зовут мужчин в свои комнаты. Шедоу был сексуальным и большим - два качества, которые она оценила по достоинству. Он являлся тем типом мужчины, о котором она фантазировала после того, как получила свободу. Сильный, понимающий, действительно заботящийся о ней, как и говорил. Ей хотелось знать, что это всё повлечёт за собой. Но сначала ей надо найти в себе достаточно храбрости, чтобы снять ночную рубашку. Он уже видел её голой, пусть и случайно. Руки дрожали, когда Бьюти сжала тонкий хлопок и медленно потянула его вверх. Взгляд Шедоу остановился на её бёдрах, и голодное выражение его лица придало ей сил легко отбросить вещицу. Его язык метнулся по влажным губам, намекая, что ему понравилось то, что он увидел, пока открыто пялился на её грудь.
Бьюти взглянула вниз, удивляясь, о чём он думал. Её грудь не идеальна, небольшого размера и сейчас демонстрировала, что в комнате немного прохладно из-за открытого окна, впустившего вечерний бриз. Бьюти надеялась, что Шедоу не станет противно от того, как сморщились её соски. Ей потребовалась вся выдержка, чтобы не прикрыть рукой свой холмик. В отличие от других женщин Видов у неё там было немного волос. Это имеет значение? Оттолкнет его? Она надеялась, что нет. Её немного смутило, когда взгляд Шедоу опустился и задержался там.