Шасса

Обухова Элина Викторовна

— Саишша, а почему ты у нас в спальне так не сделала?

— А тебе понравилось? — спросила она.

— Очень, — честно признался я. Так и хотелось с разбегу плюхнуться в это… гнездышко и с головой зарыться в подушки.

— Ну… я подумала, что ты как-то больше привык к человеческому образу жизни… — слегка смутилась она. Тихий вздох. Мой.

— Саишша. Сай. Саечка, милая, — я еще раз вздохнул — ну что тут скажешь? Поэтому я ограничился лишь одной фразой:

— Как вернемся, обязательно все исправим, чтобы было как здесь.

Она восторженно взвизгнула и повисла у меня на

шее. Мы же вроде поругались? А, к демонам все!

Я приподнял ее и впился поцелуем в ее губы. Счастье мое…

Саишша

Сим меня в который раз удивил. Оказывается, он совсем не против, чтобы в нашей комнате все было так, как мне привычно. Ему это даже понравилось.

— Счастье мое… — пробормотал он мне в макушку. Я прижалась к нему покрепче. Навалилась сонливость.

— Спи… — посоветовала я ему уже находясь в полудреме, — Все веселье здесь начинается в полночь…

Проснулась от того, что Сима рядом не было. Чуть не обиделась, пока не подумала — может, ему в туалет захотелось. Полежав минут семь, пришла к выводу, что либо он утопился в раковине, либо у него тяжелый понос, переходящий в запор. И пошла его искать.

Он обнаружился на кухне, сидя в одних трусах за столом и чавкая моим тортом, причем запивая его изысканным вином. И ладно б бокал налил, так он его прямо из бутылки, как алкоголик какой-то!

И самое главное — этот торт я планировала сама сесть! На Новый год! С братом! Это мой любимый сорт! Я за него два золотых выложила!!! С-с-с!!!

— А мне?! — этот вопрос вырвался прежде, чем мозги осознали, что я возмущаюсь не тем фактом, что он ест именно этот торт, а тем, что он не поделился! Гад!

— Гад! — обиженным тоном повторила я.

— М-м… — звук сглатываемого куска. «Чуть не подавился, бедненький», — с издевкой подумала я, — Кгхм. Сай. Сай! Саишша!!! А ну иди сюда!!! Иди-иди, дам кусочек…

— Только кусочек? — сдерживая улыбочку, спросила я, наблюдая за тем, как он слизывает крем с пальцев. Хоть бы салфетку взял, неряха.

— Уговорила, бери половину того, что осталось, — с деланым вздохом произнес он.

Я отхлебнула из бутылки — хорошее вино выбрал, гад! Десять золотых за бутылку! Коллекционное, три тысячи двадцатого года! [54]

Подцепив пальцем завиток сливочного крема, я некоторое время игралась язычком с лакомством, растягивая удовольствие. Ну и заодно мстила Симу за то, что не позвал меня. Быстро скосив глаза, я удовлетворенно заметила, что цели своей достигла. Конечно, я могла бы играть с кремом и в ложечке, но на пальце получается соблазнительней, не сказать — развратней.

54

Для сравнения, сейчас в этом Мире идет три тысячи семьдесят шестой год.

Сим судорожно дернул кадыком, нехотя отвел взгляд и, забрав у меня бутылку, шумно отхлебнул из нее. «Нервы, я понимаю…» — ехидно подумала я.

Я откусывала от целого куска, измазав пальцы в креме, но нужного эффекта я достигла — Сим ну просто не мог отвести от меня глаз! И добилась я не только этого…

— Вкусненько,

правда? — с ехидной издевкой спросила я.

— Ага… — как в трансе кивнул он.

— А ты чего не ешь? — с притворной заботой полюбопытствовала я.

— Расхотелось, — обрезал Сим, резко встав и пулей вылетев из кухни. Я растерянно посмотрела ему вслед. Что я такого сказала?

Норд

После нашей воистину грандиозной попойки, во время которой мы просадили в игорном заведении просто астрономическую сумму, мы все — и Люц с Найтом тоже, как ни странно! — проснулись с головной болью.

Постепенно, примерно к полудню стягиваясь в лабораторию, мы застали там мрачного Мооло'това, брата Са, который, едва завидев нас, устремился навстречу с тем пылом, с каким иной любовник не бежит навстречу своей возлюбленной после долгой разлуки.

— Саишшу видели? — с места в каньон начал он. Мы отрицательно покачали головами. Он грязно выругался.

— А этого ее кавалера?

— Его зовут Сим, — резко поправил его я.

— Я знаю, — усмехнулся змеелюд, — Только вот он и мою сестру не уберег, и сам пропал. Посему я его считаю пока не очень достойным ее руки. А у нее линька… И еще кое-что.

— Как не уберег? То есть как пропал? Что? — слились в один три наших возгласа.

— Вот так, — принялся рассказывать Мол — кажется, его так Саишша называла, — Сегодня утром я пришел к сестре… Предложить ей кое-какие разработки. Прихожу, а там картина маслом: перед дверью валяется спутанный шоково-болевым заклятием посол, точнее, его труп — моя обожаемая сестричка накачала заклинание маной под завязку, не озаботившись тем, что оно предназначалось для шасс, то бишь было слишком сильным для человека, — в комнате бардак, Саишши нет! Паладина, кстати, тоже, — на этом месте из горла Найта вырвался угрожающий рык.

— Что я мог подумать? И вот, иду по следу Сайки — благо ее запах я узнаю из тысячи, да и связь наша чувствуется отлично. Обрывается след на кладбище, около ворот. По следам на земле я определил, что сначала она боролась с кем-то на земле, после чего стояла напротив, явно волнуясь, — интересно, как он это определил? — и исчезла. Сим — а это наверняка был он, — прыгнул к ней и тоже пропал. И что вы на это скажете? Весь Даан-Азар на ушах стоит! Обыскались! Послы втихомолку хихикают — виданое ли дело, клан собственных Лорда и Леди не может найти!!! — к концу своего монолога золотой шасс просто орал, злобно сощурившись — совсем как Саишша. Противоестественное сходство с ней заметил не только Сим.

— И что мы должны сделать? — не разжимая губ, спросил Найт.

— Ничего… — прошептал Мол, помассировав виски, как будто у него болела голова. После чего взглянул на нас пронзительным взглядом:

— Вы мне поможете?

— В чем? — заинтересовался я.

— В управлении. Как ближайшие родственники Саишши вы можете управлять кланом в ее отсутствие. А когда эти… идиоты вернутся, я устрою разнос своей сестренке, — с мрачной решительностью поведал нам Мол, — Чтоб не шлялась где ни попадя. В ее-то положении!..