Шедевры Гауди
Шрифт:
За комплексом входных павильонов обнаруживается открытая площадка, заканчивающаяся лестницей, которая устремлена вверх к так называемому дорическому храму. Его планировалось использовать в качестве торгового павильона. Лестница, отделанная керамической плиткой, поднимаясь вверх, раздвигает подпорные стены храма. В них встроены два грота, один из которых использовался в качестве складского помещения, а второй, укрытый параболическим сводом, – для размещения экипажей. Зубцы, украшающие подпорные стены, повторяют мотив зубчатого декора ограждения террасы служебного домика, установленного при входе в парк Гуэль.
Дорический
Пространства, образованные двумя ветвями лестницы, на различных уровнях оформлены по-разному. В нижних ярусах в качестве украшения используются искусственные сталактиты, поставленные в низкой чаше. Над площадкой поверх второго марша лестницы помещен диск со змеиной головой, скопированной с герба Каталонии. В центре третьего марша находится скульптурная ящерица, имеющая несколько необычный вид и отделанная осколками разноцветной керамической плитки.
Далее лестница вновь разветвляется, уступая пространство маленькому гроту с расположенной там скамьей. Отсюда хорошо видна вся композиция целиком, а для отдыха можно воспользоваться скамьей, защищенной от ветров высокой спинкой и открытой для теплых солнечных лучей.
Многочисленные колонны составляют основу архитектурной композиции дорического храма. Всего их насчитывается 86 штук. При их проектировании и сооружении автор значительно отступил от классического дорического ордера. Колонны лишены энтазиса, а по форме они напоминают конусы. Их широкие каннелюры располагаются на высоте 1,5 м. Кроме того, колонны имеют удвоенный фриз с триглифами. А над высоким карнизом, украшенным по всей длине львиными головами, тянется спинка бесконечной скамьи.
Колонны храма являются оригинальными произведениями архитектурного искусства, стиль которых и раскрывает замысел мастера. Современные исследователи творчества Гауди склонны связывать появление дорических колонн в композиции парка с художественными пристрастиями хозяина застройки, дона Эусебио Гуэля.
Капители и столбы колонн были сделаны из кирпича. При этом для сооружения восьмиугольных абаков и плоских круглых эхинов архитектор использовал битый кирпич, армированный железными полосками. В центре каждой колонны проделывали удлиненную вертикальную полость, выполнявшую функцию внутреннего водостока при сложной кровле-террасе. Каждая из колонн поддерживает перегородчатые, сферические по форме купола, пространство между и над которыми заполнено дренажным слоем, а поверх него – толстым слоем земли.
Соблюдение пропорций и симметрии не являлось главным условием работы Гауди. Прием нарушения правильных форм, линий и сочетаний был использован и при создании композиции парка Гуэль. Мастер нарушил четко заданную схему построения тем, что удалил несколько колонн. Таким образом, на одном из участков были лишены опор шесть куполов, а на другом – четыре купола.
Для того чтобы обеспечить сооружению устойчивость, Гауди заменил нервюры, сделанные из армированной керамики, комплексом приплюснутых арок, выложенных кирпичом и поддерживаемых соседними опорами. Углубления же, образовавшиеся в освобожденных от колонн местах, были заполнены круглыми по форме плафонами, выполненными помощником архитектора Хосе Мариа Хухолем.
Пластичность и динамизм создаются в композиции за счет выступов, образующихся высоким антаблементом над капителями колонн, имеющих форму восьмигранника.
Скамью составляют сборные перегородчатые сводики, которые предварительно были изготовлены на площадке, а затем перенесены на отведенное место над карнизом. После этого мастера заделывали швы и облицовывали поверхность стенок скамьи колотой керамической плиткой. Элементы округлого ограждения спинки скамьи и круглого выступа, находящегося на уровне поясницы садившихся, делали отдельно, секторами по 30 см. Вероятнее всего, изготовлены они были фирмой «Хухоль и Баусис».
После того как тот или иной мастер завершал работу над закреплением деталей из необожженной глины, Хухоль расписывал их, покрывая изречениями, заимствованными из титулатуры Марии, а также растительными мотивами (зеленые ветви и изумрудные листья деревьев и кустарников, разноцветные лепестки цветов) в сочетании с яркими пятнами разных красок.
Когда заканчивали обжиг деталей конструкции, Хухоль отделывал их росписью, используя зеленую, желтую и синюю краски. После этого роспись отделывали оловянной глазурью и затем вновь обжигали.
Особенного внимания зрителей заслуживают находящиеся в парке Гуэль дорожные сооружения, превращенные умелыми руками талантливого мастера в настоящее произведение архитектурного искусства, наполненное глубоким содержанием, но тем не менее не свободное при этом от законов тектоники.
Сооружения, построенные в парке Гуэль, являются, пожалуй, единственным в мировой архитектуре примером того, сколько существует всевозможных комбинаций сочетания мертвых каменных архитектурных построек с зеленью живых растений. Многочисленные колонны, то и дело встречающиеся на пути туриста, путешествующего по парку, напоминают застывший во времени и окаменевший доисторический лес.
Особенно примечательной с этой точки зрения является конструкция портика, находящегося у опорной стены позади дома дона Гуэля, в архитектурную систему которого включены столбы-колонны. К тому же, по мнению современных исследователей, именно конструкция портика позволяет судить о степени слитности конструктивного и образного мышления, каковым обладал Антонио Гауди и что было характерной чертой зрелого периода его творчества.
Спиралевидный пешеходный пандус в нижней части парка Гуэль
Пешеходная рампа, поддерживаемая наклонными и витыми опорами, представляет собой своеобразное воплощение рукотворного и природного начал. Причем можно говорить о том, что это двойной переход.
Прямые колонны, находящиеся в нижнем уровне, характеризуются как начало архитектурное и рукотворное. Они состоят из четких линий капителей, низких арок, располагающихся над интерколумниями. И только лишь отделка, сделанная из камня, выложенного так, что напоминает рельеф коры сосен и араукарий, сближает архитектурную постройку с миром природы. Витые колонны, установленные на нижнем уровне, почти полностью копируют элементы растительного мира, при этом утрачивая связь с миром мертвых архитектурных сооружений.